Русская поэзия
Русские поэтыБиографииСтихи по темам
Случайное стихотворениеСлучайная цитата
Рейтинг русских поэтовРейтинг стихотворений
Переводы русских поэтов на другие языки

Русская поэзия >> Георгий Дмитриевич Гребенщиков >> Письмо из-за морей


Георгий Дмитриевич Гребенщиков


Письмо из-за морей


I 

Я пишу тебе, брат мой далекий, 
Из-за синих, безбрежных морей, 
В час заката, когда огнеокий 
Он играет на окнах дверей. 

На ступенях крыльца, на том Свете, 
Где средь писем, средь многих других, 
Я все жду хоть коротенькой вести 
От тебя, беглых строк дорогих. 

Но напрасно: ни слова привета 
Ты не шлешь вот уж несколько лет, 
И никто из родных... Что же это? 
Или всех вас в живых уже нет? 

Непосильна такая утрата -- 
Каждый миг в ней слезой орошен, 
Ибо в облике милого брата, 
Я родного народа лишен. 

Но я жду. Ожиданье -- надежда, 
А в надежде -- всей жизни мосты -- 
В ней равны и мудрец и невежда 
И пустыни небес не пусты. 

За день почта немало приносит: 
Сноп газет, объявленья, счета. 
Каждый день кто-то что-либо просит -- 
Бесконечных сует суета. 

Каждый день чей-то друг в черной рамке, 
Длинный список потерь на войне -- 
Дань безносой прожорливой Даме 
Все обильнее в каждой стране. 

Да, великие, брат, приключенья 
Происходят на нашем веку -- 
Изменились ветра и теченья, 
И века в непорядке текут... 

Все попятилось к средневековью, 
А меж тем, мир кует свой прогресс... 
Знать, по-старому -- жертвой и кровью 
Воздвигается подвига крест... 

И решил я тебе откровенно 
Молвить слово один на один, 
Обсудить, что в былом незабвенно, 
Что в грядущем достойно седин... 

Если даже тебя уже нету -- 
Пусть на Родине всяк будет брат: 
Только брату пишу я все это 
Из-за моря скорбей и утрат. 

II 

Вот пришел я домой на закате -- 
Дни труда, как свинцом налиты, 
И сажусь помечтать об утрате 
Многих утренних зорь золотых. 

Не узнал бы ты прежнего брата -- 
Сложный путь мне судьба отвела, 
Да и юность, что рдела когда-то, 
Полиняла, мой друг, отцвела. 

Но бывали и мы рысаками: 
Ты мне ребра по-братски крепил, 
Я делился с тобой синяками 
И от боли белугой вопил... 

И давно ли в нужде многотрудной 
Шли мы вместе по лону земли, 
Где до нас, в тишине непробудной, 
Пахарей поколенья легли? 

Нашей матери всем я обязан: 
Тем, что правду искать не устал, 
Тем, что к Родине сердцем привязан, 
Даже тем, что мечтателем стал. 

Потому-то и мать и родитель, 
В назиданье грядущих племен 
Почтены мной на сером граните 
Среди здешних заморских имен. * 

Пусть пришелец России, случайно 
Натолкнувшись, нагнется, прочтет 
И в смущении необычайном 
Постоит, помолчит, отойдет. 

Пусть не знает никто, чем велико 
Имя русской безвестной четы -- 
Ведь и время заносит безлико 
Труд победный в живые черты. 

III 

С той поры, как мой конь гнедо-карий 
Рассекал серебристый ковыль, 
Шар степной и простор полушарий, 
Измерял мой пытливый костыль. 

Но со мною родимые тропки 
И увалы, что были ничьи, 
И долины, и круглые сопки, 
И знакомые с детства ручьи. 

В тайном вздохе и песенке грустной, 
В ярком дне и бессонной ночи 
И в труде и беседе изустной, 
Бьют все те же живые ключи. 

На высотах и в дебрях Востока, 
И под пальмами южных пустынь, 
И на северной стуже жестокой, 
И средь западных древних святынь; 

В Цареграде, Бизерте, в Тулоне 
И на белом прованском песке, 
У подножья колонн в Пантеоне -- 
Всюду верен я той же тоске... 

И повсюду, где в дымке скитаний, 
Незакатно горела заря, 
Выплетал я свой невод мечтаний, 
Чтоб в попутные бросить моря, 

Чтобы щедрым, богатым уловом 
Одарить бы родимый простор, 
Чтоб сравнением -- вещим и новым 
Летописный украсить узор. 

Много стран и скорбей я измерил, 
Под трудами чужбин изнемог, 
Но я в Родину верил, я верил, 
Как ты в пашенный веришь залог. 

Мудрено ли, что в мире исканий, 
Средь друзей или вражеских масс, 
В буре свиста и рукоплесканий, 
Был правдив мой о Родине сказ. 

IV 

Почему же, ты спросишь, наверно, 
Я не еду в родные края? 
Потому, что люблю я безмерно 
Приключенья, что сказку таят. 

Повидал я на свете не мало 
И чудес, и красот, и прикрас, 
Только сказка, что сердце искало, 
На Руси оказалась у нас... 

Вот по этой-то самой причине 
И по голосу братской крови, 
Я сегодня в особой кручине 
И хочу написать... о любви. 

О любви, неизведанной прежде, 
Что как луч в облаках, далека, 
Что во сне, иль в бесплотной надежде, 
Только самым счастливым близка. 

Так близка, как закатный луч солнца, 
Приникая прощально к земле, 
Сыплет золотом даже в оконце -- 
Помнишь? -- хижины нашей в селе. 

Помнишь нивы пшеничной суслоны, 
Блеск серпов и прозрачный ручей, 
Жницы, матери нашей поклоны 
В позолоте последних лучей? 

Так далекое может быть близким, 
Так мы сказку творим наяву, 
Если только высокое низким 
Не завалим в кладбищенском рву... 

Да, в долгу я у дедовских пашен, 
Что оставил давно позади: 
Это ими мой путь был украшен, 
Ими песни творились в груди. 

Потому, на житейском закате, 
Дожиная ржаную постать, 
Не хочу я в последней расплате, 
От плательщиков долга отстать. 

Заплачу и слезой и улыбкой 
И устои, увы, потрясу, 
Как в пословице молвится гибкой: 
В сем сестрам по серьгам поднесу... 

V 

Но убогое слово не сможет 
Объяснить ту тревогу в тиши, 
Что волнует, и точит, и гложет, 
Как червяк сердцевину души... 

И все чаще я вижу виденье: 
Поле жатвы, мелькают серпы. 
Труд и зной. Голубое кажденье 
От костра застилает снопы. 

На меха, как молящие руки, 
Две оглобли торчат в небеса, 
А на них, от безделья и скуки, 
Ветер люльку раздул в паруса. 

Эта люлька, что ветер качает -- 
Не звено ли грядущих времен? 
Без нее вся земля одичает, 
С него мир -- в цвете ярких знамен. 

Так владеют видения мною, 
В них мне грезится Родина-мать, 
Назову ль я их песней родного 
Иль никак не сумею назвать. 

Только знаю, что имени нету 
Для того, что в слова не вместить, 
Что, скитаясь по белому свету, 
Я не смею по ветру пустить. 

Это зори за балкой знакомой, 
Это копны на дальнем лугу, 
Это воз с золотою соломой, 
Это все, что забыть не могу. 

Это праздничный звон колокольный, 
Это пашенный запах земли 
Или песенный голос раздольный, 
Или в небе летят журавли. 

Это крестик над вечным покоем, 
Это в марте косач на току... 
Словом, все, все такое, 
Что в восторг претворяет тоску... 

VI 

Так-то, братец, и я, грешным делом, 
Заскучал о родных очагах, 
О бескрайных, таежных пределах, 
О горах и степях, и лугах. 

И о дымке Отечества сладкой, 
О тропинках, знакомых давно, 
О ручьях, из которых нападкой 
Пил я, видя прозрачное дно. 

Вот пишу и писать не устану -- 
Не могу оторваться от строк, 
Точно медленно в старую рану 
Лью по капле целительный сок. 

Не забыть, как великий Шаляпин 
Мне такое однажды сказал: 
"Я бы там даже черта облапал, 
Я б там волка, как брата, лобзал". 

Не пойми меня как-нибудь ложно: 
Я на личную жизнь не ропщу -- 
Все, что смертному только возможно, 
Я имею здесь -- все, что хочу. 



         Георгий Гребенщиков


Другие стихотворения поэта
  1. Родному брату
  2. Посвящение
  3. На альпах Алтая
  4. По весне
  5. Моя Отчизна


Все стихотворения поэта


Распечатать стихотворение Распечатать стихотворение

Читайте также:

Количество обращений к стихотворению: 698





Последние стихотворения


Рейтинг@Mail.ru russian-poetry.ru@yandex.ru

Русская поэзия