Русская поэзия
Русские поэтыБиографииСтихи по темам
Случайное стихотворениеСлучайная цитата
Рейтинг русских поэтовРейтинг стихотворений
Переводы русских поэтов на другие языки

Русская поэзия >> Пётр Лаврович Лавров >> Русскому народу


Пётр Лаврович Лавров


Русскому народу


       Ты вставай, во мраке спящий брат!
               
                                        Хомяков

"Меня поставил бог над русскою землею, -
         Сказал нам русский царь. -
Во имя божие склонитесь предо мною,
         Мой трон - его алтарь.
Для русских не нужны заботы гражданина -
         Я думаю за вас;
Усните - сторожит глаз зоркий властелина
         Россию всякий час.
Мой ум вас оградит от чуждых нападений,
         От внутреннего зла;
Пусть ваша жизнь течет вдали забот, в смиренья,
         Спокойна и светла.
Советы не нужны помазаннику бога:
         Мне он дает совет;
Народ идет за мной невидимой дорогой,
         Один я вижу свет;
Гордитесь, русские, быть царскими рабами:
         Закон вам - мысль моя;
Отечество вам - флаг над царскими дворцами}
         Россия - это я!"

Мы долго верили: в грязи восточной лени
         И мелкой суеты
Покорно целовал ряд русских поколений
         Прах царственной пяты.
Бездействие ума над нами тяготело:
         За грудами бумаг,
За перепискою мы забывали дело
         В присутственных местах.
В защиту воровства, в защиту нераденья
         Мы ставили закон;
Под буквою его скрывалось преступленье,
         Но пункт был соблюден.
Своим директорам, министрам мы служили,
         Россию позабыв,
Пред ними ползали, чинов у них просили,
         Крестов наперерыв.
И стало воровство нам делом обыденным:
         Кто мог схватить, тот брал,
И между нами тот был более почтенным,
         Кто более украл.
Развод определял познанья генерала,
         Он глуп или умен,
Церемоньяльный марш и выправка решала.
         Чего достоин он.
Бригадный генерал был лучший губернатор,
         Искуснейший стратег,
Отличный инженер, правдивейший сенатор,
         Честнейший человек.
Начальник, низшего права не соблюдая,
         Был деспот, полубог;
Бессмысленный сатрап был царский бич для края,
         Губил, вредил где мог.
Стал конюх цензором, шут царский адмиралом,
         Клейнмихель - графом стал;
Россия роздана в аренду обиралам...
         Что ж русский?.. Русский спал...

Кряхтя, нес мужичок, как прежде, господину
         Прадедовский оброк;
Кряхтя, помещик клал вторую половину
         Имения в залог;
Кряхтя, по-прежнему дань русские платили
         Подьячим и властям;
Шептались меж собой, ворчали, говорили,
         Что это стыд и срам,
Что правды нет в суде, что тратят миллионы -
         России пот и кровь -
На путешествия, киоски, павильоны,
         Что плохо всё идет;
Потом за ералаш садились по полтине,
         Косясь по сторонам;
Рашели хлопали, бранили Фреццолини,
         Лорнировали дам,
И низко кланялись продажному вельможе,
         И грызлись за чины,
И спали, жизнь свою заботой не тревожа,
         Отечества сыны;
Иль удалялись в глубь прадедовских имений
         В бездействии жиреть,
Мечтать о пироге, беседовать о сене,
         Животным умереть...
А если кто-нибудь средь общей летаргии,
         Мечтою увлечен,
Их призывал на брань за правду и Россию,
         Как был бедняк смешон!
Как ловко над его безумьем издевался
         Чиновный фарисей!
Как быстро от него, бледнея, отрекался
         Вчерашний круг друзей!
И, под анафемой общественного мненья,
         Средь смрада рудников,
Он узнавал, что грех прервать оцепененье,
         Тяжелый сон рабов...
И он был позабыт. Порой лишь о безумце
         Шептали здесь и там:
"Быть может, он и прав... Да, жалко вольнодумца...
         Но что за дело нам?"

Гордились мы одним: могуществом России
         В собраньи королей;
"Что нам, - мы думали, - их укоризны злые,
         Мы все-таки сильней".
Когда на площади, пред царскою коляской
         Шли стройные полки,
Знамена веяли, блестели грозно каски
         И искрились штыки,
И над колоннами, окрестность оглашая,
         Гремел приветный клик, -
Мы верили на миг: сильна страна родная
         И русский царь велик.
Мы верили, гордясь необозримым краем,
         Мильонами штыков:
"Не любят нас за то, что мы преобладаем
         Над сонмищем врагов".
И вот ударил час: британские витии
         Пустили в оборот
Народов ненависть давнишнюю к России,
         И наступил расчет...
И бросил Францию в кровавый путь сражений _
         Венчанный интриган,
И стала Австрия готовиться к измене, -
         Встал враг от всяких стран...
А мы?.. Смеялись мы началу непогоды,
         Мы гордо шли на бой.
"Пусть, - говорили мы, - безумствуют народы;
         Силен наш край родной.
Предвидел русский царь давно уже волненье,
         Всё приготовил он
И мировой борьбы ждет тяжкое мгновенье,
         Спокоен и силен".
И крепче прежнего сбирались мы вкруг трона,
         Внимая бранный клик;
Давали богачи отчизне миллионы,
         Свой грош давал мужик...
И что ж? Застал врасплох нас взрыв вражды народной;
         В тяжелый, мрачный час
Объял посланников сон глупости природной:
         Все обманули нас.
Куда девалися солдатов миллионы?
         Где был готов отпор?
Мы всё не верили, а слышались уж стоны
         Из-за кавказских гор;
Пределы русские война уж разоряла,
         Уже страдал народ,
С креста Исакия Россия различала
         Британский гордый флот.
Один курьер идти вперед нес приказанье,
         Другой - идти назад,
И двигались войска без цели, без сознанья -
         То был уж не парад...
И было мало нас везде, где враг являлся;
         Солдат наш грудью брал;
Глупее прежнего зато распоряжался
         Парадный генерал.
Там отступали мы от фортов Силистрии
         С потерей и стыдом,
Здесь унижали мы достоинство России
         Пред габсбургским орлом;
Тут берег финский весь был предан разграбленью;
         Там гордый адмирал -
Амфибия, герой проигранных сражений -
         Своей земли не знал;
Толпой любимчиков ничтожных окруженный,
         Он погубил наш флот,
Паркетный бонмотист, шут колкий и надменный,
         Злой гений - для острот...
Он защищает Крым, высочествам с почтеньем
         Он раздает кресты.
А русских кровь течет... враг ближе к укрепленьям...
         Россия! Где же ты?

                 -----

Проснись, мой край родной, изъеденный ворами,
         Подавленный ярмом,
Позорно скованный бездушными властями,
         Шпионством, ханжеством!
От сна невежества, от бреда униженья,
         От лени вековой
Восстань и посмотри: везде кипит движенье.
         Черед уж за тобой!
Давно гнетут тебя наследники Батыя;
         Нет права для тебя...
Проснись, проснись! Восстань, несчастная Россия!
         Твой бог зовет тебя...
Не в звучном пении торжественного клира
         Пред ликом золотым -
В живой душе ищи глагол владыки мира,
         Внимай словам живым!
Встань: ты пред идолом колена преклоняешь.
         Внимаешь духу лжи,
Свободный, вечный дух ты рабством оскверняешь.
         Оковы развяжи!
Восстань, свободная, пред силой беззаконной,
         Пред хаосом властей!
От неурядицы спасенье, оборону
         Ищи в душе своей!
Припомним, русские, печальную годину,
         Пору великих смут,
Когда боярин-князь по слову мещанина
         Шел на кровавый суд,
Когда поляк царил над матушкой Москвою,
         Огромным пустырем
Лежала наша Русь; шла челядь злой толпою
         За тушинским царем...
Но в день безвластия проснулась Русь родная.
         Сознанием сильна;
Живой глагол прошел от края и до края,
         И поднялась она...
Встань на анархию чиновных мандаринов
         Теперь, как под Москвой
На кр_а_молу бояр, на ляхов и литвинов
         Ты шла живой стеной!
Пред троном деспота без криков и проклятий
         Предстань судьей, народ!
За славу русскую, за кровь всех падших братии
         Пускай он даст отчет...

Скажи ему: не бог вознес тебя над нами;
         Твой трон - не божий трон;
Не он нас осудил твоими быть рабами;
         Нет! Рабство - не закон!
Где знаки твоего божественного права?
         Где чудеса твои?
Где кротость голубя - свидетель нелукавый?
         И мудрость где змии?
Россия облекла тебя верховной властью,
         Ты на земле был бог -
Владел ли ты собой? Повелевал ли страстью?
         Всё ль совершил, что мог?
Читаешь ли ты, царь, прозрением пророка
         В умах, сердцах людей?
Ты ненавидишь ли слуг лести и порока?
         Живешь ли для детей?
Ты слушаешь ли, царь, глас божий - глас народа?
         Зовешь ли в свой совет
Ты крепких доблестью - не знатностию рода,
         Не древностию лет,
Не раболепных слуг, не алчных чинолюбцев,
         Клеветников, ханжей,
Продажных обирал, развратных сластолюбцев,
         Бесчувственных судей?
Нет! Увлекался ты неведеньем и страстью;
         Ты прямодушье гнал;
В опасную игру своей играл <ты> властью;
         И Русь позабывал;
Ты делал всё смотры; ты отменял султаны;
         Наперекор уму
Под предложением невежды, шарлатана
         Писал: "Быть по сему!"
Ты собрал цензоров презренную породу,
         Чтоб сон твой охранять,
Чтобы не видеть слез, не слышать стон народа,
         Чтоб правде не внимать...
Ты предал истину на тяжкие мученья,
         На смерть ее обрек.
"Распни, распни ее!" - кричали в исступленьи
         Безумство и порок.
Она истерзана, оплевана рабами,
         В ночи погребена;
На камень гробовой нечистыми руками
         Печать наложена,
И стражу строгую над грозною могилой
         Поставил фарисей,
И деспот говорит, гордясь своею силой:
         "Нельзя воскреснуть ей".
Но видишь ли: заря зажглася на востоке -
         То третий день настал...
Давно тот светлый день провидели пророки;
         Довольно мир страдал...
Ты видишь ли: в огне несутся херувимы
         С пылающих небес...
Ты слышишь ли - гремит их глас незаглушимый:
         Христос, Христос воскрес!
Воскресла истина! На суд сбирайтесь строгий
         Пред скипетром ея,
Монархи-деспоты, земные полубоги!
         Грядет ваш судия!
Предстань, царь, пред судом истории, закона,
         Пред божиим судом!
Ты правду отвергал, ты попирал свободу,
         Ты был страстей рабом;
Россию погубил ты гордостью пустою
         И мир вооружил...
Смирись пред братьями, пред родиной святою:
         Ты немощен и хил.
"Простите мне, - скажи, - мое забвенье, братья!
         Мне нужен ваш совет;
Откройте грешнику народные объятья -
         Другой опоры нет..."
Смирись; летят часы; пройдут дни испытанья,
         История не ждет...
И грозно под тобой волнуется в молчаньи
         Проснувшийся народ.

Декабрь 1854

         Пётр Лавров


Другие стихотворения поэта
  1. Послание Мих. Ил. Михайлову
  2. Верую
  3. Песня юности
  4. Вперед!
  5. Бедуин


Все стихотворения поэта


Распечатать стихотворение Распечатать стихотворение

Читайте также:

Количество обращений к стихотворению: 843





Последние стихотворения


Рейтинг@Mail.ru russian-poetry.ru@yandex.ru

Русская поэзия