Дмитрий Николаевич Садовников

Певец

Не моря шумного прибой 
Вдали растёт и набегает - 
Толпа теснится, прибывает, 
Он будет петь перед толпой... 
К нему слетело вдохновенье, 
И под его святым венцом 
О мимолётном, о земном 
Душа забыла на мгновенье, 
Глаза расширились, зажглись 
Каким-то внутренним огнём, 
И звонко плещущим ручьём 
Напевы жизни полились. 
Как птица вольная легка, 
Свободно, плавно, без усилья, 
Расправив радужные крылья, 
Рвалась всё песня в облака... 
На землю свой роняя взгляд 
И в море света исчезая, 
Она земной смягчала ад 
Напевом радостного рая. 
В ней было всё: и шум волны, 
И рощ полуодетых шёпот, 
Любви несвязный, первый ропот, 
Всё обаяние весны. 
Пред удивлёнными очами, 
Казалось, бился ясный день 
Своими белыми крылами, 
Далёко отгоняя тень... 
Но замер сладостный напев 
И неожиданно сурово 
Иное раздалось вдруг слово, 
Всё тёмной тучею одев. 
Что душу мучило и жгло?! - 
Сомненья, смутные желанья, 
Святые возгласы страданья... 
И над покойной глубиною 
Поднялся потемневший вал 
Беловершинною стеною. 
Лежал зари отсвет кровавый 
На этом море тайный слёз. 
И новый образ дивно рос, 
Многострадальный, величавый... 
Его властительный глагол 
Слетел порывисто, нестройно. 
Он на борьбу, на битву вёл 
С самоуверенностью воина ( читается, как война). 
Сияньем кротким идеала 
Не пробивался солнца луч 
И из тяжёлых дымных туч 
Одна лишь молния сверкала... 
Кто знает, был ли то певец 
Иль образ мощного титана, 
Веков грядущего творец, 
Зовущий время из тумана?