Надежда Александровна Павлович (1895-1980)

• Биография

Все стихотворения на одной странице

- Оглавление -

* * *

Берегом, берегом, с разбегу,
Туда, где в буране ослепли дома,
Где в день и в поле осыпается снегом
Зимних дерев буревая кутерьма!
В домике старого лесничего
Жарко топят печь.
От говора огня, как от говора птичьего
Ни ходить, ни сесть, ни лечь.
И поет огонь
О том,
Что метельный конь
За окном.
На узде коня
Алая звезда,
Что уедешь среди дня,
Не вернешься никогда.

Данков

     Н. С. Л.

Данков и Дон, и мост на нем дрожащий,
Убогий строй далеких огоньков,
И тяжкий ход нависших облаков,
Вороний грай над городом летящий,
И падающий звон колоколов,
О, как ты памятен, мучительный Данков!
Ты город ветхих снов, ты сам ненастоящий!

Твои ворота кладбище; за ним
Гроба домов, базара голос грубый,
А на вратах прижал раскрашенные губы
К свирели сломанной уродец херувим.
И черных крыш обветренные трубы
Тяжелый, черный выдыхают дым...

И в этом городе ты мною был любим.

* * *

Книга о тихом Китеже-граде.
В углу Богоматерь блистает над нами,
А в мертвом, в потерянном, в слепнувшем взгляде
Все то же родное и темное пламя...

И снится, и снится, и бродит по дому тревога...
Куда мне бежать, дорогие, ослепшие очи!
Далеко от мира и даже далеко от Бога
Дыханье вьюжной серебряной ночи.

Летний сад

Петрово диво! Под снегами
Уснуло непробудно ты,
Висят чугунные мосты
И глухо не гремят цепями.

Дерев оледенелый бег
И вазы финского гранита,
Здесь буря жизни позабыта,
Стихает день; слетает снег.

Смотри, хозяин твой державный
Проходит снова поутру,
И снова город своенравный
Застыл, робеет на смотру.

И смотр жесток: дубинка свищет
И бьет по согнутым плечам,
Иль это вихрь внезапный рыщет
По опустелым берегам?

Иль это лед Нева взломала
И Летний сад шумит, как встарь?
И удаляется усталой,
Тревожной тенью государь...

* * *

Мы пришли от великой печали,
Все свое растеряв в суете.
Мы и подвигов не совершали,
На молитве ночей не стояли,
Забывали порой о Христе.
Слишком светлых чертогов не надо
Для давно огрубевших сердец.
Не под окнами райского сада,
Только нам постоять за оградой
И к ногам Твоим пасть наконец.
Ради этого только мгновенья
Мы к Тебе, задыхаясь, брели,
Мы — последних времен поколенье,
Ослепленные дети земли.

* * *

Недобрая ночь с недоброй тоской;
Косматое небо встает над рекой,

И бродит, и стонет, и свищет мороз;
По пояс Исакий в сугробы врос.

И черным комком у церковных плит
Лежишь ты, жизнью и Богом убит.

Твоя чистота никому не нужна,
И песня твоя никому не слышна,

Да, верно, и не было той чистоты,
А песни своей не запомнишь и ты.

Пасха

Пред Твоею иконою, Спасе,
В белом облаке нарциссов
Пламень рдеющий лампады
Покачнулся на ветру.

Показалось, с детской горки
Яйца сами покатились
На тарелку расписную
В зелень свежую овса.

Это было не в деревне,
И не скинув полстолетья,
А в московском переулке
В озаренной тишине.

И спокойно, не старея,
Сохранив живую душу,
В радости неизъяснимой
Пасху праздновали мы.

* * *

Русь! Чужая чуженинка я
Пришла и греюсь у твоей груди,
Скажи, какою тропинкою
Мне всю тебя исходить?

Если б странницей твоей убогою,
Не оглядываясь никогда назад,
Мне пройти потаенной дорогою
В заповедный твой Китеж-град!

Ведь ты вся вырастаешь, Россия,
Не в Кремле златоглавом Москвы
И не там, где гранитные выи
Наклонили мосты Невы,

Ты молчишь и горишь, не сгорая,
Там, где Китеж в глубинах спит,
Где пугливая выпь пролетает
И над озером мертвым кричит.

* * *

Спишь с открытыми глазами,
Неподвижен слепнущий твой взгляд,
И поет, и плачется над нами
Красной птицей налетающий закат.

Или эти песни только снятся
И моя любовь?
Но лучи порхают и кружатся
И живая каплет кровь.

Что с тобой мне и с любовью делать,
С трудною моей?
Непробудно спишь и сердце онемело
Много, много дней.

Если разбудить я не сумею,
Что ж! Прости!
Ты, душа, тоскуя и немея,
В тот закат лети...

* * *

Ты возникаешь предо мной,
О муза, ангел мой убогий,
И пыль клубится по дороге,
И ветер ходит вышиной...

Но кто поймет очарованье
Твоих по-детски крупных рук
И складку губ, таящих звук
Неисцелимого страданья?

* * *

  У забытых могил...
             Ал. Блок

Я не знала лица страшнее
И не знала прекрасней лица...
Так и будешь над жизнью моею
Ты стоять и глядеть без конца.

И куда ни пойду – остановит
Твой суровый голос – меня,
То ли звуком тоски и любови,
То ли черным ожогом огня.

Чтоб не слушала речи земные,
Ты покрыл меня тяжким плащом,
Не глядела б в глаза молодые,
Заслонил высоким плечом.

И не перстень на палец, а крестик,
Улыбаясь, ты мне подарил,
Чтоб навеки уснули мы вместе
Под травою забытых могил.

Всего стихотворений: 11