Сергей Владимирович Петров

* * *

Аз усумняюсь. Есмь сплошной сумятицы псалом,
горящий глаз старообрядца,
косматей волосом, чем сам Авессалом,
и в голове моей Ты можешь затеряться,
как в детских дебрях. Но Тебя пою,
душой рыдаючи до умопомраченья.
Ты ревность зришь великую мою,
мое тысячесердое раченье.
Аз собран есмь у ног Твоих псалмом,
всей горечи и скорби красноречьем.
Кипучим городом валяюсь за холмом,
опутанный Твоим бурливым Седьмиречьем.
Лежу, вытягиваясь всем умом
к Тебе, как бы рукой – предместьем как предплечьем.
Всем скопищем домов хочу Тебе молиться,
аз – согрешившая, развратная столица.
Ты, Боже, зришь столпов или колен преклон.
Как стогна, я открыт Тебе широко
вместилищами грозного порока,
моей души раскинув Вавилон,
где нараспашку всё – на улицах, под кровлей
кипит смятеньем, блудом и торговлей.
И жизнь моя не торжище ли есть,
где суетой торгуют на таланты,
где горького безденежья не счесть,
где, Господи, убог и рван Ты!
Аз есмь ширококаменное море,
подобное Содому и Гоморре,
и, не успевши выйти из пелен,
аз, Боже мой, Тобой испепелен.
Но нет! Аз есмь Господень вечный град,
открытый тысячью и уст и врат,
и сколько сердце Божье ни гневил я –
распутная блудница Ниневия, –
есмь Божий город и безумьем горд,
в песках и роскоши блаженно распростерт.
Аз есмь священный Иерусалим,
Господним гневом крепок и палим,
аз есмь Твой гордый Рим и мудрые Афины,
орлиный клик и зрак совы,
и не сечет Твой меч моей повинной,
в грехе склоненной головы.
Аз есмь, витийствуя и плача, Византия
с язычники и ангелы святые,
аз есмь Твоя последняя глава
той книги, что раскрыта, как ворота
церковные, и криворото,
как закоулками бредущая молва,
юродиво гугню про что-то,
лохмато-бородатая Москва.
Перед тобой собрался я толпой,
великой давкой, руганью и бранью,
и се молюсь, убогий и слепой,
о подаянии сему собранью.
И се бросаюсь городским прибоем,
потоком улиц – и домов валы
гремят Тебе раскатами хвалы.
Но, Боже, боязно с Тобою нам обоим,
что мы себя столь беспощадно строим
и что впадаем в смерть, как в бесноватый грех,
как бы в одну из тьмы прорех
на грубом рубище гноящегося мира.
И се есть, Господи, Твоя порфира!
Пою псалмы, ревет моя триодь,
как плоть стихирная: велик, велик Господь!
Греми Ему хвалу, моя стихира!
А Ты – Ты в городах моих погряз.
А Ты – Ты нищий царь еси. И усумнихся аз.

1. О век! Ты в час своих доброт
2. Чу! мгновения глухие
3. Сорок мучеников
4. Мойка
5. Когда умру, оплачь меня

Распечатать стихотворение

• Дмитрий Сергеевич Мережковский • Песня Солнца
• Игорь Николаевич Жданов • Никто меня не шуганул
• Александр Аркадьевич Галич • Ещё раз о чёрте
• Мария Андреевна Пожарова • Брызгуны
• Наталия Васильевна Грушко • Ты кол­ду­нья, ты про­кля­тая

Top-25 поэтов

1. Сергей Александрович Есенин (1895-1925)
2. Дмитрий Сергеевич Мережковский (1866-1941)
3. Алексей Константинович Толстой (1817-1875)
4. Иосиф Александрович Бродский (1940-1996)
5. Константин Дмитриевич Бальмонт (1867-1942)
6. Иван Алексеевич Бунин (1870-1953)
7. Николай Степанович Гумилёв (1886-1921)
8. Анна Андреевна Ахматова (1889-1966)
9. Анатолий Борисович Мариенгоф (1897-1962)
10. Вероника Михайловна Тушнова (1911-1965)
11. Александр Сергеевич Пушкин (1799-1837)
12. Александр Васильевич Ширяевец (1887-1924)
13. Агния Львовна Барто (1901-1981)
14. Александр Александрович Блок (1880-1921)
15. Борис Леонидович Пастернак (1890-1960)
16. Афанасий Афанасьевич Фет (1820-1892)
17. Ольга Фёдоровна Берггольц (1910-1975)
18. Дон Аминадо (1885-1957)
19. Игорь Северянин (1887-1941)
20. Иван Саввич Никитин (1824-1861)
21. Николай Алексеевич Некрасов (1821-1877)
22. Юлия Валериановна Жадовская (1824-1883)
23. Осип Эмильевич Мандельштам (1891-1938)
24. Иван Захарович Суриков (1841-1880)
25. Владимир Владимирович Маяковский (1893-1930)

Количество обращений к стихотворению: 946

Последние стихотворения