Русская поэзия
Русские поэтыБиографииСтихи по темам
Случайное стихотворениеСлучайная цитата
Рейтинг русских поэтовРейтинг стихотворений

Русская поэзия >> Василий Васильевич Князев

Василий Васильевич Князев (1887-1937)


  • Биография

    Все стихотворения на одной странице


    Бедняк

    Он весь свой век корпел, уткнувши нос свой длинный
    В болото мудрости зело научных врак,
    Оброс он плесенью, покрылся паутиной...
                         - Вот как?
    Оброс он плесенью, покрылся паутиной?
               Бедняк, бедняк!..
    
    Он сотню написал умнейших диссертаций,
    Где фигурируют юсы и твердый знак,
    Но он не мог понять, за что мы любим граций...
                         - Вот как?
    И он не мог понять, за что мы любим граций?
               Бедняк, бедняк!..
    
    Дни юности своей, дни вешнего броженья
    Провел в архивах он, где вечно пыль и мрак,
    Не ведая любви, ни мук, ни наслаждений...
                         - Вот как?
    Не ведал он любви, ни мук, ни наслаждений?
               Бедняк, бедняк!..
    
    Он умер и зарыт на грязненьком кладбище.
    Под черепом его живет теперь червяк;
    Он жадно точит мозг и рад научной пище...
                         - Вот как?
    Червь жадно точит мозг и рад научной пище?
               Бедняк, бедняк!..


    1907

    Бессмертное

    Дни героической защиты
    Октябрьских вольностей гнезда
    Не будут миром позабыты.
    Пройдут несчетные года,
    И гордо встанут из гробницы
    Дружины красных львов столицы,
    Чтоб на границах площадей
    Держать надменно и сурово
    Звеняще-бронзовое слово
    О подвигах великих дней.
    
    Близ серомраморных окопов
    Артель бессмертных землекопов,
    Обильно льющих медный пот,
    Мужчин и женщин изнуренных,
    Блокадою изнеможденных,
    Двухтысячный увидит год.
    Воскреснут людные райкомы
    Незабываемых недель:
    Кровати-стулья, пыль соломы -
    Пятиминутная постель
    Дежурных членов тройки красной,
    Что сна не знали в миг опасный,
    Храня свободы колыбель.
    И вы, работницы, орлицы
    Краснопредместных чердаков,
    Перелетев чрез тьму веков,
    Опуститесь в сады столицы,
    Чтоб миру диктовать страницы
    Поэм о подвигах своих,
    Из бронзы высекая стих!


    1919

    Буржуазная газета

       Пять человек - Враль, Трупиков, Отпетый,
    Мерзавкер и Жулье - прилежно, день за днем,
       Публичным занимаются враньем
       И вкупе называются - газетой.
    
       Поистине, их следовало б высечь
    И выставить потом к позорному столбу,
       Но на челе их грозное табу:
       Подписчики и розница 100 000!
    
       Попробуйте-ка, троньте хлебодаров,-
    Такой ли будет рев, что боже упаси:
       Знай поскорее ноги уноси
       От града сокрушительных ударов!
    
       Пять человек - Враль, Трупиков, Отпетый,
    Мерзавкер и Жулье - прилежно, день за днем,
       Баранье стадо пичкают враньем
       И вкупе называются - газетой...
    
    Ко мненьям их прислушиваясь жадно,
    Баран живет враньем передовиц:
    Прикажут, и лежит пред Иксом ниц,
    Прикажут - ненавидит беспощадно.
    
    Подбором фактов, тонким и умелым,
    Как будто тьмой паучьих веретен,
    На диво и убит и оплетен -
    Бараний мозг с бараньим вкупе телом!
    
    Пять человек - Враль, Трупиков, Отпетый,
    Мерзавкер и Жулье - прилежно, день за днем,
    Публичным занимаются враньем,
    И это называется - газетой.


    Июль 1917

    В альбом С. Ю. Витте

    Внимает он привычным ухом
          Руси протест.
    И пишет он единым духом
          Свой мани-фест...
    И обещаньями он свету
          Терзает слух.
    Проходит время, и ... он в Лету
          Свободы бух!..


    1906

    * * *

    В былые, давние лета
    Жилось нам туго дети,
    И только "общие места"
    Мы видели в газете.
    
    Теперь уж музыка не та,
    Мир выступил с протестом:
    В газетах "общие места"
    Сменились... белым местом.


    <1915>

    Взятие Константинополя

    Вот в воинственном азарте,
    Презирая смерть,- каков? -
    Цареград берет на карте
    Иностранный Милюков.
    
    В куцей курточке кадетской,
    Ужас вражьих баррикад,
    Ух, какой он молодецкий,
    Князь Олега дубликат!
    
    Бранным бурям сердце радо,
    В голове победный хмель -
    На воротах Цареграда
    Трепыхается портфель!
    
    Турки валятся, как чурки,
    Туркам худо, туркам - мат;
    На коне, в партийной куртке,
    Милюков вступает в град.
    
    Трупов горы, крови - реки,
    Взрывы, пламя, стоны, гам...
    Пала турок мощь навеки -
    Слава Павлу! Слава нам!
    
    Город Храброго встречает,
    Город гимн поет ему
    И с поклонами вручает
    Шаровары и чалму.
    
    Тишина на поле сечи,
    Тает огнь, стихает гром,
    Словно знамя, номер "Речи"
    Гордо реет над вождем.
    
    Манифесты... приказанья...
    Звон оружья... денег звон...
    И обрядом обрезанья
    День победы завершен...
    
    В Петрограде ж бестолково
    На Жуковской рой кадет
    Рыщет, ищет Милюкова,
    Но... увы... простыл и след!
    Нет кадета Милюкова,
    Есть султан Абдул-кадет!!


    Апрель 1917

    * * *

    Вперед, творец живого слова!
    Рази врага мечом сурово!
    Твой грозный меч - живая речь!
    Вперед, о мститель беспощадный!
    Топчи конем врага нещадно,
    Твой верный конь - души огонь!
    Твой лук - твой ум, а мысли - стрелы,
    И жажда мщенья - твой колчан;
    Шишак и латы - подвиг смелый,
    А шпоры - боль народных ран!..
    
    Вперед! Забудь свои сомненья,
    Тяжелых дум гнетущий рой,
    Забудь житейские волненья,
    Отдайся делу искупленья -
    Иди на бой!
                Иди на бой!


    <1906>

    Господин Смердящий

    Похотлив и сален,
    Идеалы спален
    Восхваляет нам
    На всю Русь гремящий
    Господин Смердящий,
    Развращенный Хам!
    
    "Упивайтесь смело
    Вешним хмелем тела;
    Стыд - пустой мираж!"
    Что за мысли! Браво!
    Честь тебе и слава,
    Просветитель наш!
    
    Щеголял ты прежде
    В нищенской одежде,
    Развлекал трактир,
    А теперь ты - гений!
    И твоих "творений"
    Жаждет "целый мир"!
    
    Но... "творенья" эти
    Ведь прочтут и дети...
    Ах, какой пассаж!..
    М-да, досадно, право!..
    Честь тебе и слава,
    Просветитель наш!


    <1909>

    Девочка Дума

        (Сказка для маленьких детей)
    
    Довольно тихо и совсем без шума
    У матушки-Руси родилась Дума,
    И наскоро она одета
    В мундирчик узенький и новенький "кадета"
    Но милому, послушному ребенку
    Уже готовит бабушка Реакция пеленку;
    Кроватка стелется пока не жестко,
    Но куплена уж дедой Трепой соска,
    Чтоб молочком ребеночка кормить,
    А в случае чего и рот ему забить...
    Вокруг дитяти много нянюшек прилежных,
    Чтобы хранить ребеночка от дум мятежных,
    У каждой в кумовьях - о, не городовой,
    А околодочный, а то и "набольшой".
    Папашей куплены превкусные конфетки,
    Но для послушного и умненького детки,
    А если шалости он вздумает завесть,
    То для него и розги есть...
    Итак, у матушки-Руси без шума
    Родилась девочка, дано ей имя - Дума!
    
                  -----
    
       Читатель, я даю совет:
       Коль у тебя есть сын кадет,
       То не стриги ты этому ребенку,
       Как остальным, головку под гребенку,
       А то тебя презреньем заклеймят,
       Пе-пекой назовут и скажут: "Бюрократ!"


    1906

    Дурак

    Всецело преданный минувшего заветам,
    Он страстно бичевал царящий в жизни мрак
    И часто голодал, и был гоним при этом...
                 - Вот как?
    Он часто голодал и был гоним при этом?
                 Дурак! дурак!
    
    Порой смущал его горячий призрак счастья,
    Но он... бежал тогда на бедный свой чердак,
    Чтоб разрушать... пером - твердыни самовластья...
                 - Вот как?
    Он разрушал... пером - твердыни самовластья?
                 Дурак! дурак!
    
    Он ясно понимал, что мог бы быть известным
    В наш век упадочный бездарнейших писак,
    Но он решил в душе быть искренним и честным...
                 - Вот как?
    И он решил в душе быть искренним и честным?
                 Дурак! дурак!
    
    Недавно я, бродя бесцельно по столице,
    Зашел к нему... увы! - был пуст его чердак!
    Он умер, господа, в Обуховской больнице...
                 - Вот как?
    Так, значит, умер он в Обуховской больнице?
                 Дурак! дурак!


    <1908>

    Живой труп

    IV Государственная Дума
    
    "Представители народа"...
    Подтасованного рода:
    Через сотни мелких сит
    Вверх протащенный Терсит,
    Что, под фирмою Патрокла,
    Лихо втиснут был за стекла
    Казовых оранжерей -
    Тешь Европу и жирей!
    
    И такой-то плод законный
    Черной магии исконной
    Незабвенных держиморд
    И доднесь, пятная борт
    Корабля моей отчизны,
    Смеет, в тоне укоризны,
    Рулевому, так сказать,-
    Направление казать?
    
    Но ведь это же... курьезно!
    Нет, подумайте серьезно:
    Полусгнивший, жалкий труп
    Покидает мирный сруб
    И с зловонного погоста
    Шлет отчизне (очень просто!)
    Свой кладбищенский указ:
    "Ближе к берегу баркас!"
    
    Нет, почтеннейшие трупы,
    Мы не так просты и глупы,
    Чтобы слушать мертвеца
    С безмятежностью лица!
    Не для вас командный мостик:
    Не угодно ль - на погостик?
    Вас создавшие - мертвы;
    Значит, таковы - и вы!


    Март 1917

    Казимир

    Мой приятель Казимир 
    Мыслит очень здраво: 
    Если вправо есть трактир - 
    Он идет направо. 
    И хоть тресни левый стан, 
    Он - не повернется! 
    Разве только ... ресторан 
    Слева попадется. 


    <1910>

    Каинова печать

    Летописцы текущей войны
    Безусловно отметить должны,
    Как откликнулось наше купечество
    На мольбы и стенанья отечества.
    
    Как неслыханно хлеб дорожал,
    Как кричали ребята голодные
    И без дров, замерзая, дрожал
    Угловик в эти ночи холодные.
    
    Дел постыдных нельзя замолчать.
    Буря стихнет, гроза успокоится,
    Но с чела их позора печать -
    Никакими веками не смоется!


    1915

    * * *

    Коли вспомнишь подчас,
    Что творится у нас,-
                  Удивительно!
    От октябрьских свобод
    Чешет спину народ...
                  Отвратительно!
    Сотни разных газет
    Получили запрет...
                  Убедительно!
    Тюрьмы полны людей;
    Их как в бочке сельдей...
                  Положительно!
    От свобод, господа,
    Не осталось следа
                  Окончательно!
    Но... кончаю рассказ:
    Будет Дума у нас
                  Обязательно.


    <1906>

    Либерал перед зеркалом

    - Долой прогнивший, затхлый мрак!
    Лишь новые порядки,
    При коих счастлив будет всяк...
    Не те!.. не те!.. молчи, дурак!
       Не те даешь перчатки!..
    
    - Мы, господа, имеем честь
    Быть центром возрожденья!
    Корабль народный к счастью весть...
    Иван, цилиндр!.. тут, право, есть
       И честь и наслажденье!
    
    - На этом кончу я... Итак -
    Ура-а! да канут в Лету
    Прогнивший строй, прогнивший мрак...
    Пальто!.. не то!.. молчи, дурак!
       Вели подать карету!..


    <1908>

    Моя политическая платформа

    Нейтрален политически,
    На жизнь смотрю практически,
    Имея артистически
    Отменно тонкий нюх.
    В дни бурные, свободные
    Про горести народные
    Я мысли, благородные
    Высказываю вслух.
    
    Громлю дотла полицию,
    Венчаю оппозицию
    И вот, войдя в амбицию,
    Ношу я красный бант!
    Массовки... пресса... фракции...
    Но лишь свободы акции
    Падут - и я реакции
    Покорный адъютант!
    
    Над правою газетою
    Скорблю и горько сетую
    И вместе с ней советую:
    "Пороть, лупить, прижать!
    Скосить покосы вольные,
    Чтоб пугала подпольные,
    Развратные, крамольные,
    Не вылезли опять!"
    
    Нейтрален политически,
    На жизнь смотрю практически,
    Умея артистически
    Нос по ветру держать!


    <1908>

    Народный марш

    По фабрикам душным, по тюрьмам холодным
       Несется задушенный стон;
    По хатам убогим, полям недородным
       Как эхо разносится он!
    
    Но скоро поймут угнетенные братья,
       Что сила - в народных руках!
    И вместо молитв - раздадутся проклятья,
       И месть запылает в очах!
    
          Прочь непогода,
          Солнце встает!
          Всё - для народа;
          Все - за народ!
    
    Пусть жизни хоронят во тьме каземата;
       Пусть стонет несчастный народ,-
    Ведь каждое слово погибшего брата
       Нам новые силы дает!..
    
    И время настанет: исчезнет насилье,
       Как долгий томительный сон...
    И в битву мы вступим, расправивши крылья,
       Под сенью кровавых знамен!..
    
          Прочь непогода,
          Солнце встает!
          Всё - для народа;
          Все - за народ!
    
    И в битву мы вступим, не зная пощады,
       Свершим мы отмщения пир,
    И всюду построим тогда баррикады,
       И ими покроем весь мир!..
    
    Сбивайте ж, друзья, трудовыми руками
       Позорные путы оков!
    Идите скорее с косой и серпами
       Под знамя народных борцов!


    <1906>

    Наш "Свисток"

    Молниеносен и жесток,
       Как бич в руках ковбоя,
    Он будет эхом, наш "Свисток",
       Ревущего прибоя.
    Пусть Робость жмется по углам,
    Пусть Трусость хнычет... Стыд и срам!
       Вперед с веселым свистом!
    Рази, наш бич! И первый шрам -
       Почтенным октябристам!
    
    За что? За добрые дела!
       За ложь! За лиходейство!
    За робкий лай из-за угла
       И громкое лакейство!
    
    За что? За то! За галуны
       Поношенной ливреи!
    За гибкость шеи и спины!
    За то, что Руси не нужны
       Природные лакеи!


    <1913>

    Новая метла

    Грязи, сору - без числа
    В обновленной хатке...
    Ну-ка, новая метла,
    Наведи порядки!
    
    Гоц*,  Керенский и другие
    Всё загадили в краю...
    Помогите, дорогие,
    Выместь родину мою.
    Всех бездельников-банкиров,
    Трудовой семьи вампиров,
    Что шипят на новый строй,
    Тунеядцев, невских франтов,
    Финансистов, фабрикантов -
    В шею новою метлой!
    
    Грязи, сору - без числа
    В обновленной хатке...
    Ну-ка, новая метла,
    Наведи порядки!
    
    Точно так же не мешало б
    Чистку книжную начать -
    Чересчур уж много жалоб
    На панельную печать.
    Все журнальчики и книжки
    Про скандальчики-интрижки!
    "Стрекозу", "Весь мир" гнилой,
    Пинкертонов приключенья -
    Мародеров развлеченье -
    В шею новою метлой!
    
    Грязи, сору - без числа
    В обновленной хатке...
    Ну-ка, новая метла,
    Наведи порядки!
    
    Подмести немедля надо
    И казенные места -
    Проползло немало гада
    К нам украдкой в ворота!
    Всех подложных комиссаров
    Из вчерашних земгусаров,
    Грязных взяточников рой,
    Ради выгоды корыстной
    Строй признавших ненавистный,-
    В шею новою метлой!
    
    Грязи, сору - без числа
    В обновленной хатке...
    Ну-ка, новая метла,
    Наведи порядки!
    
    * Гоц А. Р. - один из лидеров партии эсеров.


    Весна 1918

    О ка-детках

     Детская песенка
    
    Их устои - шатки,
    Их победы - редки,
    Но их речи - сладки,
    Их сравненья - метки.
    Вечные нападки
    Заслужили ль детки?
    Бедные ребятки,
    Паиньки ка-детки.


    <1908>

    * * *

       О чем писать?.. А тем так много,
       Живых и благодарных тем,
                    Но между тем -
    Не трогай их, не трогай, ради бога!
    
    Ведь наша рать и так уж поредела,
    А впереди - всё тот же черный мрак:
    И нет конца ему, и нет ему предела...
    Скрывай до времени, что в сердце наболело,-
                Всесилен враг!


    <1909>

    * * *

    О, сколько ненужного, нудного шума:
    "Четвертая дума! Четвертая дума!!
    Четвертая дума кадетскою будет,
    Четвертая дума нас с властью рассудит!!
    Четвертая дума, поверьте,- не Третья:
    Начало рассвета, конец лихолетья!!!"
    . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
    Но рвется наружу предательский вздох:
    "Не будет ли, братцы, довольно и трех?"


    1912

    Павел

    Мой приятель Павел,
    Патриот по духу,
    Выше рома ставил
    Русскую сивуху.
    Был борцом известным,
    Златоустом местным
       Русского Союза,
       Но ему, о муза,
    Выпал тяжкий номер:
       От патриотизма,
       От алкоголизма -
           Помер!


    <1908>

    Паразиты войны

    Сперва издатель чуть не помер:
    Война! Застой во всех делах,
    Торговле - мат, журналам - крах!
         Потом, мах-мах -
         "Военный номер"
    Слепил и выпустил... Аллах,
    Какой успех! - все до едина
    Торгаш распродал номера!..
         Ура, товарищи, ура,-
         Какая чудная картина!
    
    Там где-то кровь течет и хлещет,
    Там где-то бьются грудь о грудь,
    А здесь - галерка рукоплещет,
    Приветствуя гнилую муть
    Беллетристической дешевки
    Производителей "Биржевки":
    Война ли, мир ли - все едино
    Для "гениального пера"...
         Ура, товарищи, ура,-
         Какая чудная картина!
    
    Редактор "Синего журнала",
    Шебуев, гордо заявил,
    Что он помрет в расцвете сил,
    Коль скоро русских будет мало,
    Чтоб Русь от немцев защитить...
    Какая прыть! какая прыть!..
    Там где-то - акт высокой драмы:
    Шрапнель, фугасы, волчьи ямы,
    Что пункт, то ад, что яма - гроб!..
    А здесь - в целях саморекламы -
    Свинцом дырявят медный лоб!
    Чернь рукоплещет: "Вот мужчина!
    Он между нами - что гора!"
         Ура, товарищи, ура,-
         Какая чудная картина,
         Какая дивная пора!


    1914

    Патриот своего отечества

       М-да-с, едва ли
       Вы знавали
    Ферапонта Ильича!
       Ноги - бревна,
       Чрево - эва!
    Нос - краснее кумача!
       Как он пылок
       Средь бутылок!
    Только гаркнет: "О-го-го!
       Бей стаканы!"
       Океаны
    По колено для него!
       "Что нам немцы -
       Иноземцы!
    Лондон, Берлин, Вена, Рим?!
       Мы, славяне,
       Этой дряни
    И дохнуть-то не дадим!
       Молвим слово,
       И - готово:
    От Амура до Оки
       Засверкают,
       Забряцают
    Измаильские штыки!"
       М-да-с, едва ли
       Вы знавали
    Ферапонта Ильича!
       Ноги - бревна,
       Чрево - эва!
    Нос - краснее кумача!


    <1909>

    Патриот-губошлёп

    Отчего, почему? - старожилов спроси,
    Я и сам-от немало дивился,
    Как проведал впервой, сколь у нас на Руси
    Патриот-губошлеп расплодился!
    Заморянин везде: на Урале, в Баку,
    В Петербурге, в Сибири и в Сочи,
    А природный русак знай лежит на боку -
    Мы, де, больше к полатям охочи!
    Хочешь лесу? - так што ж: откупай да руби!
    Аль боишься: не хватит, мол, места?
    Да у нас... от Невы вплоть до самой Оби
    Ни во што, брат, не ставится лес-то!
    Да уж мы, брат, не вы! да у нас, брат, всего -
    Изобилие, полная чаша!
    Англичанин? француз? немчура? - о-го-го! -
    Всех вас кормит россейская каша!
    К нам, на Русь-то, ваш брат приползет нагишом,
    Егозит, лебезит у заборов,
    А проходит годок, глядь - и смотрит ершом,
    Станет сытый да гладкий што боров!
    
    Отчего, почему? - старожилов спроси,
    Я и сам-от немало дивился,
    Как проведал впервой, сколь у нас на Руси
    Патриот-губошлеп расплодился!


    <1909>

    Песня коммуны

       Нас не сломит нужда,
       Не согнет нас беда,
    Рок капризный не властен над нами,
       Никогда, никогда,
       Никогда! никогда!
    Коммунары не будут рабами.
    
       Все в свободной стране
       Предоставлено мне,
    Сыну фабрик и вольного луга;
       За свободу свою
       Кровь до капли пролью,
    Оторвусь и от книг и от плуга!
    
       Пусть британцев орда
       Снаряжает суда,
    Угрожая Руси кандалами,-
       Никогда, никогда,
       Никогда! никогда!
    Коммунары не будут рабами.
    
       Славен красный наш род,
       Жив свободный народ,-
    Все идут под знамена Коммуны.
       Гей, враги у ворот!
       Коммунары - вперед!
    Не страшны нам лихие буруны.
       
       Враг силен? Не беда!
       Пропадет без следа,
    Коли жаждет господства над нами,
       Никогда, никогда,
       Никогда! никогда!
    Коммунары не будут рабами!
       
       Коль не хватит солдат,
       Станут девушки в ряд,
    Будут дети и жены бороться,
       Всяк солдат-рядовой,
       Сын семьи трудовой -
    Все, в ком сердце мятежное бьется!
       
       Нас не сломит нужда,
       Не согнет нас беда,
    Рок капризный не властен над нами,-
       Никогда, никогда,
       Никогда! никогда!
    Коммунары не будут рабами!!!


    1918

    Признание модерниста

    Для новой рифмы 
    Готовы тиф мы 
    В стихах воспеть, 
    И с ним возиться, 
    И заразиться, 
    И умереть. 


    1908

    С натуры

    После сытного обеда
    В кабинете у Володи
    Долго шла у нас беседа
    О страдающем народе.
    
             -----
    
    "Да, - вздохнув, промолвил Фатов,
    Развалившись на диване, -
    Гибнут в царстве плутократов,
    Гибнут русские крестьяне!"
    
    - "Что ж поделать? - отозвался
    Князь Павлуша Длинноногий. -
    Я работал, я пытался...
    Но налоги..." - "Ах, налоги!"
    
    - "Да, налоги и при этом -
    Темнота, разврат и пьянство!
    Проследите по газетам:
    Вырождается крестьянство!.."
    
             -----
    
    После сытного обеда
    (Ну и повар у Володи!)
    Долго шла у нас беседа
    О страдающем народе...


    <1909>

    Смешная история

    Для маленькой девочки куклу купил
          Поэт одинокий.
    Он деньги на это давно уж копил;
          И вот накопил
             И купил
    Для маленькой девочки куклу.
    
    Но был он тоскою измучен вконец,
         Поэт одинокий.
    Тоской - без расцвета увядших сердец.
       А в сердце поэта таился отец;
          И вот он - проснулся.
    
    Для маленькой девочки куклу купил
          Поэт одинокий.
    Он деньги на это давно уж копил;
          И вот накопил
             И купил.
    Но... с куклой расстаться - не мог он.


    1907

    Супруги Митины

    Супруги Митины?.. Вот милая семейка!
    Как посещу их дом, так сам себя стыжусь!
    Для них народ - кумир!..
           Но что там за индейка!
             Ах, что за гусь!..
    
    Он часто говорит: "Вот если б воедино
    Нам удалось сплотить голодный, бедный люд -
    Настал бы Судный день!.."
           Но что у них за вина!
             И где берут?..
    
    Она не отстает: "Мне все страдальцы - братья!
    Подумайте: иной в лохмотьях кру-углый год!
    Ах, как мне жалко их!.."
           Но что у ней за платья!
             В шестьсот! в семьсот!
    
    А как живут они! - что месяц, то обновка!..
    Недавно он купил картину ей: "Погром" -
    Две с лишним заплатил!..
           Ну что за обстановка!
             Ах, что за дом!..


    <1908>

    Сын коммунара

    Промчится вихрь с неслыханною силой...
    Сиротка мальчик спросит мать свою:
    "Скажи, родная, где отец мой милый?"
    И сыну мать, склонившись над могилой,
    Ответит гордо:
                   "Пал в святом бою!
    Он призван был в дни черной непогоды,
    Когда враги душили край родной,
    Грозя залить кровавою волной
    Светильники у алтарей свободы.
    На их удар ответил он ударом
    И пал, от братьев отводя беду...
    Отец твой был солдатом-коммунаром
       В великом восемнадцатом году!"
    
    Привет и ласку ото всех встречая,
    Сын коммунара спросит мать свою:
    "Не понимаю. Объясни, родная:
    Я - мал и слаб: за что мне честь такая
       В родном краю?"
    И мать ответит маленькому сыну:
    "К тебе горят любовию сердца
    За крестный подвиг твоего отца,
    Погибшего в тяжелую годину.
    Стонала Русь под вражеским ударом,
    Грозила смерть свободному труду...
    Отец твой был солдатом-коммунаром
       В великом восемнадцатом году!"
    
    - "Но почему мы не в каморке тесной,
    А во дворце живем с тобой?.. Взгляни -
    Какой простор! какой уют чудесный!
    За что был отдан бедноте окрестной
    Дворец царей? Родная, объясни".
    И мать ответит, мальчика лаская:
    "Раскрыли перед вами дверь дворцов
    Заслуги ваших доблестных отцов,
    Что пали, за свободу погибая.
    Шел враг на Русь с мечами и пожаром,
    Неся с собой смертельную беду...
    Отец твой был солдатом-коммунаром
       В великом восемнадцатом году!"
    
    И смолкнет сын, в раздумий глубоком
    Взирая на могильный холм борца
    И думая о доблестном далеком...
    Гигантом пред его духовным оком
    Восстанет тень почившего отца.
    И даст он клятву - тою же тропою
    Всю жизнь свою безропотно идти
    И не сходить с отцовского пути
    Неколебимо-гордою стопою:
    "Клянусь быть честным, доблестным и ярым,
    К насильникам всю жизнь питать вражду
    Отец мой был солдатом-коммунаром
       В великом восемнадцатом году!"


    Лето 1918

    Требник капиталиста

               1
        Соборная молитва
    
    Для спасенья наших касс,
    Наших прибылей и нас
    Просвети сознанье масс,
            Господи!
    
    Докажи, как дважды два,
    Что на сладкий кус права
    Монополья буржуа,
            Господи!
    
    Ведь коль скоро люд поймет,
    Что полыни слаще мед,
    Пчельник он - себе возьмет,
            Господи!
    
    Будет сам блюсти рои,
    Сочных сот ломать слои
    И в карманы класть - свои,
            Господи!
    
    Мы ж, без вкладов и без рент,
    Кончим жизнь свою в момент,
    Угодив под монумент,
            Господи!
    
    Ведь нигде и никогда
    Не вкушали мы труда -
    Ждет нас лютая нужда,
            Господи!
    
    Для спасенья наших касс,
    Вкладов, рент и грешных нас,-
    Затемни сознанье масс,
            Господи!
    
               2
             Верую
    
    Во единого бога-отца,
    Золотого тельца,
    Жизнь дающего полною мерою,-
             Верую!
    
    В чудотворный процент,
    Силу вкладов и рент
    С их влияний чудовищной сферою
             Верую!
    
    В благородный металл,
    Во святой капитал,
    Возносящий над участью серою,-
             Верую!
    
    Обещаюсь идти
    По святому пути,
    Не смущаем иною карьерою,-
             Верую!
    
               3
    
    Процент! Творящее начало!..
    Ты, как горчичное зерно,
    В пыли теряешься сначала,
    А после верным, как оно,-
    Даешь приют под мирной сенью
    Своих чертогов дорогих,
    Даруя воспоенным ленью
    Возможность жить за счет других!
    
    Процент! Великий чудотворец!..
    Ты, как господь, из ничего
    Творишь миры и, богоборец,
    Свергаешь бога самого!
    Твой дивный рост ежеминутен:
    Растет, гнетет, пьет кровь, разит;
    Тобою жив вселенский трутень
    И социальный паразит!
    
    Процент! В тебе мои надежды,
    В тебя я верю без конца:
    Ты - светоч знанья для невежды;
    Ты - верный посох для слепца!
    Твоею силой чудотворной
    Я над землею вознесен
    И, недалекий, средний вздорный,
    Царю, никем не потрясен!
    
    А там у ног моих, на лыке
    Полуобут, полуодет,
    Безмолвно гибнет ум великий,
    Нуждой замучен с малых лет.
    Дам знак - ив тот же миг проворно
    Ко мне сбежится цвет земли
    И будет тихо и покорно
    Лежать у ног моих в пыли!
    О верный страж дегенерата,
    Телохранитель торгаша,
    Тебя, волнением подъята,
    Благоговением объята,-
    Тебя поет моя душа!


    Декабрь 1916

    Триумфаторы 1907-1908 гг.

    Жалкая кучка кривляк,
    Выродков нашей эпохи,
    Севши на смрадный тюфяк,
    Сыплет и ахи, и охи,
    Нет идеалов?.. Так что ж?
    Разве не хватит нахальства
    Сдабривать похоть и ложь
    Крепкой приправой бахвальства?
    Сенька напишет рассказ -
    Сеньку расхвалит приятель:
    "Это - бесценный алмаз!
    Это - поэт-созерцатель.
    Гибкий, сверкающий слог...
    Беклин, Уайльд... откровенья..."
    Целая тысяча строк;
    Что ни строка - воскуренье!
    
    "Что нам читатель?.. Эхма!"
    Выпустив 22 тома,
    Буйно ликует Фома,
    Нагло грохочет Ерема.
    Славы немеркнущей чад
    Губит порой и таланты -
    Диво ль, что этак кричат
    Эти... "пророки-гиганты"?
    Слабенький череп венца
    Выдержать больше не может,
    Похоти скотской певца
    Червь самомнения гложет.
    Это не наглость... о нет!
    Взрывы подобного смеха -
    Лишь истерический бред,
    Вызванный ядом успеха.
    
    С кресел всю ночь не встает
    Жрец извращенного чувства;
    Целую ночь напролет
    Кистью "святого" искусства
    Жадно марает свой лист.
    (Плод нездорового бреда
    Завтра прочтет гимназист.)
    "Леда! свободная Леда..."
    . . . . . . . . . . . . .
    Жадно марает он лист,
    Славит он Леду-царицу.
    (Тайно идет гиназист
    Тайно лечиться в больницу.)
    Вот современнейший том -
    Сборник издательства "Плошка".
    Что за печать! за объем! -
    Боже, какая обложка!
    Диккенс, Тургенев, Золя -
    Прочь посрамленные стяги:
    В четверть аршина поля!
    Около пуда бумаги!
    Ну-с, а сюжетики... Да-с!
    Прелесть, восторг, объеденье!
    Верите ль: что ни рассказ -
    Двадцать четыре растленья!!
    Красочность, живость пера,
    Виден баль-шой наблюдатель!
    Сочно, душисто... Ура,
    Наш современный писатель!!
    
    Крики, и хохот, и гам,
    Речи бессвязны и пылки;
    Шумно и весело там -
    Всюду стаканы, бутылки...
    Что же, зайдемте? Для нас,
    Право, не будет убытка:
    Это - российский Парнас,
    Это - трактирчик "Давыдка"!
    Вон, за отдельным столом,
    Бросивши всякую меру,
    "Наш гениальный Пахом"
    Дует коньяк и мадеру.
    Рядом - издатель юлит,
    Типик проныры-нахала:
    "Мы-то?.. да мы,- говорит,-
    Всё,- говорит,- для журнала!..
    Триста?.. Извольте!.. Для вас -
    Не пожалеем и триста!.."
    
    Так продается у нас
    Честь и перо беллетриста.




    Всего стихотворений: 34



  • Количество обращений к поэту: 6555





    Последние стихотворения


    Рейтинг@Mail.ru russian-poetry.ru@yandex.ru

    Русская поэзия