Сергей Яковлевич Алымов


Ядоплен


        Федору Камышнюку

В каждом предмете есть жуткая сила отравности, 
Даже в левкоях запрятано острое зло, -- 
Дремлет кураре в афишах -- герольдах забавности, 
В вывесках дико маячит Харона весло. 
        
В пыльном асфальте шевелятся зала змеиные, 
В пышном боа -- удушенья кокетливый знак; 
Шарят стилеты прожекторов длинные-длинные, 
Чаша с цикутой -- изящной кокотки башмак. 
        
Город волшебник, готовящий зелья различные, 
Знает напитки какие для грезы какой -- 
Только всмотритесь внимательно в факты обычные, 
К вам никогда не вернется бывалый покой. 
        
Каждая радость несет неизменно страдание. 
Каждый восторг причиняет сосущую боль. -- 
Но не в разладе ли главное дней обаяние? 
Не диссонанс ли поэта коронная роль? 
        
Наша трагедия -- ложь смущения цельности. 
Все мы в осколках и сердце у нас -- бахрома. 
Сердце всецело во власти мирской карусельности, 
В нем Поль де Кок, и Бодлер, и Толстой, и Дюма... 
        
Мы автоматы, но жизни у нас есть подземные, 
Тихо звенящие, где-то у грезы на дне... 
Наши желанья -- смешные рабыни гаремные... 
Может быть истинно все мы живем лишь во сне?.. 
        
Может быть в мрачном и мутном ума помрачении 
Есть просветление Истины, скованной в нас?.. 
Может быть бред -- это Мудрости солнцесвечение? 
Может быть нужен, как Бог, кокаинный экстаз? 
        
Все мы -- Шекспиры, лишенные счастья Гармонии, 
Все мы -- Бетховены брызгно гремящих сонат, 
Радостей, боли, мучений, эксцессов, агонии... 
В душу вливается мерно пылающий яд. -- 

Лель (Владивосток). 1919. № 1, 15 ноября



Русская поэзия - http://russian-poetry.ru/. Адрес для связи dilet@narod.ru