Ядоплен Федору Камышнюку
В каждом предмете есть жуткая сила отравности,
Даже в левкоях запрятано острое зло, --
Дремлет кураре в афишах -- герольдах забавности,
В вывесках дико маячит Харона весло.
В пыльном асфальте шевелятся зала змеиные,
В пышном боа -- удушенья кокетливый знак;
Шарят стилеты прожекторов длинные-длинные,
Чаша с цикутой -- изящной кокотки башмак.
Город волшебник, готовящий зелья различные,
Знает напитки какие для грезы какой --
Только всмотритесь внимательно в факты обычные,
К вам никогда не вернется бывалый покой.
Каждая радость несет неизменно страдание.
Каждый восторг причиняет сосущую боль. --
Но не в разладе ли главное дней обаяние?
Не диссонанс ли поэта коронная роль?
Наша трагедия -- ложь смущения цельности.
Все мы в осколках и сердце у нас -- бахрома.
Сердце всецело во власти мирской карусельности,
В нем Поль де Кок, и Бодлер, и Толстой, и Дюма...
Мы автоматы, но жизни у нас есть подземные,
Тихо звенящие, где-то у грезы на дне...
Наши желанья -- смешные рабыни гаремные...
Может быть истинно все мы живем лишь во сне?..
Может быть в мрачном и мутном ума помрачении
Есть просветление Истины, скованной в нас?..
Может быть бред -- это Мудрости солнцесвечение?
Может быть нужен, как Бог, кокаинный экстаз?
Все мы -- Шекспиры, лишенные счастья Гармонии,
Все мы -- Бетховены брызгно гремящих сонат,
Радостей, боли, мучений, эксцессов, агонии...
В душу вливается мерно пылающий яд. -- Лель (Владивосток). 1919. № 1, 15 ноября |
Русская поэзия - http://russian-poetry.ru/. Адрес для связи dilet@narod.ru |