Константин Михайлович Фофанов

Месть

Я при­еду к тебе ночью тем­ной,
От­то­чив по­ско­рее кин­жал,
И приду опе­ча­лен­но-скром­ный,
Чтобы взор твой беды не узнал.

Знаю, — долго сту­чать­ся я буду,
Ты не скоро от­кро­ешь мне дверь.
Я войду — уди­вишь­ся, как чуду,
А во мне за­ше­ве­лит­ся зверь.

И тре­во­га блес­нет в твоем взоре.
Алый жар по­блед­не­ет в лице.
Чей-то шаг про­сту­чит в ко­ри­до­ре,
Скрип­нут две­рью на зад­нем крыль­це.

И спро­шу я: узна­ла ль? Здо­ро­ва ль?
И в чер­тах твоих горе найду,
И сму­ще­ньем на­те­ша­ся вдо­воль,
В твою гор­ни­цу смело войду.

И скажу я: зачем здесь, как будто,
Дым стоит от тя­же­лых сигар?
И от­ве­тишь ты нехо­тя, круто:
— Это верно чадил са­мо­вар.

— А зачем здесь бо­ка­лы, ста­ка­ны,
Или ты про­во­ди­ла го­стей?..
Ста­нут щеки, как пре­жде ру­мя­ны,
А твой взор омра­чит­ся тем­ней.

— У меня здесь по­дру­ги го­сти­ли!..
Ты от­ве­тишь, дрожа как олень
— Не они ль пор­ту­пею за­бы­ли?
И, сме­ясь, укажу на ре­мень.

Ты, как холст, по­блед­не­ешь со стра­ха,
Не най­дешь к оправ­да­нию путь.
Я кин­жа­лом махну — и с раз­ма­ха
Он вон­зит­ся в невер­ную грудь.

Ты опу­стишь бес­силь­ные руки,
И, ша­та­ясь, как сноп упа­дешь…
Пусть я вы­не­су тяж­кие муки,
Но отмщу за по­зор­ную ложь!