Роберт Иванович Рождественский

* * *

Вернуться б к той черте,
                        где я был мной.
Где прилипает к пальцам
хлеб ржаной.
И снег идёт.
И улица темна.
И слово "мама" -
                 реже, чем "война".
Желания мои скупы.
Строги.
Вся биография -
                на две строки.
И в каждой строчке
                  холод ледяной...
Вернуться б к той черте,
                        где я был мной.

Вернуться бы,
вернуться б к той черте,
где плачу я в полночной духоте,
где очень близко
                губы и глаза,
где обмануть нельзя,
смолчать нельзя.
Измены -
         даже мысленно -
                         страшны.
А звёздам в небе
тесно от луны.
Всё небо переполнено луной...
Вернуться б к той черте,
                        где я был мной.
Не возвращаться б
                 к той черте,
                             когда
становится всесильной немота.
Ты бьёшься об неё.
Кричишь,
        хрипя.
Но остаётся крик внутри тебя.
А ты в поту.
Ты память
         ворошишь.
Как безъязыкий колокол дрожишь.
Никто не слышит крика твоего...
Я знаю страх.
Не будем
        про него.
Вернуться б к той черте,
                        где я был мной.
Где всё впервые:
светлый дождь грибной,
который по кустарнику бежит.
И жить легко.
И очень надо
            жить!
Впервые "помни",
                "вдумайся",
                           "забудь".
И нет "когда".
А сплошь -
           "когда-нибудь".
И всё даётся малою ценой.

Вернуться б к той черте,
                        где я был мной.
Вернуться б к той черте...

А где она?
Какими вьюгами заметена?