Николай Александрович Щёголев

Гонг

Стараюсь жить попроще, без утонков, –
Сплошная трезвость, здравый смысл во всем…
Вдруг – странный, тяжкий звук, как будто гонга
Удар!.. И всё меняется кругом.

Знакомый звук, как мир, больной и старый,
Пронзительный, надрывный и лихой…
Чайковский ждал такого же удара,
Бетховен, будучи уже глухой.

Толстой, насупленный, косматобровый,
В биеньи жизни звук тот различал,
И вздрагивал, и вслушивался снова,
И вышла «Смерть Ивана Ильича»…

У Чехова – «Вишневый сад»… У Блока
Расцвел над бездной «Соловьиный сад»…
Везде – куда ни глянь! – над одинокой
Душой мечи дамокловы висят…

И я, пигмей, живу и не горюю…
Вдруг грянет гонг, и станет жизнь тесна,
И хочется проклясть ее, пустую,
Проклясть ее и прыгнуть из окна.

До вечера влачится тупо время,
Живешь в каком-то гулком колесе,
Ругаешься и плачешься со всеми, –
Другой и все-таки такой, как все.

Как все, как все!.. Нет певческого дара.
Я – пустоцвет… Ну что ж! напьюсь тайком
И буду до надсады «Две гитары» –
Мотив давнишний, затхлый, стертый, старый,
Мне в уши занесенный ветерком,
Себе под нос мурлыкать тенорком…