Всеволод Гаврилович Князев

Перед образом Приснодевы

Полна смирением и кротостью глубокой,
Она глядит безмолвно на меня.
И дышит святостью — безбрежной и далекой—
Лазурь безбрежного, нездешнего огня…
Вся грусть души незримо исчезает.
И дух возносится к предвечной высоте,
И все над мной и предо мной сияет
В пурпурно-розовой беззвучной красоте…
И счастливь я Ее небесным взглядом.
И светлой страстию, любовию томим.
Ревную я, что с Чистой Девой рядом
Не я, а юный Серафим…