Борис Васильевич Буткевич (Бета)

Сердце

Широких улиц и акаций белых, -- 
Английских зданий плющ и тишина 
И вывеска, начищенная мелом, -- 
Окрестность сновидением видна. 
Прохладны пароходные конторы, 
Над ними флаги ветер с моря рвет, 
А с бухты, где виднеются просторы, 
Могучий голос медленно зовет! 
Трамваи, огибающие скверы, 
И статуя на площади живой, 
Проходит это мимо ясной веры, 
Что важен мир разительно-иной. 
Гляди, мой друг, за огражденье мола, 
Гляди за колокольню маяков, 
На профиль океанского престола, 
На очерки далеких облаков. 
И нас с тобой обманывали чувства: 
Та женщина единственной была, 
Тревожа воплощением искусства 
Ах, сладко целовала и лгала. 
Туман спускался на дороги наши -- 
Так облачность любовная сильна 
И карий взгляд какой-нибудь Наташи 
Поил траву губительного сна. 
Ветра вдали смыкались, как ограда, 
Скрывали волю томные леса, 
И было больше ничего не надо -- 
Лишь губы милой да ее глаза... 
Но оживала, просыпалась скука, 
Она оглядывалась, как гроза, -- 
Ты размыкал неискренние руки 
И не гляделся в лживые глаза. 
Прохладны пароходные конторы, 
Высокий флаг свернет и развернет 
Высокий и упрямый ветер с моря 
И зов протяжный с пристани несет.