Николай Максимович Минский

Восточная легенда

Раз­де­лен­ные Шивою — сте­пью седой —
Про­жи­ва­ли два пле­ме­ни — Уры и Азы,
Тем­но­ли­кие Уры и блед­ные Азы,
Раз­де­лен­ные сте­пью и древ­ней враж­дой.

По ночам они в степь устрем­ля­лись, как львы
При­ни­ка­ли к земле на­сто­ро­жен­ным телом,
С острой ста­лью в зубах кра­лись к вра­жьим пре­де­лам,
Про­ле­за­ли во тьме чрез огра­ды и рвы.

И где путь им лежал, веч­ным де­лал­ся сон,
Тре­пе­та­ли тела от пред­смерт­ных сте­на­ний,
Рас­кры­ва­лись уста и хри­пе­ли гор­та­ни,
И бой­цов ве­се­лил этот тре­пет и стон.

И где путь их про­шел, кровь чер­ти­ла их след,
И та кровь им была в упо­е­нье и сла­дость.
Воз­вра­ща­лись домой они женам на ра­дость,
И росли сы­но­вья их для новых побед.

Но уви­дел Гос­подь их убий­ства и кровь
И ска­зал: как силь­ны оби­та­те­ли Шивы!
Они зло­бой силь­ны и враж­дою счаст­ли­вы —
Пусть же сла­бость и скорбь им при­но­сит лю­бовь.

И с тех пор зла­то­куд­рых врага до­че­рей
По­лю­би­ли в душе тем­но­окие Уры,
И, пре­зрев­ши жену свою, Аз бе­ло­ку­рый
Жаж­дал смуг­ло­го тела и чер­ных куд­рей.

В ночь, как псы, они рыс­ка­ли сте­пью немой,
И не крови ал­ка­ли — стыда и на­си­лий.
Из ша­тров не до­спе­хи, а жен уно­си­ли
И с до­бы­чей опас­ной спе­ши­ли домой.

Но из­ме­на и рев­ность их ждали в домах.
Осла­бе­ли их мышцы, серд­ца охла­де­ли.
И со­се­ди, придя, на них цепи на­де­ли,
И рас­ши­ри­лась степь, на без­люд­ных полях.

Я сло­жил эту песнь — сын Урий­ских во­ждей,
Я, лоб­зав­ший уста зо­ло­той Ази­ан­ки.
Эти жа­ло­бы — славы умер­шей остан­ки.
Эта песня — гроб­ни­ца над силой моей.