Екатерина Леонидовна Таубер

1950-ый год

Безмолвно гасли старики, —
Для них изгнание кончалось
Тридцатилетнее… Руки
Рука нездешняя касалась,
А берег близился родной
Не так, как думали — иначе!
И вечный отдых ледяной
Был и наградой и удачей.
Они свершили. Сберегли,
(Как выходцы с иной планеты,)
Все лучшее своей земли,
Чему не будет уж ответа…

А мы — их дети? Целый мир
И родина нам, и чужбина.
Мы всюду дома… Все — Сибирь!
Все каторга и паутина!
Минувшее — для стариков…
Грядущее — для тех, для новых…

Нет ни пристанища, ни крова
Меж двух враждующих веков!