Леонид Иванович Андрусон

Офе­лия

Мне сни­лись — хо­лод­ные звез­ды
Да­лё­ких пу­стын­ных небес
И спя­щий у бе­ре­га, тем­ный,
Мол­ча­ни­ем ско­ван­ный лес.

Ды­ми­лась над спя­щей рекою
Хо­лод­ная белая мгла.
Воз­душ­ным ви­де­ньем в ту­мане
Пе­чаль­ная де­вуш­ка шла.

Глу­бо­кая тем­ная тайна
В безум­но-пе­чаль­ных гла­зах,
Без­мер­ная мука за­сты­ла
На со­мкну­тых скорб­но устах.

— Зачем так безум­но пе­чаль­на,
Как ночь оди­но­че­ства, ты?
Смер­тель­но блед­на, как сне­га­ми
Уби­тые в поле цветы?

Кто ты? И от­ку­да, от­ку­да? —
И дрог­ну­ли вздо­хом её
Уста и чуть слыш­но вздох­ну­ли,
Вздох­ну­ли: — Офе­лия я…

Вы зна­е­те, — принц был мой милый,
Он мно­гих, он мно­гих любил,
Но серд­цем глу­бо­ким и чи­стым
Меня не забыл, не забыл.

И ма­лень­кий ро­зо­вый ве­реск,
Друг милый мой ма­лень­кий — вот —
Он слав­ную пе­сен­ку знает,
Так нежно, так, тихо поет.

Поет он о том, что мой милый
Всех жен­щин пре­крас­ных любил,
Но серд­цем глу­бо­ки­ми и чи­стым.
Меня не забыл, не забыл…

Свет­ла и воз­душ­на улыб­ка
На скорб­но-пре­крас­ных устах,
Ове­я­на неж­но­стью тайна
В безум­но-пе­чаль­ных гла­зах.

И руки она про­сти­ра­ет
В по­ры­ви­сто-страст­ной моль­бе, —
Мой ма­лень­кий ро­зо­вый ве­реск
Спа­си­бо, спа­си­бо тебе.

При­зна­тель­но, нежно це­лу­ет,
За­стен­чи­вый скром­ный цве­ток,
И вздох по­тря­сен­но­го серд­ца
Без­мер­но и скорб­но глу­бок.

Рас­та­я­ли в белом ту­мане
Пе­чаль­ные вздо­хи шагов.
Ушла… Не раз­га­да­на тайна
Пе­чаль­ных му­чи­тель­ных слов.

Бес­страст­ны да­ле­кие звез­ды,
Без­молв­ны — пу­сты­ня небес
И спя­щий у бе­ре­га, тем­ный,
Мол­ча­ни­ем ско­ван­ный лес.