Николай Максимович Минский

* * *

Над арфою она скло­ни­лась и иг­ра­ла,
Бу­ди­ла рокот струн дви­же­ньем белых рук.
Она к ме­ло­дии объ­я­тья про­сти­ра­ла,
И за­ми­рал у ней в объ­я­тьях каж­дый звук.

При­льнув­ший к арфе стан с го­лов­кой на­кло­нен­ной —
Как гений этих струн, как песни строй­ный дух —
Сли­вал­ся в по­лу­тьме с до­с­кою зо­ло­чен­ной,
Чаруя глаз, меж тем как песнь лас­ка­ла слух.

Иль то была не песнь. Без стра­сти, без пе­ча­ли
Со­зву­чия ли­лись, как пенье птиц в глуши.
Ка­за­лось, не душа то­ми­лась в них, — зву­ча­ли
Одни пред­чув­ствия мла­ден­че­ской души.

Так без­мя­те­жен был скло­нен­ный про­филь чи­стый,
Так арфы зо­ло­той был нежен звон среб­ри­стый.