Николай Максимович Минский

* * *

В ее чер­тах мла­ден­че­ских и неж­ных,
Рас­цвет­ших под за­щи­той бо­жьих крыл,
С неволь­ною от­ра­дой я от­крыл
Чуть вид­ный след ка­ких-то чувств мя­теж­ных
Пе­чать раз­ла­да тай­но­го, залог
Стра­да­ний неиз­беж­ных и тре­вог.

Она до­ныне чуж­дой мне была —
Она, до­ныне чуж­дая пе­ча­ли.
Все мысли, чув­ства разно в нас зву­ча­ли.
Ее душа не по­ни­ма­ла зла,
Моя — любви. Так бур­ный вал по­то­ка
Не от­ра­зит ру­мя­ных туч во­сто­ка.

Те­перь она скор­бит, она — моя.
Мы с ней срод­ни­лись мукой со­стра­да­нья,
И дорог стал и бли­зок для меня
Ее рас­цвет — угро­зой увя­да­нья.
Чужим неду­гом грудь ис­це­ле­на,
Чужой пе­ча­лью жизнь освя­ще­на.

И снова на земле стра­дать хочу я,
Где ей, как мне, то­мить­ся суж­де­но,
Где жре­бий свой, опла­кан­ный давно,
В ее гла­зах пре­крас­ных вновь про­чту
И где, любви утра­тив бла­го­дать,
Нам слад­ко со­жа­леть и со­стра­дать.