Борис Борисович Божнев

* * *

   Александру Кусикову

Вы ― Михаила Лермонтова брат.
Да, Вы его наследник самый ближний.
И верьте мне ― я более чем рад
Так близко знать Вас в современной жизни.

В расцвете лет убит был Михаил,
И Вы ― последний представитель рода.
О, Байрон тоже Вашим братом был:
В семье не без небесного урода.

Увы! погиб и он в расцвете лет,
И я боюсь за Вас, за фаталиста ―
Вы трубку держите, как пистолет,
Как пистолет, дымится трубка мглисто,

И пахнет порохом табачный дым,
За дымом ― горы сумрачные стынут,
И под рассветным облаком седым
На камне ждет, кого-то ждет Мартынов.

А на стене у Вас висит ковер
Мне чуждого, Вам близкого Кавказа,
И он для Вас цветист, как разговор,
Но для меня он страшен, как проказа…

Кавказ! Кавказ! О снежная струна,
Не тающая на российской лире,
И под рукой у Вас гремит она,
И грозным эхом повторится в мире.

О, смутно постигает тот, кто вник
Во звуки Вашей яростной музыки,
Что нас ведет незримый проводник
Наверх по скалам роковым и диким…

Кавказ! Кавказ! О ледяной хребет
Великих, средних, небольших поэтов,
И я даю Вам клятву и обет
Подняться с Вами к холоду и свету.

И я, и я бессмертным льдом согрет,
Его сверканьем ослеплен навеки…
Но должен я закончить Ваш портрет:
Пейзаж еще не видят в человеке.

Лицо… О, мраморные нос и лоб,
И золотые волосы и брови…
Но я не знаю, что сломить могло б
Сталь и железо Вашего здоровья.

И тело… Статен, невысок, нетолст,
Но как ни берегите и ни мерьте,
Ах, только фотография и холст
Его спасут от старости, от смерти.

Походка… Так идет спокойный зверь,
Так против волн плывет большая лодка,
Там движутся часы ― прохожий, сверь ―
Так волочится с каторжным колодка.

И жесты… Этот плавен, этот груб,
А этот полон грации несветской,
И складка умных мужественных губ
Вдруг содрогается в улыбке детской.

Душа… О, слово дивное душа…
Его произносить легко и страшно…
О, тень бумаги, тень карандаша,
О, белый мир бумаго-карандашный…

Портрет закончен… Вы на нем живой,
И Вас узнают все, кто знал когда-то…
Мне радостно, но, труд закончив свой,
Я ставлю не сегодняшнюю дату ―

О, в комнату отеля де ля Плас,
Где после нас живут чужие люди,
Моя душа зачем-то повлеклась…
Я Вашим другом был, и есть, и буду.