Евгений Львович Шкляр

Мирра и Римма

    1.

Давным-давно, хмельным июнем, 
В краю, где пенится Рион, 
В вечерний час пред новолуньем, 
Под сенью пальмовых корон, 
Я подарил своим шалуньям 
Листочек мирта и лимон.   

    2.

Одну из них, грузинку Римму, 
Давно сосватал горский князь, 
А Мирра, дочь Ерусалима, 
Из нервов сотканная вязь, 
Для грубых ласк недостижима, 
В любви айсору поклялась. 

    3.

Для них обеих был я братом, 
Отцом, супругом, женихом. 
Тому, что было, нет возврата, 
Как сожаленья нет в былом. 
И пали обе в час заката 
Под окровавленным ножом. 

    4.

Я целовал, больной и сирый, 
Их помертвелыя уста... 
И скорбь на лицах Риммы с Миррой 
Была божественно-чиста. 
Я хоронил своих кумиров, 
С тоской целуя их уста. 

    5.

Убит был князь, и нет айсора, 
Но так же пенится Рион, 
И там, где в тучах тонут горы, 
Я вспоминаю давний сон, -- 
О том, как пах и высох скоро 
Мой листик мирта и лимон!