Фёдор Алексеевич Червинский

Две доли

В громозвучных стихах изливал он свои
   Грубой черни незримые муки,
К человечеству, полный великой любви,
   Простирал он восторженно руки;
Всех погрязших, как в тине, в нужде роковой,
Чуждых страсти высокой и мысли живой,
   Созерцал он презрительным оком...
И увенчан был славой, и признан толпой
   Вдохновенным бойцом и пророком.

В душной комнате бледный мерцает ночник,
В смутном страхе больной гонит призраки прочь,
И, не в силах смертельной тоски превозмочь,
С замирающим стоном к подушке приник
А над ним головой утомленной поник
   За него исстрадавшийся друг.
Все бессонные ночи сидел он с больным
И горячим и чутким участьем своим
   Усмирял непокорный недуг.
И шептал он, что день долгожданный блеснет:
Посветлеет в глазах, грудь вольнее вздохнет,
Жизнь опять улыбнется - и вызовет их
   На святую борьбу за других -
      Без восторженных слов,
      Без лавровых венков,
В незаметной толпе незаметных бойцов...