Дмитрий Михайлович Цензор

* * *

Нависли сумерки. Таинственны и строги 
Пустые улицы. Им снится даль времен. 
И только иногда, смущая мутный сон, 
Спешит по ним евреи - дитя земной 
     тревоги. 
  
Брожу у ветхих стен угрюмой синагоги- 
И слышу пение унылое, как стон... 
Здесь тени скорбные глядят со всех 
     сторон, - 
О, как бледны они, измучены, убогий 
  
Здесь реют призраки кровавых темных лет 
И молят жалобно и гонятся вослед 
Испуганной мечте... Сгустилась тьма 
     ночная. 
  
И гетто старое мне шепчет, засыпая: 
«Возьми моих детей... Им нужен вольный 
     свет... 
Им душно, душно здесь... Темна их доля 
     злая...» 
  
В безмолвии старинного квартала 
Проходит жизнь, туманная, как бред. 
Сменился день. Глухая ночь настала 
И зажелтел из окон тусклый свет. 
  
И в поздний час у мрачного портала 
Я жду ее-хранящую обет... 
Она глядит печально и устало, 
И призрачно звучит ее привет. 
  
и бродим мы, тоскуя и любя, 
Безмолвные, безропотно скорбя, 
Мы ничего не ждем и безнадежны 
  
Часы любви. Над нами ночь и тьма. 
Вокруг молчат потухшие дома. 
И грезы их, как старость, безмятежны.