Владимир Германович Тан-Богораз

Царские гости

Трупы блуждают в морской тишине,
     Волны их моют зеленые.
Связаны руки локтями к спине,
Лица покрыты мешками смолеными.
Черною кровью запачкан мундир, -
     Это матросы кронштадтские.
Сердце пробили им пули солдатские,
В море их бросить велел командир.
В сером тумане стена берегов
     Ровной каймою рисуется.
Там над водою спокойно красуется
     Царский дворец - Петергоф.
"Где же ты, царь? Покажись, выходи
     К нам из-под крепкой охраны!
Видишь, какие глубокие раны
     В каждой зияют груди.
Полно, не бойся! Ведь ты наш отец,
     Мы - твои верные дети.
Хлеба просили - ты дал нам свинец,
Ржавые цепи и грубые плети.
Пусть мы расстреляны, в море мы брошены, -
Будем присягу хранить до конца.
Снова на службу пришли мы не прошены,
Стражу пришли мы сменить у дворца.
Поступью мерной взойдем на крыльцо,
В пышную спальню войдем мы дозором,
Будем глядеть тебе молча в лицо
     Мертвым невидящим взором.
Будем к постели твоей простирать
Мокрые, длинные, синие руки.
Будем рассказывать смертные муки,
Слушай прилежно, учись умирать!
Целую ночь не уйдем мы с поста.
Близко мы станем, лицом к изголовью...
Нашей застывшею черною кровью
Знак мы наложим тебе на уста.
Будем к тебе приходить каждый день,
Те же вести неотвязные речи.
Мы тебе саван накинем на плечи, -
Ты сверх порфиры наш саван надень".
Трупы плывут через Финский залив,
     Серым туманом повитый.
"Царь Николай! Выходи на призыв
С мертвой беседовать свитой!"