Александр Модестович Хирьяков (1863-1940)

• Фотографии, рисунки, изображения поэта

Все стихотворения на одной странице

- Оглавление -

Из Рая или Ада Илиада

Бег, о богиня, воспой Беседовскаго храброго сына, 
Прыткий стремительный бег, легкой серны альпийской подобный. 
Как со скалы на скалу легкотенная серна стремится, 
Мчась сквозь кустарник колючий и шерсти клочки оставляя, 
Так Беседовский скакал через гордыя стены Гренеля, 
Брюкам ущерб нанося и пиджак дорогой разрывая. 
- Пусть разорвется пиджак и пускай раздираются брюки, 
Лишь бы меня не настиг Ройзенман, безпощадный губитель, - 
Так Беседовский вещал, от зловредной Чеки убегая. 
Сердце ж его трепетало, как хвостик пугливаго зайца, 
В час, когда лютые псы мчатся за ним по пятам. 
По саду бродит впотьмах Беседовский, ища избавленья, 
Рыщет туда и сюда он и вдруг замечает консьержа. 
- О, не стреляйте в меня. Я молю вас, консьерж богоравный. 
Я, вам клянусь, не злодей, я сосед, заместитель полпреда, 
Я - замполпред Беседовский, и вас я молю о защите. 
Страшно жесток Розейман и глубоки подвалы полпредства. 
Был бы я трупом теперь, если б только не быстрыя ноги. 
Я через стены удрал, а семейства осталось в полпредстве. 
К вам прибегаю, консьерж, проводите меня к комиссару. 
Пусть мне вернут мои вещи, супругу и отпрыска сына. 
Знаю: могуч Ройзенман, но полиция все же сильнее. 
Тронут был добрый консьерж, пурбуары мечтой обнимая. 
За руку взял замполпреда и бросил крылатое слово: 
- Ловки вы прыгать, посол, вероятно, служили вы в цирке. 
Жарьте к Фоме Аквинату, и ваши услышат моленья, 
Мощна защита его, и пыль - Розейман перед нею. 
Грустно по ней головой замполпред Беседовский. 
Горькия слезы из глаз по лицу покатились ручьями. 
Руки он к небу воздел и в отчаянии молвил консьержу: 
- Друг мой, Фома Аквинат ведь святой католической церкви 
Смею ль возвать я к нему, он ли захочет помочь мне? 
Я ж большевик, замполпред, я по должности ярый безбожник. 
Мне к Аквинату заказан спасительный путь. 
Так говорил замполпред, и из глаз его слезы катились. 
- Муж быстроногий, утешься, - промолвил консьерж сердобольный; 
- Знай, что Фомой Аквинатом ближайший участок зовется. 
Радостно дрогнуло сердце в груди замполпреда. 
Серной, альпийским козлом он понесся в участок, 
Даже забыл второпях, что дают пурбуары консьержам. 

* * *

Когда Израилем нарушен был обет, 
Разгневался Господь на свой народ избранный 
И повелел ему скитаться сорок лет 
Вдали от радостной Земли Обетованной. 
И мы, о Господи, виновны пред Тобой 
И много лет скитаемся в пустыне... 
Но Ты, Ты наш оплот. Ты тронешься мольбой... 
И мрак наш озаришь немеркнущей святыней. 

Пошли, Господь, нам Твоего Мессию!... 
Твоей десницею воздвигнется Россия. 

Придет долгожданный Мессия! 
Проснись от позорнаго сна! 
Воскресни, воскресни, Россия!... 
Воскреснет родная страна! 
И выйдут из мрака столетий, 
Ломая закон бытия, 
Твои богатырскмя дети, - 
Воителей грозных семья. 
И знамя твое, как святыню 
Поднимут, отчизна моя, 
Алеша Попович, Добрыня 
И старый - могучий Илья. 

Мы верим, Господи, день близок долгожданный. 
Редеет мрак! Заря уже горит... 
И сердце сердцу говорит 
О светлой радости Земли Обетованной. 

* * *

Ночной порой 
И крик, и вой. 
Шумит, 
Бежит 
Городовой. 

Нам объявлена программа 
Полудел и полумер. 
Это факт, а не реклама,- 
Уверяет нас премьер. 

Ночной порой 
И крик, и вой. 
Шумит, 
Бежит 
Городовой. 

Маску скинь, о друг прекрасный, 
И явись, как яркий день! 
И в тебе увидим ясно 
Дурново и Плеве тень. 

Ночной порой 
И крик, и вой. 
Шумит, 
Бежит 
Городовой. 

* * *

Россия! Родина! Родимая земля! 
К Тебе летит душа, страдая и любя. 
К родным полям, к твоим лесам дремучим... 
Россия! Край родной!.. Забуду ли тебя? 
Россия! Рабская, несчастная страна 
В лохмотьях нищенских валяется она... 
Но я то - сын ея ... и скорбью безпредельной 
Душа моя полна. 
  
Ты любишь Родину? Ты лжец! Не лги напрасно... 
Когда бы ты любил ее любовью страстной 
Ты б ненавистныя оковы разметал... 
И стала б Родина свободной и прекрасной. 
Пчела несет в свой дом душистый мед с полей, 
О муровейниках хлопочет муравей, 
Медвед; и волк свои берлоги защищают... 
А Ты? Что сделал ты для Росины своей? 
  
Борьба за Родину!.. Хоть бы один намек!... 
Освобождения час неведомо далек. 
Слабеет дух, нет веры беззаветной... 
И каждый как в пустыне одинок. 
Россия! Родина!.. Идут страстные дни... 
Христовой веры гасятся огни... 
Страна любимая! Крепись, молись, родная... 
И нас изгнанников в молитвах помяни. 

Странник

Посох мой верный, идем мы с тобой; 
Путь нам далекий назначен судьбой. 
Смело пойдем по горам, по лесам... 
Счастье иль гибель ждет меня там; 

К синему морю приводит мой путь: 
Как хорошо на песке отдохнуть! 
Даль необъятная, отдайся мечтам... 
Счастье иль гибель ждет меня там? 

Поднял я парус и мачта скрипит. 
Ветру морскому душа говорит: 
Дальше, все дальше по синим волнам 
Счастье иль гибель ждет меня там? 

Волны вздымаются, волны ревут, 
К чудному острову волны несут... 
Замок! Там светлая Фея живет!... 
Счастье безумное там меня ждет!.. 

Выброшен на берег жалкий челнок, 
Путь мой неведом, путь мой далек... 
Замок и Фея все было обман... 
Саваном стелется серый туман. 

Веет весенняго ветра волна, 
Вижу: тумана сквозит пелена, 
Заревом нежным зажглись облака, 
Стихла безумнаго сердца тоска... 
Дальше, все выше, все выше, вперед... 
Верю и вижу, что солнце встает! 

Торжество победителей

Трубы медные ревут 
В Белокаменной, 
Разражается Грингмут 
Речью пламенной: 
Уж вы, гой еси, кричит, 
Патриотушки, 
Принимайте храбрый вид 
Без заботушки. 
Вы читали ль циркуляр 
Удивительный? 
Не проснулся ль в сердце жар 
Победительный? 
Всю крамолу изведем 
В канцеляриях, 
И поддержку мы найдем 
Во аграриях. 
Уничтожим весь кагал 
Злых изменщиков, 
Мне поддержку обещал 
Мудрый Меньшиков, 
Он цензуре возвратит 
Власть забытую, 
Ведь не вечно же ей быть 
В темя битою. 
И эсеров и эс-де, 
Как лавиною, 
Мы прикончим не в суде, 
А дубиною. 
Ждут давно уже "Кресты" 
Их ораторов; 
А в награду вам посты 
Губернаторов. 
Я ж в министры проберусь 
Еще ранее. 
Веселись, святая Русь 
И Германия. 

* * *

Час незабвенный. Со всей полицейскою мощью 
Смело и гордо вступил замполпред Беседовский в полпредство 
Сам Бенуа, полицейско-судебный властитель 
Мощною дланью своей охранял замполпреда. 
Все Беседоввский вернул. Он вернул себе тросточку, зонтик, 
Шляпу, пэнснэ, чемодан, портсигар, два костюма, перину... 
Кстати вернул и жену и любезнаго отрока-сына. 
Час незавенный настал, и свободный от власти чекистов 
С тросточкой, зонтиком, шляпой, пэнснэ, чемоданом 
Взял Беседовский в отель, близ церкви Мадлены 
Номер уютный, и тридцать пять тысяч курьеров, 
Что репортерами в нынешнем веке зовутся, 
Громкия речи его разнесли во все стороны света: 
Он с Милюковым сердечный союз заключает, 
Он для Гукасова с нефтью отыщет фонтаны, 
Керенский будет служит у него адъютантом, 
Виктор Чернов уж не раз забегал: не найдется ли место швейцара? 

Всего стихотворений: 7