Яков Вигдорович (Викторович) Окснер (1884-1941)

• Фотографии, рисунки, изображения поэта

Все стихотворения на одной странице

- Оглавление -

Бал прессы

(Фотография в рифмах) 
 
Номера "упрощенной" программы, 
Идеально раздетыя дамы, 
Шибера и во фраках повесы 
Из Крыжополя, Голты, Одессы... 
Русско-польско-немецкие лица 
И фокстротных девиц вереница, 
Гардероб, лоттерея и, кстати, - 
Представители местной печати: 
 
Озабочен, как ива у речки, 
Возле кассы вздыхает Оречкин. 
Аттакует напитки, как флотский, 
Настоящий всамделишний Троцкий. 
И куда-то несется Назимов, 
И тоскует в толпе Офросимов... 
Там, где хор разливается дружный, - 
Весь в поту надрывается Южный... 
 
- Эх, плясать, так до самой зари! 
Веселее-же, чорт вас Лери! 

Забытый романс

...Мягкие сумерки. Звезды. Прохлада.
Сонная уличка. Домик. Забор.
"В тихой аллее заглохшего сада..." -
Пел под гитару медовый тенор.

Нежные зори. Густые закаты.
Ласковый вечер сиренью кадил.
Помнишь, чиновник контрольной палаты
В гости под праздник к тебе приходил.

Кушала чай с земляничным вареньем.
Бедный чиновник потел, словно в зной.
И уходя, бормотал со смущеньем:
- Будьте моею законной женой...

Ты же ему отвечала лукаво:
- Замуж? Но я ведь еще не стара.... -
Да, вкруг тебя претендентов орава
Вилась, как в зной над водой мошкара.

Нужно сорвать предрассудков завесы,
Жизнь по романам узреть наяву!
И, словно сестры из чеховской пьесы,
Ты затвердила: - В Москву и в Москву!

Сбылись мечты! Палисадник, крыжовник,
Робкий чиновник - исчезли, как дым.
Муж твой столичный и видный сановник
С поступью важной и басом густым.

Выезды, гости, балы и приемы.
Вдруг потемнела небес бирюза.
Загрохотали чугунные громы.
Смерч налетел! Разразилась гроза!

Прежняя жизнь погрузилась в потемки.
Молот восставших устои дробил!
Старого быта валялись обломки.
Выросло много бескрестных могил...

...Время взбешенной неслось кобылицей,
Годы отметило в скорбной графе.
Муж был расстрелян. А ты продавщицей
Служишь в Берлине в немецком кафе.

Этому тоже, конечно, ты рада:
Не быть голодным для беженца шанс.
..."В темной аллее заглохшего сада" -
Помнишь ли старый забытый романс?

Нечто о себе

Не спеша и планомерно 
Продолжаю строки эти: 
...Я родился -- это верно, 
А когда -- держу в секрете. 
Говорят -- я был веселым. 
И "клянусь я днем творенья", 
Что на свете пришел я голым, 
Как "звезда" из "обозренья"... 
Но завистливыя дамы 
Вмиг меня запеленали. 
В ту эпоху без пижамы 
Пропустили-бы едва-ли. 
Стал тогда протестовать я, 
Обращаясь к "правосудью". 
Но с меня не сняли платья 
И заткнули рот мне грудью... 
А когда я начал снова 
Обличать их в речи дельной. 
То меня лишили слова 
Глупой песней колыбельной... 
Из такого эпизода 
Вывел я без напряженья. 
Что желанная свобода 
Есть игра воображенья. 
Время шло. От вас не скрою. 
Без причины и мотива, 
Я капризничал порою, 
Как любая кино-дива. 
-- Может быть, ты хочешь каши? 
Раз меня спросила мама. 
И ответил я мамаше: 
Мама, дама, рама, драма... 
И сказал отец печально. 
Глубоко вздохнув при этом: 
Ритм и рифмы! Колоссально! 
Быть ему, увы, поэтом. 
Воспевать цветочки, почки. 
Кочки, щечки, уголочки. 
На лирическия строчки 
Можно жить и без сорочки... 
Мама всхлипнула: -- О, Боже. 
Что-то вроде, канарейки... 
Я ведь знаю: слава то же. 
Что невеста без копейки... 
 
Сбылось, сбылось предсказанье, 
Сбылось грозное проклятье. 
Очевидно, в наказанье 
С детства стал стихи писать я. 
В неразгаданном стремленьи 
Жарю строчки без препона 
И живу на, иждивеньи 
И на средства Аполлона. 
Аполлон-же повсеместно -- 
Шеф поэзии и солнца. 
А на солнце, как известно, 
Нет почтоваго оконца. 
Не додумались народы 
До конвенции покуда, 
Оттого и переводы 
Не доходят к нам оттуда. 
Оттого к нам даже летом 
Ветер в щели дует злобно... 
...В наше время быть поэтом 
Даже очень неудобно! 

Поэтессы

За исключением очень немногих 

Есть разновидность женщин - поэтессы. 
Оне плодятся в сфере городской. 
Я видел их в Берлине и в Одессе, 
И разницы, поверьте, - никакой. 

Скучны, претенциозны, вертихвостки... 
А лица! Впрочем, им ведь нужен лик... 
Немного угля, марганца, известки, - 
Победной моды планетарный крик! 

Одна другую сразу съесть готова 
С прическою, с тетрадкою стихов: 
- Ах, Лилина! Ведь с ней редактор "Слова"... 
Как видите, дитя не без грехов... - 

А Лилина коллегу чешет вдвое, - 
Валит на стол все грязное белье! 
- Она, ей Богу, тащит лишь чужое 
И выдает наивным за свое... - 

Но о себе: - Я... миллион зачатий... 
Царица Савская... потустронний сон... 
И добавляет, словно для печати: 
- Меня вчера имел Тутанхамон... 

* * * 

Они струят божественный покой. 
... Они творят. Они свершают мессы, 
Я видел их в Берлине и в Одессе, 
И разницы, поверьте, - ни - ка - кой.

Всего стихотворений: 4