Антонин Петрович Ладинский (1895-1961)

• Фотографии, рисунки, изображения поэта

Все стихотворения на одной странице

- Оглавление -

Адмирал

Скрипят корабли в туманах,
Вздымаются, как на весах,
И ветер, как в нотных станах, —
В мачтовых новых лесах.

А на палубах зыбких матросы
Богохульствуют до хрипоты,
Бездельники и отбросы,
Картежники и плуты.

Вот изволь эти грешные души
Атлантикой к Богу вести,
Обещать им пальмы и суши
И не перевешать в пути!

И ты помнишь — цингу в океанах, 
Бунты на борту и свинец,
И гулкие, как барабаны,
Пустые бочонки. Конец.

Но на гребень прекрасного вала
Увлекает людей за собой
Бессонница адмирала
Над картою голубой

И в пути, в переходах бурливых,
Укрощая кипенье валов,
Неразумных ведет, нерадивых
Средь опасных страстей и грехов.

О, высокое званье поэта,
Твой удел — голубая страна,
И в бессонную ночь до рассвета
Одиночество и тишина,

Пока пересохшие глотки
Не захрипят с корабля
О небесной находке —
Земля! Земля!

Гаданье

Колода карт гадальных —
Как веер на столе,
Все о дорогах дальних,
О черном короле.

Но к черной розе прямо
Свинцовый шмель летит,
И пиковая дама
Сопернице грозит.

Вы в тех краях беспечных,
Где круглый год одна
Царит в эфирах вечных
Бессмертная весна,

А мы — в пределах плача,
И пальма зимних стран
От пальчиков горячих,
От вздохов и румян

Склоняется и тает
В смятении, в тепле
И снова расцветает
На комнатном стекле.

А за окном мороза
Хрустальный слышен звон,
К морозу рифма — роза
С державинских времен.

Детство

Склоняясь надо мною, мать, бывало,
Рассказывала сказку про лису,
Как хитрая лиса гусей таскала,
О том, как жил большой медведь в лесу.

Я помню много слез и вздохов странных,
И ночи материнские без сна.
Солдатиков румяных оловянных
Мне покупала в городе она,

И по скрипучим голубым сугробам
Меня возила в пекле меховом
Угрюмым мальчиком и большелобым
К веселым детям в гости в шумный дом.

Но скучно было мне средь оживленья,
Средь белокурых девочек чужих
Смотреть на кукольные представленья,
Пить чай из детских чашек золотых,

И, спрятавшись в углу за сундуками,
Я слушал в дальней комнате глухой,
Как небо в страшной нежности громами
Впервые трепетало надо мной,

Когда рояль прекрасный раскрывали,
И черным лакированным крылом,
Огромной ласточкою в белой зале
Он бился на паркете восковом.

Муза

Обманщица, встречаемся мы редко —
Ты все витаешь где-то в облаках,
Поговорим же о земных делах:
Мне нужен глаз внимательный и меткий,
И трудно плыть, огромный груз приняв —
Ладья скрипит. Уж где нам за Пегасом,
А ты торопишь, тянешь за рукав
И отлетаешь незабвенным часом.
Ну хорошо, а помнишь — нежных рук
Загар? Как по Каиру мы блуждали?
На дворике музейном ворковали
Две пары горлинок, твоих подруг,
А ты шептала, разума не слыша:
— Хочу зимы… Хочу, чтобы снежок… —
Любимице я отказать не мог —
Теперь ты зябнешь под мансардной крышей.
Но под дырявым голубым плащом
Не жалуется муза на невзгоды —
Так рядовым солдатом переходы
Ты с мушкетерским делала полком.
Да и теперь: ты бредишь о войне
И с третьими ложишься петухами,
А время бы заняться нам стихами
О розах, о любви и о луне.

* * *

Нам скучно на земле, как в колыбели.
Мечтая о небесных поездах,
На полустанке этом мы сидели,
Как пассажиры на узлах.

Но вот — прекрасный голос Пасифика,
И, крыльями захлопав над собой,
Летим и мы в эфир с протяжным криком,
Висим меж небом и землей.

С шипеньем облачных паров все выше
Карабкаемся мы в ночную высь,
А голова кругом идет на крыше —
Не знаешь, где же вверх, где низ?

Все кружится, и мы не знаем сами —
Привыкнуть надо к высоте жилья —
Не черные ли небеса над нами,
Не голубая ли земля?

Щелкунчик

Щелкунчику за святочным рассказом —
Орехи золотые разбивать,
Фарфоровым же куклам синеглазым —
О платье замечательном мечтать.

Но в грохоте балетных представлений
Щелкунчик собирается в поход —
Судьба решится на полях сражений,
Где деревянная лошадка ржет.

Палят горохом пушки непрестанно,
Игрушечная кровь течет рекой,
И падает солдатик оловянный,
До гроба верный страсти роковой.

Так в голубых и призрачных пределах
Душа витает Ваша. До конца
Стоим и гибнем мы в мундирах белых,
И мышь грызет свинцовые сердца.

О, море слез! — Блаженной крупной солью
Утешен подвиг, Терпсихоры труд:
Прихрамывая, мышь бежит в подполье,
А балерине розы подают.

Всего стихотворений: 6