Глеб Петрович Струве (1898-1985)

• Биография

Все стихотворения на одной странице

- Оглавление -

Ангел

Не по­то­му, что я до­сто­ин, —
Я сам не знаю, по­че­му: —
Ог­не­кры­ла­тый Божий воин
Как мол­ния про­ре­жет тьму
И сни­мет звезд­ные за­со­вы,
И в небо рас­пах­нет врата…
А в серд­це ста­нет пу­сто­та
От осле­пи­тель­но­го слова.

Но даже там, пред Отчим ликом,
Пред ан­гель­скою ти­ши­ной,
Моя душа смя­тен­ным кри­ком
На­пом­нит о стезе зем­ной.
И радуг свет­лые мосты —
Про­жил­ки ог­не­нос­ных кры­лий —
Не одо­ле­ют тем­но­ты,
Зем­ной пле­ни­тель­ней­шей были.

К Богу

Мы в этом мире маленькие дети,
И нас страшат минуты и часы,
А Ты рукой спокойной на весы
Кладешь тяжелые тысячелетья.

Ты всех вещей давно исчислил меру,
Ты ведаешь, где грань добра и зла,
А мне дорога в вечность пролегла,
Как странствующему Агасферу.

Ты строил мир, чтобы его разрушить,
А я бреду, чтоб добрести к Тебе:
Руками легче крыльев голубей
Ты на весы мою положишь душу.

Ко­рабль

1.

Та­ко­го сча­стья не бы­ва­ет:
За­кру­жит­ся вдруг го­ло­ва,
Со­рвет­ся мир с же­лез­ной сваи
И уплы­вет за ост­ро­ва,

Где небо уж не то, что рань­ше,
По­мо­ло­де­ла вдруг земля… —
Так в узком гор­лыш­ке Ла­ман­ша
Вол­ну­ет качка ко­раб­ля.

Пусть будет так: по­рвать все скре­пы,
Ис­пить со­ле­ное вино
И этой жизни груз неле­пый
Тор­же­ствен­но спу­стить на дно.

2.

Пус­кай зву­чат слад­чай­шие слова
О сча­стье, неис­пы­тан­ном до­ныне,
И кру­жит­ся ле­гонь­ко го­ло­ва,
Пья­нея воз­ду­хом пу­сты­ни, —

Ведь, звез­ды, если по­гля­дишь в упор,
По­чу­дят­ся лу­ка­вы­ми гла­за­ми.
Я это ис­пы­тал, и вот, с тех пор
Мне непод­власт­на боле па­мять.

Я вижу мир, по­доб­ный ко­раб­лю,
Сей­час мат­рос поды­мет тяж­кий якорь,
И все, что я так го­рест­но люблю,
Вдруг уплы­вет нав­стре­чу мраку.

Тогда по­ки­ну­тый, на­едине
С под­ми­ги­ва­ю­щи­ми мне звез­да­ми,
Я буду пла­кать о твоей весне,
О лег­ких днях, ле­тев­ших жу­рав­ля­ми.

* * *

Мы живем в тупом ожиданье
И в тревоге за каждый час.
Перейти сокровенные грани
Не дано никому из нас.

И тревога все злей, все резче,
Кровью красною всходят цветы,
Собираются тучи зловеще,
И растут на могилах кресты.

Колокольного звона не слышим
И молитвы творим в тиши.
Подымаются выше и выше
Безысходные страхи души.

Черный, бледный монах у обедни
Что пророчат его глаза?
Этот день будет день последний,
Никому не уйти назад.

* * *

Нам суж­де­ны еще сви­да­нья
И горь­кие часы раз­лук,
Му­чи­тель­но­го ожи­да­нья,
Когда тре­во­жит каж­дый звук.

Часы драз­ня­щей, едкой скуки,
И безыс­ход­ной пу­сто­ты,
За­лом­лен­ные квер­ху руки
И стро­гие глаза свя­тых.

Но в час ве­се­лый и по­след­ний
За­бве­ни­ем былых обид
За­упо­кой­ная обед­ня
Душе уста­лой про­зву­чит.

Следы стыда, любви и муки
Со­трут на­пе­вы па­ни­хид.
Уви­дев вос­ко­вые руки,
О сча­стье кто-то возо­пит.

Упо­ко­ен­ный со свя­ты­ми,
Зем­ные по­за­бу­ду сны:
Твое тре­во­жа­щее имя
И ог­нен­ный при­зыв весны.

* * *

Не плачь, не сетуй, не тоскуй
Господне око бдит над нами,
Оставь ненужную тоску,
Коленопреклоненный, в храме
Молись: «О Господи, взыскуй
Раба, что робкими стопами
Навстречу сени гробовой
Грядет и, слыша за собой
Плесканье крыл и голос трубный,
К Тебе, Далекий, Недоступный,
Стремится скудною душой».
Мерцают свечи у иконы,
По-неземному благосклонный,
Взирает ниц на мир земной
Господен Лик. Молись и стой
И чуда ожидай. И въяве,
В нездешней лучезарной славе,
Весть будет явлена тебе:
Да, покорясь своей судьбе,
Отринутый и недостойный,
Ты примешь смерть свою спокойно.

Ро­манс

Трам­ваи, мо­то­ры и люди
Это явь иль сон.
В пу­сто­те ве­чер­них без­лю­дий
Ожив­ле­нье боль­ших по­хо­рон.

Что про­чел я в окон­ных про­ва­лах,
Осве­щен­ных зло­ве­ще внут­ри?
На за­ка­те в по­лос­ках алых
Обе­ща­нье зари.

Фо­на­ри раз­го­ра­лись силь­нее
Вак­ха­на­лия пья­ных огней…
От­че­го в этот вечер неж­нее
За­бы­тая му­зы­ка дней?

От­че­го го­лу­бые звез­ды
Так уста­ло ро­ня­ют свет?
Аро­ма­та­ми дышит воз­дух,
Аро­ма­та­ми про­шлых лет.

Кто-то нежно иг­ра­ет на скрип­ке,
Го­лу­бой за­ви­ва­ет­ся снег.
— Милый! Где же наши улыб­ки,
Что без­дон­ней си­не­ю­щих рек?

Кто от­ве­тит ры­да­ю­щей скрип­ке,
Или стру­ны по­рвут­ся в тоске?
Толь­ко вечер тан­цу­ет зыб­кий.
Толь­ко кровь взбун­то­ва­лась в виске.

Скифская царевна

Ты в веках была скиф­ской ца­рев­ной
И во­ди­ла в сте­пях та­бу­ны.
Ты встре­ча­ла над­мен­но и гнев­но
При­шле­цов из чужой сто­ро­ны.

Твоих глаз нераз­га­дан­ный су­мрак
По­рож­дал и же­ла­нье и страх.
Го­во­рят, от любви к тебе умер
Фло­рен­тий­ский безум­ный монах.

Если б смуг­лой, тре­пе­щу­щей кожи
Вос­ко­вая кос­ну­лась рука,
Он, на­вер­ное, тот­час бы ожил
И про­жил бы еще века.

А увидя неров­ные дуги
Стран­но-вздер­ну­тых квер­ху бро­вей,
За­бы­вал про мо­ро­зы и вьюги
Буй­ный сын Аст­ра­хан­ских сте­пей.

И под сте­на­ми Иеру­са­ли­ма
В смерт­ный час не один вспо­ми­нал
Не улыб­ку своей лю­би­мой,
А зубов твоих дикий оскал.

Имя скиф­ской ца­рев­ны сле­та­ло
С по­блед­нев­ших чув­ствен­ных уст,
Когда мед­лен­но, струй­кой алой,
Кровь сбе­га­ла на белый бур­нус.

Кре­сто­но­сец и турок — оба
За­бы­ва­ли, что где-то есть Бог,
И меч­та­ли о том лишь, чтобы
Вновь скло­нить­ся у милых ног.

И схо­ди­ли с ума ка­пи­та­ны
Быст­ро­па­рус­ных ко­раб­лей,
Видя линии гиб­ко­го стана
И упря­мые змей­ки куд­рей.

За­бы­ва­ли Геную, море
И то­пи­ли же­ла­нья в вине,
Чтоб на утро в кро­ва­вой ссоре
Смерть при­нять, как небес­ный гнев.

Но чем все они были по­слуш­ней,
Не прося ни­ка­ких на­град,
Тем над­мен­нее и рав­но­душ­ней
Ста­но­вил­ся твой быст­рый взгляд.

Ты лю­би­ла лишь дерз­кий ветер,
По­це­луи и ласки его,
Что по­доб­ны лоб­за­ньям плети, —
Об­жи­га­ю­щей, ог­не­вой…

Он и в смер­ти тебя не оста­вил
И раз­ве­ял по воле твой прах…
А за душу бо­рют­ся дья­вол,
Бог и безум­ный монах.

* * *

                 Брату Льву

Среди полей вдруг одинокий крест –
Молитва многих к благостному Богу.
Молитвенно тихи леса окрест,
А солнце указует нам дорогу.
И, радостные, мы идем вдвоем,
И легок шаг наш. К дальнему порогу
Лежит тропа. Там кем-то брошен дом,
Там будем жить мы, радуяся много,
Следя, как на горах горит заря,
Как вечером засветит кто-то звезды;
Вдыхая пьяный, ароматный воздух.
Нам радость детская – два фонаря
Автомобиля на большой дороге,
И нет ни прежней скуки, ни тревоги.

Всего стихотворений: 9