|
||
|
|
Русские поэты •
Биографии •
Стихи по темам
Случайное стихотворение • Случайная цитата Рейтинг русских поэтов • Рейтинг стихотворений Угадай автора стихотворения Переводы русских поэтов на другие языки |
|
Русская поэзия >> Алексей Михайлович Зилов Алексей Михайлович Зилов (1798-1865) Все стихотворения на одной странице «Ну, воля ваша — льстец Лиса! Какие строит чудеса! — Сказал Барсук. — Пришли в медвежью с ней берлогу; Вдруг стала выхвалять, как строено умно; Все чисто, гладко, как гумно; А там, того смотри, что переломишь ногу! Нас подчивать Медведь сотами стал; Лиса сей час: почем он покупал? Какой прекрасный мед! Мороз меня подрал: Известно мне, что Мишка мед украл Из ульев мужика-соседа. Медведь чихнул и заревел; Лиса, привстав, желает многи лета! Уж тут-то я совсем сгорел». — «Да ты-то как с Медведем обращался?» — Арабский Конь спросил у Барсука. «Ему слегка Я кланяться старался, А больше все молчал», — Барсук сквозь зубы отвечал. «Поверь же мне, дружище, — Воскликнул Конь, храня свой важный вид, — Кто правду знает и молчит, Так тот льстеца не многим чище». В каминной на софе сидел подагрик Дед,
Смотря, как огонек стухал в камине,
И вдруг занес приличный старцам бред:
"Какой же ныне
Чудесный век;
Любви уж нет в помине!
Как изменился человек!
Давно ль, при матушке Второй Екатерине,
Вздыхали сладко на Руси?
А уж теперь так боже упаси!
У всех сердца подобны льдине.
И даже девушки на смех
Поднять готовы тех,
Которые вздыхают..."
А сам вздохнул седой наш сибарит Иван.
"Чего ж теперь на смех не поднимают?" --
Тут Внук его спросил. "С червонцами карман!"
-- "О чем же, Дедушка, вам сокрушаться?"
-- "Как! -- вскрикнул Дед. -- Так это ничего,
Что вместо сердца моего
К карману станут прижиматься?"
-- "Для сердца был черед;
Вы, Дедушка, свое уж взяли,
Да и теперь, хотя бесчувствен стал народ,
Но всё вы не пропали.
А вот по-нашему пускай кто поживи --
Нам не видать в наш век ни денег, ни любви!"
И тут он тронул под золою
Щипцами угольки;
Кой-где сверкнули огоньки,
Но всё опять покрылось мглою. 1831 Взглянувши Дуб на Трость, сказал: "Бедняжка!
Как сиротливо ты стоишь;
От всякой малости дрожишь!
Лишь на тебя присядет пташка,
Тебе уж тяжко;
И вешний ветерок, резвясь,
Тростиночку гнет долу,
Подобно бурному Эолу.
Природа о тебе, мой друг, не попеклась,
Создав тебя столь слабой и ничтожной.
Взгляни ты на меня: каков мой вид вельможный!
Чуть не ровесник я земле;
Со мной не раз, лесов тираны,
Боролись ураганы;
Я устоял, и на моем челе
Легли века. Вокруг меня сменялись виды:
Где были города, там кущи рыбарей;
Болота были где, там славный трон царей;
Я пред собой видал довольно алтарей,
Меня священным чли Друиды.
А ты, Тростинка, мне жалка;
Ты терпишь от судьбы обиды,
И, будучи слаба, низка,
Хотя б ко мне была близка:
Я мог бы защитить тебя от бурь ветвями".
-- "Поберегитесь сами, --
Трость Дубу говорит, -- я бури не боюсь:
Подует ветр -- к земле склонюсь;
А вы, хотя не раз боролись с непогодой,
Но положен всему конец природой".
Едва успела Трость сказать,
Вдруг начали из-за дубрав вставать,
Как великаны, грозны тучи,
И обложилась тьма кругом;
Сверкает молния, грохочет страшный гром,
Бушует ветр ревучий,
Дрожит земля.
Тростинка прилегла,
Крепится Дуб могучий.
Но свистнул ветр летучий,
Рванул... и тот, кто жил в веках,
Был божеством -- пал в прах. <1833> "Вот Спасова икона,
Пред ней я побожусь,
Что если я вперед с людьми свяжусь,
То соглашусь
Слететь с высокого балкона
В овраг, как нетопырь.
Ох, эти люди мне! Так сладки, как имбирь
С толченым перцем!
Я с пламенным родился сердцем,
Я человечество любил,
Друзьям в угоду
Готов был в воду
И жизни не щадил --
И вот за всё про всё мне плата!
Я обеднял, и от меня
Все прочь, как от огня,
Как будто бы от супостата.
Нет, лучше в степь уйду, где зыбкие пески,
Иль брошусь в лес дремучий,
Иль к морю на скалу, где будет вал гремучий
Свидетелем моей тоски;
Там от предательской руки
Избегну хладных рукожатий.
Пусть в сиротстве моя погибнет голова;
Я сострадания скорей дождусь от льва,
Чем от людей любви исполненных объятий.
Ой, ой!" -- тут Мизантроп внезапно закричал.
-- "Что с вами сделалось?" -- вбежав, слуга сказал
(Он за дверями пыль сметал).
-- "Смерть, зуб схватил! Зови цирюльника Петрушу,
Пожалуйста, скорей. Ох, отведите душу!
Ох, выдерните зуб!"
-- "Ну вот, сударь, -- сказал слуга, -- хоть я и глуп,
А как тут не сказать? Пусть люди скверны, грубы
И вовсе без души,
Однако тем уж хороши,
Что друг у друга рвать больные могут зубы". <1833> Вблизи
Жидовского местечка
По перекладкам шла Овечка
И видит, что Свинья в грязи
Валяется, как на постеле.
"Ахти, беда! --
Кричит Овца. -- Как ты попалася сюда
В такую топь и грязь? Дай кликну хоть жида,
Чтоб вытащить тебя отселе".
Свинья ж в ответ: "Пожалуйста, молчи
И обо мне не хлопочи;
С тобой мы вещи видим разно:
Здесь только мягко, а не грязно". <1833> Однажды, хлопая ушами,
Осел спросил арабского Коня:
"За что вы перед нами
Себя ведете господами?
Ужели в нас недостает огня?"
-- "С тобой вступать я не желаю в споры,--
Конь отвечал, -- но в нас есть разность та,
Что борзого Коня не тронут даже шпоры,
А на Осла так мало и кнута". <1833> Ударил Гром, шатнулся дуб, Вихрь бурный налетел и вырвал дуб с корнями. Вблизи Пастух, скрывавшийся с овцами, Увидев то, сказал: «Как был я глуп! Я веровал, что будто бы Громами Суд праведный творил Зевес, За что сгубил он дуб ни в чем невиноватый, Который украшал наш лес? Под ним в жары мне был приют холодноватый, И сколько я вверял ему стенаний, слез, Когда мой сон любви исчез!» Но глядь, блестит под дубом клад богатый, И наш Пастух стал Крез. "Что ж ты молчишь, лукавец!
Твоим стихам в журналах похвала;
Я чай, твои поправились дела
И денежек принес книгопродавец?
Шампанского, дружок!" -- "Благодарю за честь!
Мы выпьем, но тогда, как будет мне что есть.
В наш век охотников довольно есть
Прочесть,
Но чтоб купить..." Вдруг стук кареты...
То был комический актер;
Он развозил на бенефис билеты
И помешал, злодей, дослушать разговор. <1831> Бездетный дворянин, вдовец, имел
С соседом тяжебное дело,
Которое в судах лет двадцать тлело
И ходу не имело.
Меж тем истец уж постарел;
Таскаться по судам отяжелел.
Но вот, чтоб жить прилично
И сиротой не быть весь век,
Он рассудил, как умный человек,
Вступить в законный брак вторично.
И, взявши за себя красавицу жену,
Как будто ожил он ... и, вспомнив старину,
Схватился за процесс; однако же не лично.
Растормошив свою казну,
Он снарядил жену-помощницу в дорогу
По делу хлопотать
И покровительства вельмож искать.
Красавица, дела все кончив понемногу,
Чрез год приехала обрадовать дружка:
Именье отдано, с него доходы тоже,
И место сыскано в секретари к вельможе
Покойное... но что всего дороже --
Чрез месяц бог им дал наследника-сынка.
Как на кого Фортуна нежно взглянет,
Нет радостям конца.
Увидев этого счастливца и отца,
Кто красоты в жене и тяжб желать не станет?<1835> Ученый Чижик в клетке Висел в растворенном окне; Он песню знал: Ах! тошно мне... Вдруг Соловей порхнул и сел в саду на ветке. Запел в тени ветвей Свободный ученик природы, Волшебно-звучный Соловей. Какие переходы Из тона в тон! Какая трель! Ну что твоя свирель! Тут даже б и Осел развесил уши; А Чижик наш долбит у клеточки столбец. «Сосед, каков певец!» — Сказал Чижу Скворец. «Ох, темные вы души! — Чирикнул с злости Чиж. — Для вас певец и стриж. Да как бы он ни пел, болтун непросвещённой; Но все он не ученой». <1831> Когда сей шар земной Юпитер посещал, Какой-то Смертный оказал Ему тогда отличную услугу. И вот, к небесному сбираясь кругу, Громодержитель так сказал: «Открой ты мне, как другу, Желание твое. Клянусь тебе, Чтоб выполнить его, я пошатну природу». Тут Смертный отвечал: «Коль властен ты в судьбе, То даруй мне жену, спокойство и свободу». Конечно, редкостью тогдашнему народу Был этот тройственный состав. Столь чудной просьбы бог не ожидав, Узнал бессилие своих премудрых прав И Смертному сказал, обвившись облаками: «Прощай, об этом я поговорю с богами». Как был народ в то время дик! Ведь это, право, жалость, Когда такая малость Могла привесть Юпитера в тупик. Всего стихотворений: 11 Количество обращений к поэту: 6403 |
||
|
|
||
Русская поэзия - стихи известных русских поэтов | ||