• Список стихотворений про больницу
• Рейтинг стихотворений про больницу

Стихотворения русских поэтов про больницу на одной странице

Больница (Андрей Белый)

Мне видишься опять -- 
Язвительная -- ты... 
Но -- не язвительна, а холодна: забыла. 
Из немутительной, духовной глубины 
Спокойно смотришься во все, что прежде было. 
Я, в мороках 
Томясь, 
Из мороков любя, 
Я -- издышавшийся мне подаренным светом, 
Я, удушаемый, в далекую тебя,-- 
Впиваюсь пристально. Ты смотришь с неприветом. 
О, этот долгий 
Сон: 
За окнами закат. 
Палата номер шесть, предметов серый ворох, 
Больных бессонный стон, больничный мой халат; 
И ноющая боль, и мыши юркий шорох. 
Метание -- По дням, 
По месяцам, годам... 
Издроги холода... 
Болезни, смерти, голод... 
И -- бьющий ужасом в тяжелой злости там, 
Визжащий в воздухе, дробящий кости молот... 
Перемелькала 
Жизнь. 
Пустой, прохожий рой -- 
Исчезновением в небытие родное. 
Исчезновение, глаза мои закрой 
Рукой суровою, рукою ледяною. 

Январь 1921, Москва, Больница


В больнице (Тихон Васильевич Чурилин)

                1

             Случай

В палатах, в халатах, больные безумные.
   Думают лбы -
      - Гробы.
Душные души, бесструнные,
   Бурумные.
   Вот ночь.
Вскачь, вскочь, пошли прочь
К койкам-кроватям своим.
   Мир им,
   Братьям моим.
      Спят.
   Тихо струится яд,
В жилах их - кровь течет вспять,
   От смерти, опять.
   Снятся им черти, ад.
      Ааааа!!..
- Ды беги, кликни, что ежали...
- Жарежали, жарежали, жарежали!!
   Игумнова!..
   Полоумнова!..
Пошел, посмотрел, побледнел,
   Лоб ороснел:
   - Весь пол покраснел.


               2

          На ночь защита

В подушку-теплушку кладу игрушку - из мыла
                                      грушку.
  Образ Нины святой...
  Мамы портрет, дорогой...
     Другой...
     Ой -
  Артюхин лежит - глаза все видят.
  Ночью меня обидят.
     Подойдет.
     Тихо.
  Ножик в живот воткнет.
     Спи, Тихон.
     Не хочу!
  Не хочу - кричу палачу
     - Искариот!
Ах - мама другая, рыгая, ругая, в белом халате,
                                       несет подушку.
  Ногой мне в живот
     - Вот!

1914


В больнице (Николай Алексеевич Некрасов)

Вот и больница. Светя, показал
   В угол нам сонный смотритель.
Трудно и медленно там угасал
   Честный бедняк сочинитель.
Мы попрекнули невольно его,
   Что, заблуждавшись в столице,
Не известил он друзей никого,
   А приютился в больнице...

"Что за беда,- он шутя отвечал:-
   Мне и в больнице покойно.
Я всё соседей моих наблюдал:
   Многое, право, достойно
Гоголя кисти. Вот этот субъект,
   Что меж кроватями бродит -
Есть у него превосходный проект,
   Только - беда! не находит
Денег... а то бы давно превращал
   Он в бриллианты крапиву.
Он покровительство мне обещал
   И миллион на разживу!

Вот старикашка-актер: на людей
   И на судьбу негодует;
Перевирая, из старых ролей
   Всюду двустишия сует;
Он добродушен, задорен и мил
   Жалко  - уснул (или умер?) -
А то бы верно он вас посмешил...
   Смолк и семнадцатый нумер!
А как он бредил деревней своей,
   Как, о семействе тоскуя,
Ласки последней просил у детей,
   А у жены поцелуя!

Не просыпайся же, бедный больной!
   Так в забытьи и умри ты...
Очи твои не любимой рукой -
   Сторожем будут закрыты!
Завтра дежурные нас обойдут,
   Саваном мертвых накроют,
Счетом в мертвецкий покой отнесут,
   Счетом в могилу зароют.
И уж тогда не являйся жена,
   Чуткая сердцем, в больницу -
Бедного мужа не сыщет она,
   Хоть раскопай всю столицу!

Случай недавно ужасный тут был:
   Пастор какой-то немецкий
К сыну приехал - и долго ходил...
   "Вы поищите в мертвецкой",-
Сторож ему равнодушно сказал;
   Бедный старик пошатнулся,
В страшном испуге туда побежал,
   Да, говорят, и рехнулся!
Слезы ручьями текут по лицу,
   Он между трупами бродит:
Молча заглянет в лицо мертвецу,
   Молча к другому подходит...

Впрочем, не вечно чужою рукой
   Здесь закрываются очи.
Помню: с прошибленной в кровь головой
   К нам привели среди ночи
Старого вора  - в остроге его
   Буйный товарищ изранил.
Он не хотел исполнять ничего,
   Только грозил и буянил.
Наша сиделка к нему подошла,
   Вздрогнула вдруг - и ни слова...
В странном молчаньи минута прошла:
   Смотрят один на другова!

Кончилось тем, что угрюмый злодей,
   Пьяный, обрызганный кровью,
Вдруг зарыдал - перед первой своей
   Светлой и честной любовью.
(Смолоду знали друг друга они...)
   Круто старик изменился:
Плачет да молится целые дни,
   Перед врачами смирился.
Не было средства, однако, помочь...
   Час его смерти был странен
(Помню я эту печальную ночь):
   Он уже был бездыханен,
А всепрощающий голос любви,
   Полный мольбы бесконечной,
Тихо над ним раздавался: "Живи,
   Милый, желанный, сердечный!"
Всё, что имела она, продала -
   С честью его схоронила.
Бедная! как она мало жила!
   Как она много любила!
А что любовь ей дала, кроме бед,
   Кроме печали и муки?
Смолоду - стыд, а на старости лет -
   Ужас последней разлуки!..

Есть и писатели здесь, господа.
   Вот, посмотрите: украдкой,
Бледен и робок, подходит сюда
   Юноша с толстой тетрадкой.
С юга пешком привела его страсть
   В дальнюю нашу столицу -
Думал бедняга в храм славы попасть -
   Рад, что попал и в больницу!
Всем он читал свой ребяческий бред -
   Было тут смеху и шуму!
Я лишь один не смеялся... о, нет!
   Думал я горькую думу.
Братья-писатели! в нашей судьбе
   Что-то лежит роковое:
Если бы все мы, не веря себе,
   Выбрали дело другое -
Не было б, точно, согласен и я,
   Жалких писак и педантов -
Только бы не было также, друзья,
   Скоттов, Шекспиров и Дантов!
Чтоб одного возвеличить, борьба
   Тысячи слабых уносит -
Даром ничто не дается: судьба
   Жертв искупительных просит".

Тут наш приятель глубоко вздохнул,
   Начал метаться тревожно;
Мы посидели, пока он уснул -
   И разошлись осторожно...

Первая половина 1855


В больнице (Леонид Николаевич Трефолев)

   Догорала румяная зорька,
С нею вместе и жизнь догорала.
   Ты одна, улыбался горько,
На больничном одре умирала.
   Скоро ляжешь ты в саване белом,
Усмехаясь улыбкою кроткой.
    Фельдшера написали уж мелом
По-латыни: "Страдает чахоткой".

   Было тихо в больнице. Стучали
Лишь часы с деревянной кукушкой,
   Да уныло березы качали
Под окошком зеленой верхушкой...
   Ох, березы, большие березы!
Ох, кукушка, бездушная птица!
   Непонятны вам жгучие слёзы,
И нельзя к вам с мольбой обратиться,

   А ведь было же время когда-то,
Ты с природою счастьем делилась,
   И в саду деревенском так свято,
Так невинно о ком-то молилась.
   Долетели молитвы до неба:
Кто-то сделался счастлив... Но, боже!
   Богомолку он бросил без хлеба
На больничном страдальческом ложе.

   Упади же скорей на подушку
И скрести исхудалые руки,
   Допросивши вещунью-кукушку;
Скоро ль кончатся тяжкие муки?
   ...И кукует два раза кукушка.
Две минуты - и кончено дело!
   Входит тихо сиделка-старушка
Обмывать неостывшее тело.

1877


В больнице (Борис Леонидович Пастернак)

Стояли как перед витриной, 
Почти запрудив тротуар. 
Носилки втолкнули в машину. 
В кабину вскочил санитар. 

И скорая помощь, минуя 
Панели, подъезды, зевак, 
Сумятицу улиц ночную, 
Нырнула огнями во мрак. 

Милиция, улицы, лица 
Мелькали в свету фонаря. 
Покачивалась фельдшерица 
Со склянкою нашатыря. 

Шел дождь, и в приемном покое 
Уныло шумел водосток, 
Меж тем как строка за строкою 
Марали опросный листок. 

Его положили у входа. 
Все в корпусе было полно. 
Разило парами иода, 
И с улицы дуло в окно. 

Окно обнимало квадратом 
Часть сада и неба клочок. 
К палатам, полам и халатам 
Присматривался новичок. 

Как вдруг из расспросов сиделки, 
Покачивавшей головой, 
Он понял, что из переделки 
Едва ли он выйдет живой. 

Тогда он взглянул благодарно 
В окно, за которым стена 
Была точно искрой пожарной 
Из города озарена. 

Там в зареве рдела застава, 
И, в отсвете города, клен 
Отвешивал веткой корявой 
Больному прощальный поклон. 

«О господи, как совершенны 
Дела твои,— думал больной,— 
Постели, и люди, и стены, 
Ночь смерти и город ночной.

Я принял снотворного дозу 
И плачу, платок теребя. 
О боже, волнения слезы 
Мешают мне видеть тебя. 

Мне сладко при свете неярком, 
Чуть падающем на кровать, 
Себя и свой жребий подарком 
Бесценным твоим сознавать. 

Кончаясь в больничной постели, 
Я чувствую рук твоих жар. 
Ты держишь меня, как изделье, 
И прячешь, как перстень, в футляр».

1956


Сентябрь (Вячеслав Иванович Иванов)

Отчетливость больницы
В сентябрьской тишине.
Чахоточные лица
Горят на полотне.

Сиделка сердобольно
Склонилась, хлопоча;
И верится невольно
В небесного врача.

Он, в белом балахоне,
Пошепчется с сестрой,—
На чистом небосклоне
Исчезнет за горой.

Всё медленно остынет
До первых снежных пург,—
Как жар недужный вынет
Из бредных лоз хирург.

1912

Всего стихотворений: 6

Количество обращений к теме стихотворений: 4786