Александр Фомич Вельтман


* * *


Простите, коль моей нестройной, лиры глас
Прелестных петь красот и Кишинев дерзает.
Давно уже забыл я Геликон, Парнас,
И лиру пыль мою давно уж покрывает.
Я славы не ищу и не ищу похвал,
Желаю обратить я ваше лишь вниманье
О Кишиневские Красы - я б счастлив стал,
Когда бы вы прочли, - вот все мое желанье.
О Тредьяковский, рифм соплетатель,
Оставь ты на время смерти покой,
Муз ты достойный был обожатель,
Восстани из Праху, мне Лиру Настрой.
Дивным восторгом вдруг возрожденный,
Лиру забыту беру я свою,
Муз вдохновением я оживленный
Милых прелестных красот воспою...

О ты, веселий что собор
И удовольствия скрывает,
О Петербург, в мечтах мой взор
В приятностях твоих блуждает.
И ты, древнопрестольный град,
Столица смехов, игр, веселий,
Лишиться всех твоих отрад
Судьбы мне грозны повелели. -
Но что Москва и град Цетров
В пространном скрыты отдаленье,
Когда пред взором Кишинев
Стоит на гордом возвышенье
И славный Бык меж камышом
В извилинах своих струится,
Приятный гул и тихий гром
В зыбях его всегда двоится:
Во влажности густой собором
И выставя главы свои,
Ликуют громким шумным хором
То водяные соловьи.
Пар, собравшись над водой,
Повсюду льет благоуханья,
От коих знойною порой
[Страдает чувств] Ужасно страждет обонянье.
И сад младой на высоте
Величественный вид являет
Во всей искусства красоте;
И весь там Кишинев гуляет. -
На гордых Э........м Столпах
Там вид беседки соруженной
Висит, изорван, и в клочках,
Им флюгер славе посвященный;
Но я боюсь, что наведу
Всем скуку видов описаньем,
То мы гуляющих в саду
Рассмотрим лучше со вниманьем:
Ту[манов] тихо вот идет,
Спокойства, тишины блюститель,
За ним весь полицейский сброд,
И он их гордый предводитель,
Но в должности не цербер он,
Полет его не соколиный,
Он лисьим свойством не снабжен,
И взор в нем не орлиный.
Вот Л. .ка, борзый Аполлон,
Наставник здешних муз достойный,
И вид его, как гуслей тон,
Плачевный, низкий и нестройный.
Из одного угла в другой
Исправно вести переносит,
И сор домашний он чужой
Из дому в дом с прибавкой носит,
Умеет хари он кривлять,
И передразнивать умеет,
И так всех живо представлять,
Что Апеллес пред ним краснеет.
Но вот и С.....ка идет,
Прелестный образ нежной флоры,
Весна в лице ее цветет,
И полны пылкой страсти взоры,
Печальный, томный ее взгляд
Повсюду с быстротой блуждает,
В ней чувства пламенно горят,
Желанье ими управляет.
Ее жених и Селадон
Идет с улыбкой восхищенья,
Любовью воспаленный, он
В ней зрит уж страсти упоенья.
Друг с другом взоры встретясь их
В сердцах их [страсть] жар воспламеняют,
И тут невеста и жених
Дня брачного скорей желают.
И Ли......ка за ними вслед
Идет с невинностью Сусанны,
В лице совсем притворства нет,
И в мыслях лишь одни романы.
Анти-Орфей ей предлагал
И руку, сердце и цевницу,
На коей громко воспевал
Зарю и красную девицу.
Жестокий получив отказ,
Он скрылся с горестью душевной,
Цевницы уж негромок глас,
Но слышен звук в дали плачевный.
Теперь за пенистым Днестром
Он грусть, мучение скрывает
И иногда, и то тишком,
Жестоку лиру воспевает.
Но кто с стремлением бежит
Там, с боку на бок колыхаясь,
М.....ца то спешит,
От жару, зною запыхаясь,
С [лиц] чела у ней пот градом льет,
И уж румянец стал багровый,
Дородность вид ей придает
Сердитый, грозный и суровый,
И перезрелость девства в ней
Последствия свои явила
И вместо свежих роз, лилей
Лицо холмами осенила.
[С супру]
Вот с деревянного ногой
С женой М......ич поспешает.
Жена, как фурия, взирает,
А он как бы Вулкан хромой.
Но вот с игрецкою ухваткой
Спешит З......ий на картеж,
Вблизи простой его десяткой,
Вдали же козырем почтешь.
И В......ти, как вихрь, несется,
Супруг за ней бежит бегом,
Как черепаха, мать плетется,
Свой толстый тащит стан с трудом.
Лететь за ней устав, зефиры,
На платье севши отдыхать,
Его изволют поддувать
Для прохлажденья сей плениры.
Лицо, как шитая канва,
Тут Р.....ова выступает,
За ней и перед ней летает
Худая общая молва.
И вот Пу....рия красива,
Прекрасный взор, прелестный стан,
И так умильно молчалива
Венерин, словом, истукан.
За ней вслед Те.....е стремится
С сердечной горестью, тоской,
(Открыть желая пламень свой)
Амура просит он вступиться
И сердце ей пронзить стрелой.
Амур же вместо утешенья
Ему совет свой подает:
Пора тебе к успокоенью,
Ты вышел для любви из лет.
А! вот и неразлучных свита,
Колонной все они идут,
Иной накушался до сыта
И весом будет в десять пуд,
Другой, играя роль учену,
Премудро-гордый принял вид,
А тот, задать желая тону,
Прищурившись, в очки глядит,
И отрастив усы ужасны,
Он ими гордо шевелит
И думает, что взоры страстны
Прелестный пол к нему склонит.
Иной, как Селадон несчастный,
Себя на муку посвятил,
Вздыхает томно, сладострастно,
И взор на милых обратил.
Другой совсем противно мыслит,
Не любит о любви мечтать,
Амура богом он не числит
И хочет стрел его бежать.
А сей любитель Терпсихоры
Свою отраду в танцах зрит,
И танцевать он до уморы
Как бы обязанностью чтит.
Но вдруг Каплюшка быстроногий,
Пигмей откуда ни взялся,
И своротили все с дороги,
Чтоб посмотреть на чудеса.
Но кто портрет его представит
И в точности изобразит,
Коль рассмотреть его весь вид
Всем нос его преграду ставит.
Чтоб сделать с ним сравненье ясно:
Урода взять из обезьян,
Надев парик, надев кафтан,
Приставить к морде нос ужасный.
С супругою своей младой
Идет тут С.... ручка с ручкой,
Не знав, кто скажет, что с женой,
Подумаешь - идет он с внучкой.
Вот юности в прелестном цвете
Идет невинность, красота.
Но ах, без просвещенья в свете
Наружность [ед] есть [одна] лишь суета
Но нужно ль милым просвещенье,
И не одна ли есть мечта,
Коль их достоинства: Смиренье,
Невинность, Скромность, Доброта.
И вот П....тий худощавый,
Как будто смертный грех, идет,
И вот походкой величавой
Супруга тащится вослед,
Горбатый нос и стан Эзопа,
Как птица хищная, она,
Ее портрет, о Каллиопа,
Представить лира не сильна.
А тут С....ти долговязый
С сестрицей рослою спешит,
С какой ее сравнить заразой
И с чем сравнить его мне вид.
Вот с видом кротости [небесной] смиренной,
[Идет] С улыбкой [Д......] милой на устах
Идет Д......, [улыбка милая] в [глазах] очах
Минервы виден дар бесценный.
Пастушка, нежный философ,
Идет, склонивши взор умильный,
И скрытая в очах любовь
В сердца метает стрелы сильны.
Подруга с греческим лицом,
С прелестно-быстрыми очами
И взором, дышащим огнем,
С ней тихими идет шагами.

Но вдруг как бы в мечтах предстал
Мне Ангел в образе прелестной,
По чувствам пламень пробежал
Уже давно мне неизвестный.
Как солнца луч, прелестный взор
Живит сердца и согревает,
И прелестей ее собор
Во всех огнь страсти возрождает.
Прости, коль дерзостный певец
Хвалу тебе свою приносит
И, будто лебедь зря конец,
Последню песнь Творцу возносит.
Тебе бы лиру посвятил,
Тебя бы вечно пел и славил,
Тебя своим бы богом чтил
И в сердце твой кумир поставил.
Но ах, во мне уж жар потух,
Со мной и лира устарела,
Теперь она разит тем слух,
Что прежде звучно, громко пела.





Поддержать сайт


Русская поэзия - http://russian-poetry.ru/. Адрес для связи russian-poetry.ru@yandex.ru