Леонид Николаевич Трефолев


Песня о камаринском мужике


Ах ты, милый друг, камаринский мужик, 
Ты зачем, скажи, по улице бежишь? 

Народная песня 

I 

Как на улице Варваринской 
Спит Касьян, мужик камаринский. 
Борода его всклокочена 
И _дешевкою_ подмочена; 
Свежей крови струйки алые 
Покрывают щеки впалые. 
Ах ты, милый друх, голубчик мой Касьян! 
Ты сегодня именинник, значит - пьян. 
Двадцать девять дней бывает в феврале, 
В день последний спят Касьяны на земле. 
В этот день для них зеленое вино 
Уж особенно пьяно, пьяно, пьяно. 

Февраля двадцать девятого 
Целый штоф вина проклятого 
Влил Касьян в утробу грешную, 
Позабыл жену сердечную 
И своих родимых деточек, 
Близнецов двух, малолеточек. 
Заломивши лихо шапку набекрень, 
Он отправился к куме своей в курень. 
Там кума его калачики пекла; 
Баба добрая, румяна и бела, 
Испекла ему калачик горячо 
И уважила... еще, еще, еще. 

2 

В это время за лучиною, 
С бесконечною кручиною 
Дремлет-спит жена Касьянова, 
Вспоминая мужа пьяного: 
"Пресвятая богородица! 
Где злодей мой хороводится?" 
Бабе снится, что в веселом кабаке 
Пьяный муж ее несется в трепаке, 
То прискочит, то согнется в три дуги, 
Истоптал свои смазные сапоги, 
И руками и плечами шевелит... 
А гармоника пилит, пилит, пилит. 

Продолжается видение: 
Вот приходят в _заведение_ 
Гости, старые приказные, 
Отставные, безобразные, 
Красноносые алтынники, 
Все Касьяны именинники. 
Пуще прежнего веселье и содом. 
Разгулялся, расплясался пьяный дом, 
Говорит Касьян, схватившись за бока! 
"А послушай ты, приказная строка, 
У меня бренчат за пазухой гроши: 
Награжу тебя... Пляши, пляши, пляши!? 

3 

Осерчало _благородие_: 
"Ах ты, хамово отродие! 
За такое поношение 
На тебя подам прошение. 
Накладу еще в потылицу! 
Целовальник, дай чернильницу!" 
Продолжается все тот же вещий сон: 
Вот явился у чиновных у персон 
Лист бумаги с государственным орлом. 
Перед ним Касьян в испуге бьет челом, 
А обиженный куражится, кричит 
И прошение строчит, строчит, строчит. 

"Просит... имя и фамилия... 
Надо мной чинил насилия 
Непотребные, свирепые, 
И гласил слова нелепые: 
Звал _строкой_, противно званию... 
Подлежит сие к поданию..." 
Крепко спит-храпит Касьянова жена. 
Видит баба, в вещий сон погружена, 
Что мужик ее, хоть пьян, а не дурак, 
К двери пятится сторонкою, как рак, 
Не замеченный чиновником-врагом, 
И - опять к куме бегом, бегом, бегом. 

4 

У кумы же печка топится, 
И кума спешит, торопится, 
Чтобы трезвые и пьяные 
Калачи ее румяные 
Покупали, не торгуяся, 
На калачницу любуяся. 
Эко горе, эко горюшко, хоть плачь! 
Подгорел совсем у кумушки калач. 
Сам Касьян был в этом горе виноват? 
Он к куме своей явился невпопад, 
Он застал с дружком изменницу-куму. 
Потому что, потому что, потому... 

"Ах ты, кумушка-разлапушка, 
А зачем с тобой Потапушка? 
Всех людей считая братцами, - 
Ты не справилась со святцами. 
Для Потапа безобразника 
Нынче вовсе нету праздника!" 
Молодецки засучивши "рукава, 
Говорит Потап обидные слова: 
"Именинника поздравить мы не прочь 
Ты куму мою напрасно не порочь!" 
А кума кричит: "Ударь его, ударь! 
Засвети ему фонарь, фонарь, фонарь!" 

5 

Темной тучей небо хмурится. 
Вся покрыта снегом улица; 
А на улице Варваринской 
Спит... мертвец, мужик камаринский, 
И, идя из храма божия, 
Ухмыляются прохожие. 
Но нашелся наконец из них один, 
Добродетельный, почтенный господин, - 
На Касьяна сердобольно посмотрел: 
"Вишь налопался до чертиков, пострел!" 
И потыкал нежно тросточкой его: 
"Да уж он совсем... того, того, того!" 

Два лица официальные 
На носилки погребальные 
Положили именинника. 
Из кармана два полтинника 
Вдруг со звоном покатилися 
И... сквозь землю провалилися. 
Засияло у хожалых "рождество": 
Им понравилось такое колдовство, 
И с носилками идут они смелей, 
Будет им ужо на водку и елей; 
Марта первого придут они домой, 
Прогулявши ночь... с кумой, с кумой, с кумой. 

1867



Поддержать сайт


Русская поэзия - http://russian-poetry.ru/. Адрес для связи russian-poetry.ru@yandex.ru