Русская поэзия
Русские поэтыБиографииСтихи по темам
Случайное стихотворение
Рейтинг русских поэтовРейтинг стихотворений

Русская поэзия >> Алексей Васильевич Кольцов

Алексей Васильевич Кольцов (1809-1842)


  • Биография

    Все стихотворения на одной странице


    А.Д. Вельяминову

     Милостивый государь  Александр Дмитриевич!
     
    В селе, при первой встрече нашей,
    Для вас и для супруги вашей
    Я, помню, обещал прислать
    Торквата милое творенье,
    Певца любви и вдохновенья;
    И слова данного сдержать
    Не мог донынь, затем что прежде
    Обманут был в своей надежде.
    
    Но обещанью изменить
    За стыд, за низость я считаю -
    И вот, успел лишь получить
    Две книги, вам их посылаю.
    Мне лестно вам угодным быть.
    Так - незначительный мечтатель -
    Я вашим мненьем дорожу,
    И восхищусь, коль заслужу
    Вниманье ваше... Обожатель
    Всего прекрасного...
    
    <Вам покорнейший>
    <Мещанин Алексей Кольцов>


    А.П. Сребрянскому

    Не посуди: чем я богат,
    Последним поделиться рад;
    Вот мой досуг; в нем ум твой строгий
    Найдет ошибок слишком много;
    Здесь каждый стих, чай, грешный бред.
    Что ж делать: я такой поэт,
    Что на Руси смешнее нет!
    Но не щади ты недостатки,
    Заметь, что требует поправки...
    Когда б свобода, время, чин,
    Когда б, примерно, господин
    Я был такой, чтоб только с трубкой
    Сидеть день целый и зевать,
    Роскошно жить, беспечно спать,-
    Тогда, клянусь тебе, не шуткой
    Я б вышел в люди, вышел в свет.
    Теперь я сам собой поэт,
    Теперь мой гений... Но довольно!
    Душа грустит моя невольно.
    Я чувствую, мой милый друг,
    С издетских лет какой-то дух
    Владеет ею не напрасно!
    Нет! я недаром сладострастно
    Люблю богиню красоты,
    Уединенье и мечты!


    1829

    Акростих

    Красавице любезной
    Отдал последний час.
    Любовь, твой дар чудесный
    Царями ставит нас.
    О любовь, твой милый дар
    Везде ставит нам алтарь,
    К удовольствию надежный,
    Тихий, мирный, безмятежный.


    Бегство

    Уж как гляну я на поле —
    Поле чистое дрогнёт,
    Нагустит свои туманы,
    В них оденется на ночь.
    
    Я из поля в лес дремучий:
    Леший по лесу шумит;
    Про любовь свою к русалке
    С быстрой речкой говорит.
    
    Крикну лесу, топну в берег —
    Леший за гору уйдёт;
    С тихим трепетом русалка
    В берегах своих уснёт.
    
    Я чрез реку, огородом,
    Всю слободку обойду,
    С тёмной полночью глухою
    К дому барскому приду.
    
    Свистну… в тереме высоком
    Вмиг растворится окно;
    Под окном душа-девица
    Дожидается давно.
    
    «Скучно в тереме весною
    Одинокой горевать;
    То ли дело на просторе
    Друга к сердцу прижимать!»
    
    Поднимайся, туча-буря
    С полуночною грозой!
    Зашатайся, лес дремучий,
    Страшным голосом завой —
    
    Чтоб погони злой боярин
    Вслед за нами не послал;
    Чтоб я с милою до света
    На Украйну прискакал.
    
    Там всего у нас довольно;
    Есть где будет отдохнуть.
    От боярина сокроют,
    Хату славную дадут.
    
    Будем жить с тобой по-пански…
    Эти люди — нам друзья;
    Что душе твоей угодно,
    Всё добуду с ними я!
    
    Будут платья дорогие,
    Ожерелья с жемчугом!
    Наряжайся, одевайся
    Хоть парчою с серебром!


    Бедный призрак

    Убил я жизнь, искавши счастья,
    Сгубил себя — а счастья нет;
    Пойду к друзьям на пир старинный,
    И заживу я с ними вновь.
    «Против меня востали люди;
    Судьба карает день и ночь;
    На свете жить несносно, горько;
    Страдальцу дайте отдохнуть».
    Ответа нет. Друзья-счастливцы
    На бедность холодно глядят;
    Со мною встречи избегают
    И «нету дома» говорят.
    Как будто я, недобрый гость,
    Пришёл богатство их присвоить;
    Печалью радость отравить,
    Своё им горе навязать.
    И вот дожил на старость лет,
    Что не с кем слово перемолвить;
    Сердечной скуки разделить,
    Кому б «ночь добрую» сказать.
    О ночь! приди хоть ты…
    Но с этой мыслью
    Вся повесть прежних дней
    Из глубины души выходит
    И тенью страшною стоит.
    И грустно мне смотреть
    Весной на плуг зелёный,
    На плод любимых яблонь
    И на пожатый колос нив…


    Благодетелю моей Родины

      (Д. Н. Бегичеву)
    
    Есть люди: меж людей они
    Стоят на ступенях высоких,
    Кругом их блеск, и слава
    Далёко свой бросают свет;
    Они ж с ходулей недоступных
    С безумной глупостью глядят,
    В страстях, пороках утопают,
    И глупо так проводят век.
    И люди мимо их смиренно
    С лицом боязненным проходят,
    Взглянуть на них боятся,
    Колена гнут, целуют платья;
    А в глубине души своей безмолвно
    Плюют и презирают их.
    
    Другие люди есть: они от Бога
    Поставлены на тех же ступенях;
    И так же блеск, величье, слава
    Кругом их свет бросают свой.
    Но люди те — всю жизнь свою
    Делам народа посвятили
    И искренно, для пользы государства,
    И день и ночь работают свой век…
    Кругом же их с почтеньем люди
    Колена гнут, снимают шапки,
    Молитвы чистые творят…
    
    О, много раз — несчастных, бедных
    Вас окружала пёстрая толпа.
    Когда вы всем, по силе-мочи,
    С любовью помогали им,
    Тогда, с благоговеньем тайным,
    Любил глядеть я молча,
    Как чудно благодатным светом
    Сияло ваше светлое лицо.


    Божий мир

          (Дума)
    
    Отец Света — Вечность;
    Сын Вечности — Сила;
    Дух Силы есть жизнь;
    Мир жизнью кипит.
    Везде Триединый,
    Воззвавший всё к жизни!
    Нет века Ему,
    Нет места Ему!
    С величества трона,
    С престола чудес
    Божий образ — солнце
    К нам с неба глядит
    И днём поверяет
    Всемирную жизнь.
    В другом месте неба
    Оно отразилось —
    И месяцем землю
    Всю ночь сторожит.
    Тьма, на лоне ночи
    И живой прохлады,
    Все стихии мира
    Сном благословляет.
    Свет даёт им силу,
    Возрождает душу.
    В царстве Божьей воли,
    В переливах жизни —
    Нет бессильной смерти,
    Нет бездушной жизни!


    В альбом NN

    Что мне, скажите, написать
    В альбом для милой девы?
    Напрасный труд! Мои напевы
    Едва ль прекрасную пленят;
    Притом, что ей сказать, о чём?
    Хвалить её напрасно —
    Она, как день прекрасна,
    Как серафим без крыл, мила, —
    То что перед нею похвала!


    В степи

    В небе зоринька
    Занимается,
    Золотой рекой
    Разливается, —
    А кругом лежит
    Степь широкая,
    И стоит по ней
    Тишь глубокая…
    Ковылём густым
    Степь белеется,
    Травкой шёлковой
    Зеленеется.
    Ты цветёшь красой,
    Степь привольная,
    Пока нет ещё
    Лета знойного:
    Всю сожжёт тогда
    Тебя солнышко,
    Попалит твою
    Травку-цветики!
    Пока нет ещё
    Время тяжкого —
    Тёмной осени,
    Ветра буйного:
    Разнесёт тогда
    Он по воздуху
    Всю красу твою —
    Ковыль белую!


    Веселый час

    Дайте бокалы!
    Дайте вина!
    Радость - мгновенье.
    Пейте до дна!
    Громкие песни
    Гряньте, друзья!
    Пусть нас веселых
    Видит заря!
    Ныне пируем -
    Юность на час -
    Нынче веселье,
    Радость у нас!
    Завтра что будет,
    Знаю ль, друзья?
    Пусть нас веселых
    Видит заря!
    Шумно, разгульно
    Пойте, друзья!
    Лейте в бокалы
    Больше вина!
    Ну-те ж все разом
    Выпьем до дна!
    Пусть нас веселых
    Видит заря!


    1830

    Вечер

    Уж рощей лиственная сень
    Росой коралльною дымится,
    И чуть заметливая тень
    На долы, на поля ложится;
    Ленивый ветерок, порхая
    И поминутно утихая,
    Природу клонит в сладкий сон;
    Уж с нею засыпает он.
    Один я в тёмной тишине,
    Оставив свой семейный круг,
    С раздумьем сердца в глубине,
    Иду на освежённый луг;
    На нем я с новою отрадой
    Дышу вечернею прохладой,
    И с новой радостью земной
    Веду беседы я с луной:
    О смерти, вечности, о жизни,
    О нашей будущей отчизне,
    О наших будущих мирах
    И преселенцах-мертвецах,
    Которые, как мы, здесь жили
    И дух горе? переселили.
    Ах, что на их там стороне?
    Видна ли тайна назначений?
    Что не постиг здесь гордый гений —
    То там постигнуто ль вполне?
    О, для чего с земли судьбою
    Живым в удел не дано нам
    Туда к ним улетать душою?
    Я б, с ними привитая там,
    Учился б жить с самим собою;
    Но я веригою земной,
    Как цепию невольник злой,
    Надолго связан и окован —
    Мой дух неволей очарован
    И дольним счастием прельщён.
    В земных он таинствах теряясь
    И для небесных омрачён,
    Бескрыльной думой окрыляясь,
    Туда напрасно рвётся он…
    Луна! ты житель горних стран,
    Ты беспредельный океан
    Без утомленья протекаешь;
    Луна! быть может, ты бываешь
    И в тех странах, — поведай мне
    О тайнах их… Но в тишине
    Ты, ход урочный совершая
    И молчаливо озаряя
    Кладбище смерти, крест и гроб,
    И отдалённый неба свод,
    Лишь светишь нам, как все те звезды,
    В знак доброй для людей надежды.


    Вздох на могиле Веневитинова

    Какие думы в глубине
    Его души таились, зрели?
    Когда б они сказалися вполне,
    Кого б мы в нем, друзья, узрели?
    Но он, наш северный поэт,
    Как юный лебедь величавый,
    Средь волн тоскуя, песню славы
    Едва начал - и стих средь юных лет!


    30 октября 1830

    Возвращение запорозцов с Кавказа

    Видкиль запорозци,
    Видкиль се ийдут?
    Чи от туркив, ляхив?
    Чи из Питенбурха?
    Иль чи за Кубанью
    Рубались дня со три,
    Со чиркесом у горах?
    Здоров, пане, хлопцы,
    Здоров пробували;
    А де ж вы казакив
    Ще инших девали,
    Як ихали з дому
    Було вас багацко:
    А теперь щось трошки.
    Один з запорозцив
    Одтак промовляе:
    «Ой, знайте ль вы, братци,
    Де Кубань мутная
    Геть к морю несётся;
    Де лесы и горы,
    Де дики черкисы
    Свои сакли мают;
    Там то ти козаки:
    Там то вси удалы,
    Порубани, мёртвы,
    Навеки застались…»


    Всякому свой талан

    Как женился я, раскаялся;
    Да уж поздно, делать нечего:
    Обвенчавшись - не разженишься;
    Наказал господь, так мучайся.
    
    Хоть бы взял ее я силою,
    Иль обманут был злой хитростью;
    А то волей своей доброю,
    Где задумал, там сосватался.
    
    Было кроме много девушек,
    И хороших и таланливых;
    Да ни с чем взять - видишь, совестно
    От своей родни, товарищей.
    
    Вот и выбрал по их разуму,
    По обычаю - как водится:
    И с роднею, и с породою,
    Именитую - почетную.
    
    И живем с ней - только ссоримся
    Да роднею похваляемся;
    Да проживши все добро свое,
    В долги стали неоплатные...
    
    "Теперь придет время тесное:
    Что нам делать, жена, надобно?"-
    "Как, скажите, люди добрые,
    Научу я мужа глупого?"
    
    "Ах, жена моя, боярыня!
    Когда умной ты родилася,
    Так зачем же мою голову
    Ты сгубила, змея лютая?
    
    Придет время, время грозное,
    Кто поможет? куда денемся?"-
    "Сам прожился мой безумный муж,
    Да у бабы ума требует".


    28 августа 1840

    Вторая песня Лихача Кудрявича

    В золотое время
    Хмелем кудри вьются;
    С горести-печали
    Русые секутся.
    
    Ах, секутся кудри!
    Любит их забота;
    Полюбит забота - 
    Не чешет и гребень.
    
    Не родись в сорочке,
    Не родись таланлив,- 
    Родись терпеливым
    И на все готовым.
    
    Век прожить - не поле
    Пройти за сохою;
    Кручину, что тучу,
    Не уносит ветром.
    
    Зла беда - не буря - 
    Горами качает,
    Ходит невидимкой,
    Губит без разбору.
    
    От ее напасти
    Не уйти на лыжах;
    В чистом поле найдет,
    В темном лесе сыщет.
    
    Чуешь только сердцем:
    Придет, сядет рядом,
    Об руку с тобою
    Пойдет и поедет...
    
    И щемит и ноет,
    Болит ретивое -
    Все - из рук вон плохо,
    Нет ни в чем удачи.
    
    То - скосило градом,
    То - сняло пожаром...
    Чист кругом и легок;
    Никому не нужен...
    
    К старикам на сходку
    Выйти приневолят,- 
    Старые лаптишки
    Без онуч обуешь;
    
    Кафтанишка рваный
    На плечи натянешь;
    Бороду вскосматишь,
    Шапку нахлобучишь...
    
    Тихомолком станешь
    За чужие плечи...
    Пусть не видят люди
    Прожитого счастья.


    1837

    Глаза

    Погубили меня
    Твои черны глаза,
    В них огонь неземной
    Жарче солнца горит!
    
    Омрачитесь, глаза,
    Охладейте ко мне!
    Ваша радость, глаза,
    Не моя, не моя!..
    
    Не глядите же так!
    О, не мучьте меня!
    В вас страшнее грозы
    Блещут искры любви.
    
    Нет, прогляньте, глаза,
    Загоритесь, глаза!
    И огнем неземным
    Сердце жгите мое!
    
    Мучьте жаждой любви!
    Я горю и в жару
    Бесконечно хочу
    Оживать, умирать,
    
    Чтобы, черны глаза,
    Вас с любовью встречать
    И опять и опять
    Горевать и страдать.


    1835

    Горе

    Ах ты, горе, горе,
    Горе горькое!
    Где ты сеяно,
    Да где выросло?
    Во сыпучих ли
    Песках,
    Во дремучих ли
    Лесах Муромских?
    Кто тебя вспоил,
    Да кто выкормил,
    Да кто в свет пустил
    Тебя, горюшко
    Горемышное,
    Ко чужим людям
    Горе мыкати?
    И зачем ты к нам
    В гости, горюшко,
    Появляешься,
    Нежеланное
    И не званное?
    Отравишь стопу
    Пировую всю
    И уйдёшь опять,
    Как ночная тать,
    Невидимкою,
    И весь пир — не в пир,
    И вся жизнь — не в жизнь…
    Пропадало б ты,
    Горе горькое,
    Где родилося
    Да где выросло;
    
    Зачем по свету
    Бродить целому
    И быть гостьею
    Всем нерадостной?


    Горькая доля

    Соловьем залетным
    Юность пролетела,
    Волной в непогоду
    Радость прошумела.
    
    Пора золотая
    Была, да сокрылась;
    Сила молодая
    С телом износилась.
    
    От кручины-думы
    В сердце кровь застыла;
    Что любил, как душу,-
    И то изменило.
    
    Как былинку, ветер
    Молодца шатает;
    Зима лицо знобит,
    Солнце сожигает.
    
    До поры до время
    Всем я весь изжился;
    И кафтан мой синий
    С плеч долой свалился!
    
    Без любви, без счастья
    По миру скитаюсь:
    Разойдусь с бедою -
    С горем повстречаюсь!
    
    На крутой горе
    Рос зеленый дуб,
    Под горой теперь
    Он лежит гниет...


    4 августа 1837

    Два прощания

    «Так ты, моя
    Красавица,
    Лишилась вдруг
    Двух молодцев.
    Скажи же мне,
    Как с первым ты
    Рассталася — 
    Прощалася?»—
    «Рассталась с ним
    Я весело;
    Прощалася — 
    Смеялася...
    А он ко мне,
    Бедняжечка,
    Припал на грудь
    Головушкой;
    И долго так
    Лежал, молчал;
    Смочил платок
    Горючими...
    
    — Ну, бог с тобой,— 
    Промолвил мне.
    Схватил коня,
    Поехал в путь,
    В чужих краях
    Коротать век».
    
    «И ты над ним
    Смеялася?
    Его слезам
    Не верила?
    Скажи ж теперь,
    Мудреная,
    Как ты с другим
    Прощалася?»
    
    «Другой не то...
    Не плакал он,
    Но и теперь
    Все плачу я.
    Ах, обнял он
    Так холодно;
    Так сухо речь
    Повел со мной:
    — Я еду, вишь,
    Ненадолго;
    Еще с тобой
    Увидимся
    И доволи
    Наплачемся.— 
    По сердцу ли
    Такой привет?
    Махнул рукой,
    Не кланяясь,
    В мое лицо
    Не смотрючи,
    Пустил коня — 
    И был таков».
    
    «Кто ж памятней
    Останется
    Душе твоей,
    Красавица?»— 
    «Мне первого,
    Конечно, жаль;
    Но я люблю
    Последнего».


    18 сентября 1837

    Две жизни

       Две жизни в мире есть.
    Одна светла, горит она, как солнце;
    В ее очах небесный тихий день;
    В сиянии - святая мысль и чувство;
    Ее живая сила так роскошно
    Звучит свободной и разумной речью.
    И это - жизнь земного духа;
    Долга она, как божья вечность...
    
       Другая жизнь темна;
    В ее очах - земная грусть и ночь;
    И спит она сном крепким и мятежным,
    Таится мысль в ее цветистых формах,
    Но не звучит свободной речью;
    Наклоннее во тьме она к молчанью.
    И это - жизнь земного праха;
    Кратка она, как блеск звезды падучей...


    1837

    Деревенская беда

    На селе своем жил молодец,
    Ничего не знал, не ведывал,
    Со друзьями гулял, бражничал,
    По всему селу роскошничал.
    
    В день воскресный, с утра до ночи,
    В хороводе песни игрывал;
    Вместе с девицей-красавицей
    Пляски новые выдумывал.
    
    Полюбил я эту девушку:
    Что душою - больше разумом,
    Больше поступью павлиною,
    Да что речью соловьиною...
    
    Как, бывало, летом с улицы
    Мы пойдем с ней рука об руку
    До двора ее богатого,
    До крыльца ее высокого.
    
    Да как гляну, против зорюшки,
    На ее глаза - бровь черную,
    На ее лицо - грудь белую,
    Всю монистами покрытую,-
    
    Альни пот с лица посыпится,
    Альни в грудь душа застукает,
    Месяц в облака закроется,
    Звезды мелкие попрячутся...
    
    Так, за полночь с нею сидючи,
    По душе мы речь затеяли:
    Поцелуями помолвились,
    Друг за другом быть условились.
    
    На погибель мою староста
    За сынка вперед посватался;
    И его казна несметная
    Повернула все по-своему.
    
    Тошно, грустно было на сердце,
    Как из церкви мою милую
    При народе взял он за руку,
    С похвальбою поклонился мне.
    
    Тошно, грустно было на сердце,
    Как он с нею вдоль по улице
    Что есть духу поскакал - злодей!-
    К своему двору широкому.
    
    Я стоял, глядел, задумался;
    Снявши шапку, хватил об землю.
    И пошел себе загуменьем -
    Под его окошки красные.
    
    Там огни горят; там девушки
    Поют песни, там товарищи
    Пьют, играют, забавляются,
    С молодыми все целуются.
    
    Вот приходит полночь мертвая,
    Разошлися гости пьяные,
    Добры молодцы разъехались,
    И ворота затворилися...
    
    В эту пору для приятеля
    Заварил я брагу хмельную,
    Заиграл я свадьбу новую,
    Что беседу небывалую;
    
    Альни дым пошел под облаки,
    Альни пламя закрутилося,
    По соседям - через улицу -
    На мою избушку бросилось.
    
    Где стоял его богатый дом,
    Где была избушка бедная,-
    Утром все с землей сровнялося,
    Только уголья чернелися...
    
    С той поры я с горем-нуждою
    По чужим углам скитаюся,
    За дневной кусок работаю,
    Кровным потом умываюся...


    14 мая 1838, Москва

    Довольный пастух

    Овечки родные,
    Овечки мои,
    Радушен мне с вами
    Пастушеский быт;
    Хоть, правда, я беден,
    Хоть стадо моё
    Не может сравняться
    С стадами других,
    Зато я счастливей
    Богатых селян,
    Зато я спокойней
    Всех наших селян.
    Что мне в них за нужда,
    В городах я не жил
    Да знатности их
    Слугою не был.
    И вкуса не знаю
    В пище дорогой,
    Хлеб чёрный мне слаще
    Приправ дорогих,
    Чужого вина;
    С прихотью затеи
    Невкусны живут,
    А сыр и молоко —
    Пастушья еда.
    Весь день по долинам
    Овечек пасу,
    Близ тока под тенью
    От зноя лежу.
    Негожею ночью
    Как в вёдро я сплю.
    Мой пёс отгоняет
    Несытых зверей.
    Хоть сроду не делал
    Вреда никому,
    Хоть совесть с упрёком
    Не скажет: ты зол, —
    Но бывает в жизни
    Нерадостный час,
    Сижу я задумчив
    И весь как не свой!
    Без горя — есть горе,
    Без грусти — печаль.
    Пастух в низкой доле
    Есть тож человек.
    Я чувствовать умею,
    И жизнь мне мила.
    В городах же, может,
    Богатым легко
    Раздумье деньгами
    Из мыслей прогнать;
    У меня же есть слёзы,
    Со мною свирель.
    Поплачу ль! Где горе?
    Спою ль что? Где грусть?
    Вновь весел — смеюся,
    Вновь радости рад.
    Долины прохладней,
    Трава зеленей,
    И стадо то лучше,
    И сердцу вольней,
    И будто светлее
    Самый Божий мир!
    Овечки родные,
    Овечки мои,
    Вы мне так любезны,
    Как детки к отцу;
    Я с вами счастливей
    Богатых селян.


    Дом лесника

    В темном лесе, за рекой,
    Стоит домик небольшой,
    С двумя светлыми окнами,
    С распашными воротами.
    
    Под замком те ворота,
    И калитка заперта -
    Чтоб не вшел туда рогатый,
    Леший страшный и косматый;
    
    Чтоб не вшел туда упырь,
    Ни проезжий богатырь.
    Кто ж живет тут одиноко,
    От жилья кругом далеко?
    
    Рыболов ли небогатый?
    Иль разбойник бородатый
    В нем спасается мольбой,
    С сундуками и казной?
    
    Живет в доме с давних пор -
    Караулит царский бор -
    Лесной староста, с женою,
    С третьей дочкой молодою.
    
    И для ней старик седой
    Замыкает домик свой,-
    Чтобы в каменны палаты
    Не увез купец богатый;
    
    Чтоб боярин окружной
    Не прильнул бы к молодой
    Безотвязной повиликой,-
    Чтоб не быть ей горемыкой.


    1832

    Дума двенадцатая

    Не может быть, чтобы мои идеи
    Влиянья не имели на природу.
    Волнение страстей, волнение ума,
    Волненье чувств в народе -
    Все той же проявленье мысли.
    Небесный свет перерождает воздух,
    Организует и живит элементы
    И движет всем - по произволу духа.


    1840

    Женитьба Павла

    Павел девушку любил,
    Ей подарков надарил:
    Два аршина касандрики,
    Да платок, да черевики,
    
    Да китаечки конец,
    Да золоченый венец;
    Она стала щеголиха,
    Как богатая купчиха.
    
    Плясать в улицу пойдет
    Распотешит весь народ;
    Песни ль на голос заводит -
    Словно зельями обводит.
    
    Одаль молодцы стоят,
    Меж собою говорят:
    «Все мы ходим за тобою:
    Чьей-то будешь ты женою?»
    
    Говорите. Сам-третей,
    Запряг Павел лошадей,
    Везть товары подрядился,
    Кой-где зиму волочился.
    
    И, разгорившись казной,
    К весне едет он домой;
    В гости родных созывает,
    Свахой тетку наряжает...
    
    Большой выкуп дал отцу;
    Клад достался молодцу.
    Свадьбу весело играли:
    Две недели пировали.


    1836

    Звезда

    Где бы ни был я, — всегда,
    До утренней зари, алмазная звезда
    Против меня стоит
    И в очи мне язвительно глядит…
    
    При ней когда-то час разлуки был…
    Но я давно её и час тот позабыл!
    Один лишь этот луч неотразим,
    И я никак не свыкнусь с ним!
    
    Порою он приводит в умиленье,
    порой в восторг и исступленье,
    Порою в горькую печаль…
    И мне её, погибшую, всё жаль!


    Земное счастие

    Не тот счастлив, кто кучи злата
    Сбирает жадною рукой
    И — за корысть — родного брата
    Тревожит радостный покой;
    Не тот, кто с буйными страстями
    В кругу прелестниц век живёт,
    В пирах с ничтожными глупцами
    Беседы глупые ведёт
    И с ними ценит лишь словами
    Святую истину, добро,
    А нажитое серебро
    Хранит, не дремля, под замками.
    Не тот счастлив, не тот, кто давит
    Народ мучительным ярмом
    И кто своё величье ставит
    На полразрушенном другом!
    Он пренебрёг земли законы,
    Он, презирая вопль и стоны,
    И бедной, горестной мольбе
    Смеётся вперекор судьбе!..
    Он Бога гнев, он кары Неба
    Считает за ничтожный страх;
    Суму, кусок последний хлеба
    Отнял у ближнего — и прав!
    Не он! — Но только тот блажен,
    Но тот счастлив и тот почтен,
    Кого природа одарила
    Душой, и чувством, и умом,
    Кого фортуна наградила
    Любовью — истинным добром.
    Всегда пред Богом он с слезою
    Молитвы чистые творит,
    Доволен жизнию земною,
    Закон Небес боготворит,
    Открытой грудию стоит
    Пред казнью, злобою людскою,
    И за царя, за отчий кров
    Собой пожертвовать готов.
    Он, и немногое имея,
    Всегда делиться рад душой;
    На помощь бедных, не жалея,
    Всё щедрой раздаёт рукой!


    Измена суженой

        Русская песня
    
    Жарко в небе солнце летнее,
    Да не греет меня, молодца!
    Сердце замерло от холода,
    От измены моей суженой.
    
    Пала грусть-тоска тяжелая
    На кручинную головушку;
    Мучит душу мука смертная,
    Вон из тела душа просится.
    
    Я пошел к людям за помочью,—
    Люди с смехом отвернулися;
    На могилу к отцу, матери,—
    Не встают они на голос мой.
    
    Замутился свет в глазах моих,
    Я упал в траву без памяти...
    В ночь глухую буря страшная
    На могиле подняла меня...
    
    В ночь, под бурей, я коня седлал;
    Без дороги в путь отправился —
    Горе мыкать, жизнью тешиться,
    С злою долей переведаться...


    20 января 1838, Москва

    Исступление

    Увижу ль, увижу ль
    Красавицу я, -
    Заноет, забьется
    Сердечко в груди.
    
    Посмею, могу ли
    В сей жизни хоть раз
    Я милую эту
    Своею назвать?
    
    На груди лилейной
    В объятьях любви,
    Забывшись, навек бы
    Счастливец уснул.
    
    Скажите: пред нею
    Что можно сравнять?
    Прелестные очи,
    Как звезды, горят.
    
    По щечкам разлился
    Румянец зари;
    А кудри?.. а брови?..
    Сравненья им нет!
    
    Как майское утро
    Улыбка ее;
    Как живо, как стройно
    Созвучье речей.
    
    Ах, если бы, к счастью,
    Я был чародей:
    Неволей иль волей
    Была бы моей.


    <январь - апрель 1829>

    К М...

    Подобных Маше очень мало
    И в мире равных не бывало:
    Лицо, движенья, речь и взгляд
    Стальное сердце распалят.
    Любить ее и я бы рад,
    Когда б в груди не крылось жало,
    Когда б в любви ее - не яд.


    <12 октября 1829>

    К М.

    Вы милы всем, вы очень скромны;
    Не спорю я, ваш кроток нрав,
    Но я узнал, что он притворный,
    Что он с природы так лукав.
    В вас нет капризов, нет и чванства,
    Но только много шарлатанства;
    К тому ж ваш вежливый язык
    И уверять и льстить привык.
    К свиданьям тайным вы согласны,
    Но те свиданья мне опасны,
    Затем что в них сокрыт обман
    Иль вновь затеянный роман.
    В веселый час вы мне твердите:
    "Забудьте прежнее - любите!" -
    Да как, скажите, вас любить,
    Как непорочность обольстить?
    О нет, такие мне оковы
    Немилы, как венок терновый,
    Притом же хладная любовь
    В объятиях застудит кровь.
    Сказать велите ль откровенно:
    Вовек такой, как вы, презренной,
    Затем не соглашусь любить,
    Чтобы осмеянным не быть.


    <6 октября 1829>

    К неверной

    Не уверяй! твоим словам,
    Твоим обманчивым речам,
    Как прежде, верить не желаю
    И данным клятвам изменяю.
    Но ты, я вижу, хочешь знать
    Вину сердечного раздора?
    Она ясна! Но без укора,
    Ей-ей, не в силах рассказать;
    Зачем вседневно ты к себе
    Других тихонько принимаешь,
    И так же, как меня, ласкаешь
    В непробудимой тишине?
    Люби ж других — других всегда
    Насквозь обманывать старайся;
    Меня ж отнынь ты никогда
    Ничем уверить не ласкайся…


    К подруге моей юности

    Зачем ты, дева, не желаешь
    Со мною быть наедине?
    Скажи, скажи: зачем при мне
    Ты так робеешь, так скучаешь?
    Ужель со мной опасно быть?
    Ужель тебе кажусь я страшен?
    О, верь мне, верь: я не опасен!
    Я весь перед тобой открыт,
    И в сердце лишь любовь горит.
    Ты помнишь, друг мой, с юных лет
    С тобою мы росли, резвились,
    И что на мысли не придет,
    Мы всем доверчиво делились.
    А нынь, не знаю почему,
    Меня ты, дева, презираешь,
    И средь людей, и одному
    Невинных чувств не доверяешь.
    Оставь, красавица, свой стыд,
    Не будь ко мне ты равнодушна;
    Будь так, как прежде, простодушна,
    Как прежде, будем братски жить.


    <25 октября 1829>

    К реке Гайдари

    Стою, зловещей думы полн,
    При шепоте, при плеске волн...
    Гайдарь! все теми ж ты волнами
    Катишься вдаль, как и всегда,
    Такими ж светлыми водами
    Поишь людей, поишь стада;
    И те ж в тебе глядятся горы
    И моются корни лесов;
    Все те ж кругом поля, озеры,
    Все так же ночью вдоль брегов
    На лодке, легкой и качливой,
    Плывет веселый рыболов;
    По влаге сонной, прихотливой
    Кидает сеть он - и вперед
    Веслом размашисто гребет,
    И песнь Украйны для забавы,
    Без мыслей, без желаний славы,
    Напевом прадеда поет!
    Катись, Гайдарь, и пой водою
    Брега, счастливые тобою!
    Твой век тебе не изменил;
    А я, старик, всю жизнь прожил...
    Где ж вы, благие упованья,
    Где ты, священный сердца жар?..
    Катися, светлая Гайдарь,
    Неси с собой мои стенанья!


    1830

    * * *

    Когда есть жизнь другая там,
    Прощай! Счастливый путь!
    А нет - скорее к нам,
    Пока жить можно тут.


    Февраль (?) 1842

    Кольцо

       Песня
    
    Я затеплю свечу
    Воску ярова,
    Распаяю кольцо
    Друга милова.
    
    Загорись, разгорись,
    Роковой огонь,
    Распаяй, растопи
    Чисто золото.
    
    Без него - для меня
    Ты ненадобно;
    Без него - на руке,
    Камень на сердце.
    
    Что взгляну - то вздохну,
    Затоскуюся,
    И зальются глаза
    Горьким горем слез.
    
    Возвратится ли он?
    И весточкой
    Оживит ли меня
    Безутешную?
    
    Нет надежды в дуще...
    Ты рассыпься же
    Золотой слезой,
    Память милова!
    
    Невредимо, черно
    На огне кольцо,
    И звенит по столу
    Память вечную.


    20 сентября 1830

    Косарь

    Не возьму я в толк...
    Не придумаю...
    Отчего же так -
    Не возьму я в толк?
    Ох, в несчастный день,
    В бесталанный час,
    Без сорочки я
    Родился на свет.
    У меня ль плечо -
    Шире дедова,
    Грудь высокая -
    Моей матушки.
    На лице моем
    Кровь отцовская
    В молоке зажгла
    Зорю красную.
    Кудри черные
    Лежат скобкою;
    Что работаю -
    Все мне спорится!
    Да в несчастный день,
    В бесталанный час,
    Без сорочки я
    Родился на свет!
    Прошлой осенью
    Я за Грунюшку,
    Дочку старосты,
    Долго сватался;
    А он, старый хрен,
    Заупрямился!
    За кого же он
    Выдаст Грунюшку?
    Не возьму я в толк,
    Не придумаю...
    Я ль за тем гонюсь,
    Что отец ее
    Богачом слывет?
    Пускай дом его -
    Чаша полная!
    Я ее хочу,
    Я по ней крушусь:
    Лицо белое -
    Заря алая,
    Щеки полные,
    Глаза темные
    Свели молодца
    С ума-разума...
    Ах, вчера по мне
    Ты так плакала;
    Наотрез старик
    Отказал вчера...
    Ох, не свыкнуться
    С этой горестью...
    
    Я куплю себе
    Косу новую;
    Отобью ее,
    Наточу ее,-
    И прости-прощай,
    Село родное!
    Не плачь, Грунюшка,
    Косой вострою
    Не подрежусь я...
    Ты прости, село,
    Прости, староста:
    В края дальние
    Пойдет молодец:
    Что вниз по Дону
    По набережью,
    Хороши стоят
    Там слободушки!
    Степь раздольная
    Далеко вокруг,
    Широко лежит,
    Ковылой-травой
    Расстилается!..
    Ax ты, степь моя,
    Степь привольная,
    Широко ты, степь,
    Пораскинулась,
    К морю Черному
    Понадвинулась!
    В гости я к тебе
    Не один пришел:
    Я пришел сам-друг
    С косой вострою;
    Мне давно гулять
    По траве степной,
    Вдоль и поперек
    С ней хотелося...
    
    Раззудись, плечо!
    Размахнись, рука!
    Ты пахни в лицо,
    Ветер с полудня!
    Освежи, взволнуй
    Степь просторную!
    Зажужжи, коса,
    Как пчелиный рой!
    Молоньей, коса,
    Засверкай кругом!
    Зашуми, трава,
    Подкошонная;
    Поклонись, цветы,
    Головой земле!
    Наряду с травой
    Вы засохните,
    Как по Груне я
    Сохну, молодец!
    Нагребу копён,
    Намечу стогов;
    Даст казачка мне
    Денег пригоршни.
    Я зашью казну,
    Сберегу казну;
    Ворочусь в село -
    Прямо к старосте;
    Не разжалобил
    Его бедностью,-
    Так разжалоблю
    Золотой казной!..


    1836, Москва

    Красавице

    Ах, кто ты, дева-красота?
    Твои уста, твои ланиты
    Такою прелестью покрыты!
    И в ком чудесная мечта
    Груди б младой не взволновала,
    Когда б ты на скале крутой,
    Одна, над бездною морской,
    Как дева Пушкина, стояла
    Под белой дымкой покрывала?..
    И вкруг тебя одеждой снежной
    Зефир приветливо б играл;
    По сгибу плеч, по шее нежной
    Свитые кудри развивал?..
    Когда б, качаяся, дремало
    Перо на шляпке голубой,
    И грудь лебяжая вздыхала
    Любовью девственной, святой?..
    Тогда б, в сердечном упоеньи
    Склонив колена пред тобой,
    В немом и сладостном забвеньи,
    Сгорел бы весь, как огнь степной!..


    1828

    Лес (О чём шумит сосновый лес?)

         Дума
    
    О чём шумит сосновый лес?
    Какие в нём сокрыты думы?
    Ужель в его холодном царстве
    Затаена живая мысль?..
    
    Коня скорей! Как сокол быстрый,
    На нём весь лес изъезжу я.
    Везде глубокий сон, шум ветра,
    И дикая краса угрюмо спит…
    
    Когда-нибудь его стихия
    Рвалася землю всю покрыть,
    Но, в сон невольно погрузившись,
    В одном движении стоит.
    
    Порой, во тьме пустынной ночи,
    Былых веков живые тени
    Из глубины его выходят —
    И на людей наводят страх.
    
    С приходом дня уходят тени,
    Следов их нет; лишь на вершинах
    Один туман, да в тёмной грусти
    Ночь безрассветная лежит…
    
    Какая ж тайна в диком лесе
    Так безотчётно нас влечёт,
    В забвенье погружает душу
    И мысли новые рождает в ней?..
    
    Ужели в нас дух вечной жизни
    Так бессознательно живёт,
    Что может лишь в пределах смерти
    Своё величье сознавать?..


    Люди добрые, скажите

    Люди добрые, скажите,
    Люди добрые, не скройте:
    Где мой милый? Вы молчите!
    Злую ль тайну вы храните?
    
    За далекими ль горами
    Он живет один, тоскуя?
    За степями ль, за морями
    Счастлив с новыми друзьями?
    
    Вспоминает ли порою,
    Чья любовь к нему до гроба?
    Иль, забыв меня, с другою
    Связан клятвой вековою?
    
    Иль уж ранняя могила
    Приняла его в объятья?
    Чья ж слеза ее кропила?
    Чья душа о нем грустила?
    
    Люди добрые, скажите,
    Люди добрые, не скройте:
    Где мой милый? Вы молчите!
    Злую тайну вы храните!


    21 ноября 1829

    Маленькому брату

    Расти счастливо, брат мой милый,
    Под кровом вышнего творца,
    На груди матушки родимой,
    В объятьях нежного отца.
    Будь добродетелен душою,
    Велик и знатен простотою;
    На сцену света ты взойдешь
    Любимцем ли слепой фортуны,
    Или, как я, полюбишь струны
    И посох бедный понесешь, -
    В высоком звании пред бедным
    Счастливой долей не гордись!
    Но с ним - чем бог послал - последним,
    Как с р'одным братом поделись.
    Суму дадут, - не спорь с судьбою;
    У бога мы равны; пред ним
    Смирися с детской простотою -
    И с сердца грусть слетит, как дым.
    Пробудишь струны, - пой без лести!
    Будь неподкупен в деле чести;
    Люби творца, своих владык
    И будь в ничтожестве велик.


    <23 ноября 1829>

    Мещанская любовь

    Итак, вчерашний разговор
    Свершил нежданный приговор.
    Не нужны тёмные намёки,
    Ни ясный, ни лукавый взор,
    Где в честь за поцелуй - упрёки,
    За ласки - дерзостный укор,
    За шутку скромную - презренье
    Платить обратно в награжденье
    И доводить враждой до слёз.
    Что взгляд последний произнёс?
    Вы думали, меня смутите?
    Нет, я не стану возражать,
    Ни кланяться, ни умолять.
    По-моему: любить - любите,
    А нет - прощайте! Что вздыхать?
    Я не дитя: я не заплачу,
    Не потужу я, что утрачу
    Для новых благ одну тебя.
    Лишь ты, немилая моя,
    Забудь презренного скорей;
    А я найду, поверь, другую
    Себе красавку городскую,
    Тебя моложе и милей.


    <19 декабря 1829>

    Мир музыки

    В стройных звуках льются песни
    Гармонической волной;
    По душе волшебно ходят
    И проходят с быстротой.
    
    Полечу я вслед за ними;
    Погружуся в них душой;
    В очарованном забвеньи
    Позабуду мир земной.
    
    Сколько звуков, сколько песен
    Раздалося вновь во мне!
    Сколько образов чудесных
    Оживилось в вышине!
    
    Между них она, младая,
    Заблистала красотой!
    Чистой пламенной любовью
    Озарился мир земной...
    
    Улетайте ж в небо, звуки,
    Сокрывайтеся вдали!
    Здесь я с нею, здесь я счастлив,
    Любо жить мне на земли!


    20 июня 1838, Москва, вечер музыкальный у Боткина

    Могила

    Чья это могила
    Тиха, одинока?
    И крест тростниковый,
    И насыпь свежа?
    И чистое поле
    Кругом без дорог?
    Чья жизнь отжилася?
    Чей кончился путь?
    Татарин ли дикий
    Свершил здесь убийство
    В ночной темноте
    И свежею кровью,
    Горячею брызнул
    На русскую быль?
    Или молодая
    Жница-поселянка,
    Ангела-младенца
    На руках лелея,
    Оплакала горько
    Кончину его?
    И под ясным небом
    В поле, на просторе,
    В цветах васильковых,
    Положен дитя.
    Веет над могилой,
    Веет буйный ветер,
    Катит через ниву,
    Мимо той могилы,
    Сухую былинку,
    Перекати-поле.
    Будит вольный ветер,
    Будит, не пробудит
    Дикую пустыню,
    Тихий сон могилы!..


    1836, Воронеж

    Молитва

    Спаситель, спаситель!
    Чиста моя вера,
    Как пламя молитвы!
    Но, боже, и вере
    Могила темна!
    Что слух мой заменит?
    Потухшие очи?
    Глубокое чувство
    Остывшего сердца?
    Что будет жизнь духа
    Без этого сердца?
    
    На крест, на могилу,
    На небо, на землю,
    На точку начала
    И цели творений
    Творец всемогущий
    Накинул завесу,
    Наложил печать -
    Печать та навеки,
    Ее не расторгнут
    Миры, разрушаясь,
    Огонь не растопит,
    Не смоет вода!..
    Прости ж мне, спаситель!
    Слезу моей грешной
    Вечерней молитвы:
    Во тьме она светит
    Любовью к тебе...


    1836, степь гр. Орловой

    Молодая жница

    Высоко стоит
    Солнце на небе,
    Горячо печет
    Землю-матушку.
    
    Душно девице,
    Грустно на поле,
    Нет охоты жать
    Колосистой ржи.
    
    Всю сожгло ее
    Поле жаркое,
    Горит горма все
    Лицо белое.
    
    Голова со плеч
    На грудь клонится,
    Колос срезанный
    Из рук валится...
    
    Не спроста — ума
    Жница жнет не жнет,
    Глядит в сторону —
    Забывается.
    
    Ох, болит у ней
    Сердце бедное,
    Заронилось в нем —
    Небывалое!
    
    Она шла вчера
    Нерабочим днем,
    Лесом шла себе
    По малинушку.
    
    Повстречался ей
    Добрый молодец;
    Уж не в первый раз
    Повстречался он.
    
    Разминется с ней
    Будто нехотя
    И стоит, глядит
    Как-то жалобно.
    
    Он вздохнул, запел
    Песню грустную;
    Далеко в лесу
    Раздалась та песнь.
    
    Глубоко в душе
    Красной девицы
    Озвалась она
    И запала в ней...
    
    Душно, жарко ей,
    Грустно на поле,
    Нет охоты жать
    Колосистой ржи...


    1836

    На отъезд Д. А. Кашкина в Одессу

    Что груди тяжельше?
    Что сердцу больней?
    Что конь мой удалый
    Споткнулся не раз?
    Иль заяц-трусливый
    Мой путь перебег?
    Уж видны мне кровли
    Родных и друзей
    И храма святого
    Сияющий крест.
    О чем же ты грустном
    Пророчишь, душа?..
    Уж обнял с восторгом
    Счастливец семью.
    Но где ж, о родные,
    Бесценный мой друг?
    Он отбыл надолго
    В низовы края...
    Недаром же конь мой
    Споткнулся не раз,
    Недаром же сердце
    Вещало печаль!..
    Когда ж возвратишься
    В родную страну?
    Дождусь ли в уныньи
    Тебя, друг, назад?


    2 августа 1829

    * * *

    Не мне внимать напев волшебный
    В тенистой роще соловья;
    Мне грустен листьев шум прибрежный
    И говор светлого ручья.
    
    Прошла пора! Но в дни былые
    Я слушал Филомены глас;
    Тогда-то в сумраки густые
    Веселья огнь во мне не гас.
    
    Тогда с Анютой милой, нежной
    Часов полёта не видал;
    Тогдаю надеждой обольщённый,
    Я праздник жизни пировал.
    
    Теперь же, о друзья! со мною
    Анюты скромной боле нет...
    С другим она... и я с тоскою
    Встречаю дня огнистый свет.
    
    Так мне ль внимать напев волшебный
    В тенистой роще соловья?
    Мне грустен листьев шум прибрежный
    И говор светлого ручья...


    <1829>

    * * *

    Не разливай волшебных звуков!
    Не уноси ты в свой прекрасный мир!
    Твоя душа — как божий ангел!
    Вся жизнь твоя — как светлый день!
    
    Ты можешь силой дивной песни
    Созвать невидимых духов:
    Они всю прелесть чудной жизни
    В твоих виденьях разольют;
    
    Мятежный мир в мечтах сокроют,
    С печалью радость съединят;
    Коснется ль грусть — на душу снидет
    Всесильной жизни благодать!
    
    А предо мной — лишь прошлых дней
    Все образы страстей безумных
    Из глубины души поднимут
    Во всей их страшной наготе.
    
    И если ты, мой милый друг,
    Не озаришь меня своим сияньем,
    Не дашь руки, «люблю» не скажешь,
    Со мною вместе не пойдешь,—
    
    Тогда погиб я навсегда!
    Тогда, страдалец одинокий,
    Ни для земли, ни для небес
    Я не воскресну никогда!


    15 сентября 1839

    Не шуми ты, рожь

    Не шуми ты, рожь,
    Спелым колосом!
    Ты не пой, косарь,
    Про широку степь!
    
    Мне не для чего
    Собирать добро,
    Мне не для чего
    Богатеть теперь!
    
    Прочил молодец,
    Прочил доброе,
    Не своей душе -
    Душе-девице.
    
    Сладко было мне
    Глядеть в очи ей,
    В очи, полные
    Полюбовных дум!
    
    И те ясные
    Очи стухнули,
    Спит могильным сном
    Красна девица!
    
    Тяжелей горы,
    Темней полночи
    Легла на сердце
    Дума черная!


    <1834>

    * * *

    Ничто, ничто на свете
    Меня не веселит
    С тех пор, как я расстался
    С подругой навсегда;
    С тех пор, взгляну ль на юных,
    Играющих девиц,
    Вздохну, и горьки слезы
    Польются из очей.
    Они, кружась, резвятся,
    Как ласточки весной,
    Моим слезам смеются
    С улыбкою любви.
    Красавицы младые,
    И я здесь счастлив был,
    И я в пирах веселых
    Шутил, подобно вам.
    Но рано рок суровый
    Сказал: расстанься с ней.
    С тех пор я не встречаю
    Уж радости нигде.


    Январь-апрель 1829

    * * *

    Ночка тёмная,
    Время позднее, —
    Скучно девице
    Без товарища.
    
    Полюби меня,
    Душа-девица,
    Меня, молодца
    Разудалого.
    
    Ночка тёмная
    Не протянется,
    Веселей тебе
    Будет на сердце.
    
    Кровь горячая
    Разыграется,
    Обольёт огнем
    Груди белые.
    
    Припаду я к ним
    С негой страстною,
    С жаждой пылкою
    Наслаждения.
    
    Обовью рукой
    Шейку стройною,
    Шейку белую,
    Лебединую.
    
    Я вопьюсь в твои
    Уста сладкие,
    Я с любовию
    Страстной, пламенной…
    
    Мы тогда с тобой
    Весь забудем мир,
    И наплачемся,
    И натешимся.


    Ночлег чумаков

    Вблизи дороги столбовой
    Ночует табор кочевой
    Сынов Украины привольной.
    В степи и пасмурно и темно:
    Ни звезд блестящих, ни луны
    На небе нет; и тишины
    Ночной ничто не нарушает;
    Порой проезжий лишь играет,
    И колокольчик почтовой,
    Звеня над тройкой удалой,
    На миг молчанье прерывает.
    Между возов огонь горит;
    На тагане котел висит;
    Чумак раздетый, бородатый,
    Поджавшись на ногах, сидит
    И кашу с салом кипятит.
    За табором невдалеке
    Волы усталые пасутся;
    Они никем не стерегутся.
    Беспечно пред огнем в кружке
    Хохлы чумазые, седые,
    С усами хлопцы молодые,
    Простершись на траве, лежат
    И вдаль невесело глядят.
    Чем чумаков прогнать дремоту?
    Давно ль утратили охоту
    Они петь песни старины?
    Чем ныне так развлечены?
    Бывало, часто, ночью темной,
    Я с ними время разделял
    И, помню, песням их внимал
    С какой-то радостью невольной...
    Но вот во тьме игра свирели,
    Вот тихо под свирель запели
    Они про жизнь своих дедов,
    Украйны вольныя сынов...
    И как те песни сердцу милы,
    Как выразительны, унылы,
    Протяжны, звучны и полны
    Преданьями родной страны!..


    1828

    Ночь

              Посвящена князю
    Владимиру Федоровичу Одоевскому
    
    Не смотря в лицо,
    Она пела мне,
    Как ревнивый муж
    Бил жену свою.
    
    А в окно луна
    Тихо свет лила,
    Сладострастных снов
    Была ночь полна!
    
    Лишь зеленый сад
    Под горой чернел;
    Мрачный образ к нам
    Из него глядел.
    
    Улыбаясь, он
    Зуб о зуб стучал;
    Жгучей искрою
    Его глаз сверкал.
    
    Вот он к нам идет,
    Словно дуб большой...
    И тот призрак был -
    Ее муж лихой...
    
    По костям моим
    Пробежал мороз;
    Сам не знаю как,
    К полу я прирос.
    
    Но лишь только он
    Рукой за дверь взял,
    Я схватился с ним -
    И он мертвый пал.
    
    "Что ж ты, милая,
    Вся, как лист, дрожишь?
    С детским ужасом
    На него глядишь?
    
    Уж не будет он
    Караулить нас;
    Не придет теперь
    В полуночный час!.."
    
    "Ах, не то, чтоб я...
    Ум мешается...
    Все два мужа мне
    Представляются:
    
    На полу один
    Весь в крови лежит,
    А другой - смотри
    Вон в саду стоит!..."


    11 декабря 1840, Москва

    * * *

    О, не кажи улыбки страстной!
    Не мучь надеждою напрасно;
    Прошу, так нежно не гляди;
    Со мной речей не заводи;
    Будь больше недовольна,
    Будь равнодушна, хладнокровна,
    Как недруга, пренебрегай!
    В беседах с злобою немою
    Со мною встречи убегай.
    Ах, ты неправдою такою
    Меня, быть может, охладишь
    И, к счастью, счастия лишишь!..


    Апрель 1830

    Осень

    Настала осень; непогоды
    Несутся в тучах от морей;
    Угрюмеет лицо природы,
    Не весел вид нагих полей;
    Леса оделись синей тьмою,
    Туман гуляет над землею
    И омрачает свет очей.
    Все умирает, охладело;
    Пространство дали почернело;
    Нахмурил брови белый день;
    Дожди бессменные полились;
    К людям в соседки поселились
    Тоска и сон, хандра и лень.
    Так точно немочь старца скучна;
    Так точно тоже для меня
    Всегда водяна и докучна
    Глупца пустая болтовня.


    23 ноября 1828

    Ответ на вопрос о моей жизни

    Вся жизнь моя - как сине море,
    С ветрами буйными в раздоре -
    Бушует, пенится, кипит,
    Волнами плещет и шумит.
    Уступят ветры - и оно
    Сровняется, как полотно.
    Иной порою, в дни ненастья,
    Все в мире душу тяготит;
    Порою улыбнется счастье,
    Ответно жизнь заговорит;
    Со всех сторон печаль порою
    Нависнет тучей надо мною,
    И, словно черная волна,
    Душа в то время холодна;
    То мигом ясная година
    Опять настанет - и душа
    Пьет радость, радостью дыша!
    Ей снова все тогда прекрасно,
    Тепло, спокойно, живо, ясно,
    Как вод волшебное стекло,-
    И горя будто не было...


    17 марта 1829

    Отцветшая краса

    Жизнь моя несётся,
    Как пылиночка весной;
    Пламень страстный льётся
    И уносит мой покой.
    Милы где предметы:
    Поле, рощи и луга,
    И младые лета,
    И приютные брега?
    Где твоя награда —
    Воля страсти молодой?
    Где твоя услада,
    Незаметная тоской?
    Где цветочек лживый —
    Светлоокие глаза,
    Блеск в лице игривый
    И приятная краса?
    Рано ты сокрылась,
    Милой юности черта,
    Мне же бедной мнилась…
    Сон, игривая мечта!
    Старость не отрада
    Для поблекшего лица,
    Мне ж одна отрада —
    Терпеливо ждать конца.
    


    Первая песня Лихача Кудрявича

    С радости-веселья
    Хмелем кудри вьются;
    Ни с какой заботы
    Они не секутся.
    
    Их не гребень чешет - 
    Золотая доля,
    Завивает в кольцы
    Молодецка удаль.
    
    Не родись богатым,
    А родись кудрявым:
    По щучью веленью
    Все тебе готово.
    
    Чего душа хочет - 
    Из земли родится;
    Со всех сторон прибыль
    Ползет и валится.
    
    Что шутя задумал - 
    Пошла шутка в дело;
    А тряхнул кудрями - 
    В один миг поспело.
    
    Не возьмут где лоском,
    Возьмут кудри силой:
    И что худо - смотришь,
    По воде поплыло!
    
    Любо жить на свете
    Молодцу с кудрями,
    Весело на белом
    С черными бровями.
    
    Вовремя да в пору
    Медом речи льются;
    И с утра до ночи
    Песенки поются.
    
    Про те речи-песни
    Девушки все знают
    И о кудрях зиму
    Ночь не спят, гадают.
    
    Честь и слава кудрям!
    Пусть их волос вьется;
    С ними все на свете
    Ловко удается!
    
    Не под шапку горе
    Голове кудрявой!
    Разливайтесь, песни!
    Ходи, парень, браво!


    1837

    Перепутье

    До чего ты, моя молодость,
    Довела меня, домыкала,
    Что уж шагу ступить некуда,
    В свете белом стало тесно мне!
    
    Что ж теперь с тобой, удалая,
    Пригадаем мы, придумаем?
    В чужих людях век домаять ли?
    Сидя дома ли состариться?
    
    По людям ходить, за море плыть -
    Надо кровь опять горячую,
    Надо силу, силу прежнюю,
    Надо волю безотменную.
    
    А у нас с тобой давно их нет;
    Мы, гуляя, все потратили,
    Молодую жизнь до времени
    Как попало - так и прожили!
    
    Сидеть дома, ботеть, стариться,
    С стариком отцом вновь ссориться,
    Работать, с женой хозяйничать,
    Ребятишкам сказки сказывать...
    
    Хоть не так оно - не выгодно,
    Но, положим, делать нечего:
    В непогоду - не до плаванья,
    За большим в нужде не гонятся...
    
    Но вот тут скажи, как придется
    По душе спросить, по совести:
    Кто пойдет за нас? И где будем жить?
    Где избыток мой зарыт лежит?..
    
    Куда глянешь - всюду наша степь;
    На горах - леса, сады, дома;
    На дне моря - груды золота;
    Облака идут - наряд несут!..


    11 июля 1840, Бобров

    Песнь русалки

    Давайте, подруги,
    Веселой толпой
    Мы выйдем сегодня
    На берег крутой
    
    И песнию громкой
    Луга огласим,
    Леса молчаливы
    И даль усыпим.
    
    Нарвем мы цветочков,
    Венки мы сплетем,
    Любимую песню
    Царицы споем;
    
    А с утром, подруги,
    Одна за другой
    Сокроемся в волны
    Падучей звездой.


    1829

    Песня (Ах, зачем меня...)

    Ах, зачем меня
    Силой выдали
    За немилого -
    Мужа старого.
    
    Небось весело
    Теперь матушке
    Утирать мои
    Слезы горькие;
    
    Небось весело
    Глядеть батюшке
    На житье-бытье
    Горемышное!
    
    Небось сердце в них
    Разрывается,
    Как приду одна
    На великий день;
    
    От дружка дары
    Принесу с собой:
    На лице - печаль,
    На душе - тоску.
    
    Поздно, родные,
    Обвинять судьбу,
    Ворожить, гадать,
    Сулить радости!
    
    Пусть из-за моря
    Корабли плывут;
    Пущай золото
    На пол сыплется;
    
    Не расти траве
    После осени;
    Не цвести цветам
    Зимой по снегу!


    5 апреля 1838, Москва

    Песня (В поле ветер веет...)

    В поле ветер веет,
    Травку колыхает,
    Путь, мою дорогу
    Пылью покрывает.
    
    Выходи ж ты, туча,
    С страшною грозою,
    Обойми свет белый,
    Закрой темнотою.
    
    Молодец удалый
    Соловьем засвищет!
    Без пути - без света
    Свою долю сыщет.
    
    Что ему дорога,
    Тучи громовые!
    Как придут по сердцу -
    Очи голубые!
    
    Что ему на свете
    Доля нелюдская,
    Когда его любит -
    Она, молодая!


    10 июля 1838, утро, 12 часов, Москва

    Песня (Где вы, дни мои...)

    Где вы, дни мои,
    Дни весенние,
    Ночи летние,
    Благодатные?
    
    Где ты, жизнь моя,
    Радость милая,
    Пылкой юности
    Заря красная?
    
    С какой гордостью
    Я смотрел тогда
    На туманную
    Даль волшебную!
    
    Там светился свет
    Голубых очей;
    Там мечтам моим
    Конца не было!
    
    Но, среди весны,
    В цвете юности,
    Я сгубил твою
    Душу чистую...
    
    Без тебя, один,
    Я с тоской гляжу,
    Как ночная тьма
    Покрывает день...


    3 декабря 1840, Москва

    Песня (Говорил мне друг...)

    Говорил мне друг, прощаючись:
    «Не грусти, не плачь ты попусту,
    Не печаль лица ты белого,
    Не гаси румянца алого.
    
    Ты ведь знаешь, моя милая,
    Что иду я не охотою:
    Но судьба велит, нужда несет,—
    Отец силой просит дома жить.
    
    Я пойду, скажу: «Вот, батюшка,
    Мой избыток весь — возьми себе;
    Но в твоем дому родительском
    Не жилец я, не кормилец твой!
    
    Не держи ж, пусти, дай волюшку
    Там опять мне жить, где хочется,
    Без талана — где таланится,
    Молодым кудрям счастливится...»
    
    Говорил так друг, прощаючись,
    А в душе его был замысел:
    Не к отцу идти — в ином селе
    Замуж взять вдову богатую...
    
    Ну, господь с тобой, мой милый друг,
    Я за твой обман не сержуся...
    Хоть и женишься — раскаешься,
    Ко мне, может быть, воротишься.


    2 ноября 1839

    Песня (Дуют ветры...)

    Дуют ветры,
    Ветры буйные,
    Ходят тучи,
    Тучи темные.
    
    Не видать в них
    Света белого;
    Не видать в них
    Солнца красного.
    
    Во сырой мгле,
    За туманами,
    Только ночка
    Лишь чернеется...
    
    В эту пору
    Непогожую
    Одному жить -
    Сердцу холодно.
    
    Грудь другую
    Ему надобно:
    Огонь-душу -
    Красну девицу!
    
    С ней зимою -
    Лето теплое;
    При бездольи -
    Горе - не горе!


    14 августа 1840

    Песня (Если встречусь с тобой...)

    Если встречусь с тобой
    Иль увижу тебя,-
    Что за трепет, за огнь
    Разольется в груди.
    
    Если взглянешь, душа, -
    Я горю и дрожу,
    И бесчуствен и нем
    Пред тобою стою!
    
    Если молвишь мне что,
    Я на речи твои,
    На приветы твои
    Что сказать, не сыщу.
    
    А лобзаньям твоим,
    А восторгам живым,
    На земле у людей,
    Выражения нет!
    
    Дева - радость души,
    Это жизнь - мы живем!
    Не хочу я другой!
    Жизни в жизни моей!


    1827

    Песня (Много есть у меня...)

    Много есть у меня
    Теремов и садов,
    И раздольных полей,
    И дремучих лесов.
    
    Много есть у меня
    Деревень и людей,
    И знакомых бояр,
    И надежных друзей.
    
    Много есть у меня
    Жемчугов и мехов,
    Драгоценных одежд,
    Разноцветных ковров.
    
    Много есть у меня
    Для пиров - серебра,
    Для бесед - красных слов,
    Для веселья - вина!
    
    Но я знаю, на что
    Трав волшебных ищу;
    Но я знаю, о чем
    Сам с собою грущу..


    8 декабря 1840, Москва

    Песня (Очи, очи голубые...)

    Очи, очи голубые,
    Мне вас боле не встречать!
    Девы, девы молодые,
    Вам меня уж не ласкать!
    
    Побывали, унеслися
    Дни моей златой весны;
    В сердце опытном слилися
    Лишь отзывы старины.
    
    Ах, на что же оживили
    Предо мной мои мечты
    Сердцу сладостные были,
    Ласки юной красоты?
    
    Мне ль приветливым казаться,
    С хладным сердцем вновь любить?
    Мне ль надеждой обольщаться?
    Беспробудно друг мой спит...


    12 ноября 1829

    Песня (Перстенечек золотой...)

    Перстенечек золотой,
    Ненаглядный, дорогой!
    Светлой памятью любви
    В очи черные гляди.
    
    Если грустно будет ей,
    Ты потускни, почерней;
    Если радость — изменись,
    Весь алмазом разгорись!
    
    День забвенья ли придет,
    Душа чувство проживет —
    Тогда, перстень золотой,
    Ты рассыпься сам собой!


    1836

    Песня (Так и рвется душа...)

    Так и рвется душа
    Из груди молодой!
    Хочет воли она,
    Просит жизни другой!
    
    То ли дело - вдвоем
    Над рекою сидеть,
    На зеленую степь,
    На цветочки глядеть!
    
    То ли дело - вдвоем
    Зимню ночь коротать,
    Друга жаркой рукой
    Ко груди прижимать;
    
    Поутру, на заре,
    Обнимать-провожать,
    Вечерком у ворот
    Его вновь поджидать!


    1 апреля 1840

    Песня (Ты не пой, соловей...)

    Ты не пой, соловей,
    Под моим окном;
    Улети в леса
    Моей родины!
    
    Полюби ты окно
    Души-девицы...
    Прощебечь нежно ей
    Про мою тоску;
    
    Ты скажи, как без ней
    Сохну, вяну я,
    Что трава на степи
    Перед осенью.
    
    Без нее ночью мне
    Месяц сумрачен;
    Среди дня без огня
    Ходит солнышко.
    
    Без нее кто меня
    Примет ласково?
    На чью грудь, отдохнуть,
    Склоню голову?
    
    Без нее на чью речь
    Улыбнуся я?
    Чья мне песнь, чей привет
    Будет по сердцу?
    
    Что ж поешь, соловей,
    Под моим окном?
    Улетай, улетай
    К душе-девице!


    1832

    Песня (Увижу ль я девушку...)

    Увижу ль я девушку,
    Увижу ль я красную -
    Забьется неволею
    Сердечко удалое
    Любовью сердечною.
    
    "Полюбишь ли, девушка,
    Полюбишь ли, красная,
    Без модной учтивости
    Любовию верною
    Удалова молодца?
    
    Ах, что же ты, девушка,
    Ах, что же ты, красная,
    Стыдишься? Аль, милая,
    Любить не намерена
    Удалова молодца?" -
    
    "Любила б я молодца,
    Любила б удалова;
    Но мне ли, сироточке,
    Бескровной и бедненькой,
    Ласкаться любовию?
    
    Желаю ль я, девушка,
    Желаю ль я, красная,
    Палат раззолоченных,
    Искусством украшенных,
    И блесков обманчивых?" -
    
    "Люблю тебя, милую,
    Люблю тебя, юную,
    За характер добренький,
    За стыдливость детскую,
    Всем девицам сродную".
    


    <16 ноября 1829>

    Песня (Утратив то, что прежде было...)

    Утратив то, что прежде было,
    Напрасно вновь к себе зову;
    Напрасно тень подруги милой
    Хочу я видеть наяву.
    
    Теперь с тобой одно свиданье
    Какой ценою б ни купил;
    Я за твое существованье
    Своей бы жизнью заплатил!
    
    За нежный поцелуй, за встречу,
    За блеск приветливых очей,
    За жар любви, за звук речей
    Я б голову понес на сечу.
    
    Но нет, вовек не возвратить,
    Что было так душой любимо!
    Вовек и тень с страны незримой
    К призывам друга не слетит.
    
    О, лейтесь, лейтесь же ручьями,
    Горючи слезы, из очей!
    Без ней нет жизни меж людями -
    Нет сердцу радостей без ней.


    26 мая 1830, Лебедянь

    Песня пахаря

    Ну! тащися, сивка,
    Пашней, десятиной,
    Выбелим железо
    О сырую землю.
    
    Красавица зорька
    В небе загорелась,
    Из большого леса
    Солнышко выходит.
    
    Весело на пашне.
    Ну, тащися, сивка!
    Я сам-друг с тобою,
    Слуга и хозяин.
    
    Весело я лажу
    Борону и соху,
    Телегу готовлю,
    Зерна насыпаю.
    
    Весело гляжу я
    На гумно из скирды,
    Молочу и вею...
    Ну! тащися, сивка!
    
    Пашенку мы рано
    С сивкою распашем,
    Зернышку сготовим
    Колыбель святую.
    
    Его вспоит, вскормит
    Мать-земля сырая;
    Выйдет в поле травка -
    Ну! тащися, сивка!
    
    Выйдет в поле травка -
    Вырастет и колос,
    Станет спеть, рядиться
    В золотые ткани.
    
    Заблестит наш серп здесь,
    Зазвенят здесь косы;
    Сладок будет отдых
    На снопах тяжелых!
    
    Ну! тащися, сивка!
    Накормлю досыта,
    Напою водою,
    Водой ключевою.
    
    С тихою молитвой
    Я вспашу, посею.
    Уроди мне, боже,
    Хлеб - мое богатство!


    26 ноября 1831

    Песня разбойника

    Памяти друга, А.П. Сребрянского
    
    Не страшна мне, добру молодцу,
    Волга-матушка широкая,
    Леса темные, дремучие,
    Вьюги зимние - крещенские...
    
    Уж как было: по темным лесам
    Пировал я зимы круглые;
    По чужим краям, на свой талан,
    Погулял я, поохотился.
    
    А по Волге, моей матушке,
    По родимой, по кормилице,
    Вместе с братьями за добычью
    На край света летал соколом.
    
    Но не Волга, леса темные,
    Вьюги зимние - крещенские
    Погубили мою голову,
    Сокрушили мочь железную...
    
    В некрещеном, славном городе,
    На крутом, высоком острове
    Живет девушка-красавица,
    Дочка гостя новгородского...
    
    Она в тереме, что зорюшка,
    Под окном сидит растворенным,
    Поет песни задушевные,
    Наши братские-отцовские.
    
    "Ах, душа ль моя ты, душенька!
    Что сидишь ты? Что ты думаешь?
    Али речь моя не по сердцу?
    Али батюшка спесивится?..
    
    Не сиди, не плачь; ты кинь отца,
    Ты беги ко мне из терема;
    Мы с тобою, птицы вольные,
    Жить поедем в Москву красную".
    
    Отвечает ему девица:
    "За любовь твою, мой милой друг,
    Рада кинуть отца с матерью;
    Но боюсь суда я страшного!"
    
    Забушуй же, непогодушка,
    Разгуляйся, Волга-матушка!
    Ты возьми мою кручинушку,
    Размечи волной по бережку...


    15 октября 1838

    Песня старика

    Оседлаю коня,
    Коня быстрого,
    Я помчусь, полечу
    Легче сокола.
    
    Чрез поля, за моря,
    В дальню сторону -
    Догоню, ворочу
    Мою молодость!
    
    Приберусь и явлюсь
    Прежним молодцем,
    И приглянусь опять
    Красным девицам!
    
    Но, увы, нет дорог
    К невозвратному!
    Никогда не взойдет
    Солнце с запада!


    21 сентября 1830

    Письмо к Д. А. Кашкину

    Давно, за суетой бессрочной,
    К тебе я, милый, не писал
    И в тихий край земли полночной
    Докучных строк не посылал;
    Давно на лире я для друга
    В часы свободы и досуга
    Сердечных чувств не изливал.
    Теперь, освободясь душою
    От беспрерывных бурь мирских
    И от забот и дел моих,
    Хочу порадовать игрою
    Тебя, о милый друг! И ты,
    Взамену хладной пустоты,
    С улыбкой, дружеству пристойной,
    Глас лиры тихой и нестройной
    Прочтешь и скажешь про себя:
    "Его трудов - виновник я!"
    Так точно, друг, мечты младые,
    И незавидливый фиал,
    И чувств волненье ты впервые
    Во мне, как ангел, разгадал,
    Ты, помнишь, раз сказал: "Рассей
    С души туман непросвященья
    И на крылах воображенья
    Лети к Парнасу поскорей!"
    Совету милого послушный,
    Я дух изящностью питал;
    Потом, с подругою воздушной
    Нашедши лиру, петь начал;
    Потом в час лени молчаливой
    Я рано полюбил покой,
    Приют избушки некрасивой
    И разноцветный садик мой,
    Где я свободой упиваюсь
    Иль славой гибельной горю,
    Где долго в думы погружаюсь
    И, друг, тебя благодарю
    За те нельстивые советы,
    Какими хвалятся поэты.


    <5 декабря 1829>

    * * *

    Пишу не для мгновенной славы:
    Для развлеченья, для забавы,
    Для милых, искренних друзей,
    Для памяти минувших дней.


    14 декабря 1829

    Плач

    На что мне, боже сильный,
    Дал смысл и бытие,
    Когда в стране изгнанья
    Любви и братства нет;
    Когда в ней вихри, бури
    И веют и шумят;
    И черные туманы
    Скрывают правды свет.
    Я думал: в мире люди
    Как ангелы живуут,
    Я думал, в тайных мыслях
    Один у них закон:
    К тебе, царю небесный,
    Любовью пламенеть,
    И  ближе им неимущим
    Без ропота души
    Последнюю копейку,
    Как братьям, уделять.
    А люди - те же звери:
    И холодны, и злы;
    Мишурное величье -
    Молебный их кумир,
    А золото и низость -
    Защитник их и бог.
    И ты, отец небесный,
    Не престаешь вседневно
    Щедроты лить на них.
    О, просвети мне мысли,
    Нерадостны они,
    И мудрости светильник
    Зажги в моей душе.


    <январь 1829>

    * * *

    По-над Доном сад цветет,
       Во саду дорожка:
    На нее б я все глядел,
       Сидя, из окошка...
    
    Там с кувшином за водой
       Маша проходила,
    Томный взор потупив свой,
       Со мной говорила.
    
    "Маша, Маша!- молвил я.-
       Будь моей сестрою!
    Я люблю... любим ли я,
       Милая, тобою?"
    
    Не забыть мне никогда,
       Как она глядела!
    Как с улыбкою любви
       Весело краснела!
    
    Не забыть мне, как она
       Сладко отвечала,
    Из кувшина, в забытьи,
       Воду проливала...
    
    Сплю и вижу все ее
       Платье голубое,
    Страстный взгляд, косы кольцо,
       Лентой первитое.
    
    Сладкий миг мой, возвратись!
       С Доном я прощаюсь...
    Ах, нигде уж, никогда
       С ней не повстречаюсь!..


    1829

    Повесть моей любви

                Посвящаю воронежским девушкам
    			
    Красавицы-девушки,
    Одноземки-душеньки,
    Вам хочу я, милые,
    На досуге кое-как
    Исповедать таинство,
    Таинство чудесное.
    И у нас в Воронеже
    Никому до этих пор
    Не хотел открыть его;
    Но для вас, для вас одних
    Я его поведую
    И так, как по грамотке,
    Как хитрец по карточкам,
    Расскажу по-дружески
    Повесть о самом себе.
    Скучно и нерадостно
    Я провёл век юности:
    В суетных занятиях
    Не видал я красных дней;
    Жил в степях с коровами,
    Грусть в лугах разгуливал,
    По полям с лошадкою
    Один горе мыкивал.
    От дождя в шалашике
    Находил убежище,
    Дикарём, степникою
    Я в Воронеж езживал
    За харчами, деньгами,
    Чаще - за отцовскими
    Мудрыми советами.
    И в таких занятиях
    Мне пробило двадцать лет.
    Но, клянусь вам совестью,
    Я ещё не знал любви.
    В городах все девушки
    Как-то мне не нравились,
    В слободах, в селениях
    Всеми брезгал-гребовал.
    Раз один в Воронеже -
    Где, не помню - встретилась
    Со мной одна девушка,
    Смазливеньким личиком,
    Умильными глазками,
    Осанкою, поступью,
    Речью лебединою
    Вспламенила молодца.
    Вдруг сердечко пылкое
    Зажглось, расколилося,
    Забилось и искрами
    По груди запрядало.
    Я тогда не в силах был
    Удержать порыв страстей -
    И в её объятиях
    Уснул очарованный,
    Упившись любовию;
    И с тех пор той девушки
    Стал я вечным пленником.
    Но нет,вовек не возвратить,
    Что было так душой любимо!
    Вовек и тень с страны незримой
    К призывам друга не слетит.
    О, лейтесь, лейтесь же ручьями,
    Горючи слезы из очей!
    Без ней нет жизни меж людями -
    Нет сердцу радости без ней.


    26 мая 1830, Лебедянь

    Поминки

       (Н. В. Станкевичу)
    
    Под тенью роскошной
    Кудрявых берёз
    Гуляют, пируют
    Младые друзья!
    
    Могучая сила
    В душе их кипит;
    На бледных ланитах
    Румянец горит.
    
    Их очи, как звёзды
    По небу, блестят;
    Их думы — как тучи;
    Их речи — горят.
    
    Давайте веселья!
    Давайте печаль!
    Давно их не манит
    Волшебница даль.
    
    И с мира и с время
    Покровы сняты;
    Загадочной жизни
    Прожиты мечты.
    
    Шумна их беседа,
    Разумно идёт;
    Роскошная младость
    Здоровьем цветёт.
    
    Но вот к ним приходит
    Неведомый гость
    И молча садится,
    Как тёмная ночь.
    
    Лицо его мрачно,
    А взгляды — что яд.
    И весь на нём странен
    Печальный наряд.
    
    И лучшему другу
    Он руку пожал;
    И взгляд его чёрный
    Огнём засверкал.
    
    Вмиг юноша вздрогнул,
    И очи закрыл,
    И чёрные кудри
    На грудь опустил.
    
    Прозрачно как мрамор
    Застыло лицо, —
    Уснул он надолго!
    Уснул глубоко!..
    
    Под тенью роскошной
    Кудрявых берёз
    Гуляют, пируют
    Младые друзья!
    
    Их так же, как прежде,
    Беседа шумна;
    Но часто невольно
    Печаль в ней видна.


    Пора любви

    Весною степь зеленая
    Цветами вся разубрана,
    Вся птичками летучими — 
    Певучими полным-полна;
    Поют они и день и ночь.
    То песенки чудесные!
    Их слушает красавица
    И смысла в них не ведает,
    В душе своей не чувствует,
    Что песни те волшебные:
    В них сила есть любовная;
    Любовь — огонь; с огня — пожар...
    Не слушай их, красавица!
    Пока твой сон — сон девичий — 
    Спокоен, тих до утра дня;
    Как раз беду наслушаешь:
    В цвету краса загубится,
    Лицо твое румяное
    Скорей платка износится.
    
    Стоит она, задумалась,
    Дыханьем чар овеяна;
    Запала в грудь любовь-тоска,
    Нейдет с души тяжелый вздох;
    Грудь белая волнуется,
    Что реченька глубокая — 
    Песку со дна не выкинет;
    В лице огонь, в глазах туман...
    Смеркает степь; горит заря...
    
    Весной в реке, при месяце,
    Поит коня детинушка;
    Сам думает он думушку
    Про девицу заветную:
    «Четвертый год, как я люблю
    Меньшую дочь соседскую...
    Пойдешь за ней на улицу,
    Затеешь речь сторонкою — 
    Так нет, куда! сидит, молчит...
    Пошлешь к отцу посвататься —
    Седой старик спесивится:
    — Нельзя никак — жди череду.
    
    Болит моя головушка,
    Щемит в груди ретивое,
    Печаль моя всесветная,
    Пришла беда незваная;
    Как с плеч свалить?— не знаю сам.
    И сила есть — да воли нет;
    Наружи клад — да взять нельзя,
    Заклял его обычай наш;
    Ходи, гляди, да мучайся,
    Толкуй с башкой порожнею...
    
    Возьму ж я ржи две четверти,
    Поеду ж я на мельницу;
    Про мельника слух носится,
    Что мастер он присушивать.
    Скажу ему: Иван Кузьмич!
    К тебе нужда есть кровная:
    Возьми с меня, что хочешь ты,
    Лишь сделай мне по-своему».
    
    В селе весной, при месяце,
    Спокойно спит крещеный мир;
    Вдоль улицы наш молодец
    Идет сам-друг с соседкою,
    Промеж себя ведут они
    О чем-то речь хорошую.
    Дает он ей с руки кольцо — 
    У ней берет себе в обмен;
    А не был он на мельнице,
    Иван Кузьмич не грешен тут.
    
    Ах, степь ты, степь зеленая,
    Вы, пташечки певучие,
    Разнежили вы девицу,
    Отбили хлеб у мельника.
    У вас весной присуха есть
    Сильней присух нашептанных...


    1837

    Послание В. Г. О.

    Служил я прежде Лизе скромной,
    Служил, как долгу гренадир,
    Как Дафне добренький сатир.
    И чтоб она была довольной,
    Я все намеки и желанья
    Любил немедля выполнять.
    Но наконец без воздаянья
    Мечтам был должен отказать.
    Я ждал еще, я ждал чего-то,
    Надежда мне сулила что-то;
    Надежда скрылась - я забыт,
    Как дряхлый, старый инвалид.
    Но ты, соперница Венеры,
    Мои мечты, мои химеры
    Желаньем оживила вновь;
    И в сердце чистом, непорочном,
    Как солнце - в янтаре восточном,
    Зажгла безгрешную любовь.
    Отнынь прошу, друг новый, нежный,
    Царицей будь души моей,
    Будь гений добрый и надежный
    Моих во мгле текущих дней.
    И я в свободные мгновенья,
    Желаньям вашим в угожденье,
    Раз пять в неделю буду рад
    По вкусу дамскому для чтенья
    Романов лучших присылать.
    А может быть, тебе, мой гений,
    Моих неловких песнопений
    Когда-нибудь пришлю тетрадь.
    Но вы, вы спросите: награда
    Велика ль, вольный трубадур?
    Червонной пыли мне не надо.
    Букет цветов да два-три взгляда -
    И я доволен чересчур.


    <27 апреля 1829>

    Послание молодой вдове

    Напрасно думаешь слезами
    Тоску от сердца ты прогнать:
    Всевышним богом - не людями
    Тебе назначено страдать.
    Конечно, сердцу нестерпимо
    Расстаться с тем, что так любимо;
    Что мило - больно потерять:
    Нельзя не плакать, не вздыхать.
    Так, верно, верно: ты несчастна;
    Твоей души супруг прекрасный
    Так скоро отказался жить.
    Он жертва смерти, он зарыт.
    Но что? ужель весну младую
    Слезам ты хочешь посвятить?
    Ужели юность золотую
    В тоске ты хочешь проводить?
    Ужель утрата роковая
    Пребудет памятна всегда?
    Ужель, что было, забывая,
    Не улыбнешься? Милая! слезами
    Тоски от сердца не прогнать:
    Всевышним богом, а не нами
    Тебе положено страдать.


    27 декабря 1828

    Последний поцелуй

    Обойми, поцелуй,
    Приголубь, приласкай,
    Еще раз - поскорей -
    Поцелуй горячей.
    Что печально глядишь?
    Что на сердце таишь?
    Не тоскуй, не горюй,
    Из очей слез не лей;
    Мне не надобно их,
    Мне не нужно тоски...
    Не на смерть я иду,
    Не хоронишь меня.
    На полгода всего
    Мы расстаться должны;
    Есть за Волгой село
    На крутом берегу:
    Там отец мой живет,
    Там родимая мать
    Сына в гости зовет;
    Я поеду к отцу,
    Поклонюся родной
    И согласье возьму
    Обвенчаться с тобой.
    Мучит душу мою
    Твой печальный убор,
    Для чего ты в него
    Нарядила себя?
    Разрядись: уберись
    В свой наряд голубой
    И на плечи накинь
    Шаль с каймой расписной;
    Пусть пылает лицо,
    Как поутру заря,
    Пусть сияет любовь
    На устах у тебя;
    Как мне мило теперь
    Любоваться тобой!
    Как весна, хороша
    Ты, невеста моя!
    Обойми ж, поцелуй,
    Приголубь, приласкай,
    Еще раз - поскорей -
    Поцелуй горячей!


    12 апреля 1838, Москва

    Последняя борьба

    Надо мною буря выла,
    Гром по небу грохотал,
    Слабый ум судьба страшила,
    Холод в душу проникал.
    
    Но не пал я от страданья,
    Гордо выдержал удар,
    Сохранил в душе желанья,
    В теле - силу, в сердце - жар!
    
    Что погибель! что спасенье!
    Будь что будет - все равно!
    На святое провиденье
    Положился я давно!
    
    В этой вере нет сомненья,
    Ею жизнь моя полна!
    Бесконечно в ней стремленье!..
    В ней покой и тишина...
    
    Не грози ж ты мне бедою,
    Не зови, судьба, на бой:
    Готов биться я с тобою,
    Но не сладишь ты со мной!
    
    У меня в душе есть сила,
    У меня есть в сердце кровь,
    Под крестом - моя могила;
    На кресте - моя любовь!


    20 сентября 1833

    Престарелый казак

    Зачем так скоро скрылась ты,
    Казачья юность удалая?
    О жизнь залетная, драгая,
    Где ты теперь, где ты?
    Бывало, смелая рука
    Сверкнуть булатом не робела,
    И в буйной груди казака
    Отвага бурная горела
    Неугасаемым огнем.
    Без страха, робости, - с мечом
    Я в огнь и полымя бросался,
    С отрядом целым я встречался,
    Нещадно всех рубил, колол,
    Для всех с собою смерть я вел.
    Бывало, чуждые дружины
    Едва лицо мое зазрят, -
    Уже валятся ряд на ряд
    На лоно стонущей долины.
    Теперь уж нет могучих сил!
    Осьмой десяток мне пробил.
    В мой угол старость заглянула
    И старость принесла с собой.
    Теперь теперь трепещущей рукой
    Я смерть лениво отгоняю
    И умереть скорей желаю.
    Как после сечи, после драки,
    Бывало, ждал донец венца,
    Так нынь в курене бурлака
    Он ждет последнего конца.
    Ах! лучше б с именем героя
    В дыму, в огне, средь пуль и боя
    Врагу насунуться на меч
    И на долине чести лечь,
    Чем здесь в безвестности постылой
    Томиться над своей могилой.


    <4 мая 1829>

    Приди ко мне

    Приди ко мне, когда зефир
    Колышет рощами лениво,
    Когда и луг и степь - весь мир
    Оденется в покров сонливый.
    
    Приди ко мне, когда луна
    Из облак в облака ныряет
    Иль с неба чистого она
    Так пышно воды озлащает.
    
    Приди ко мне, когда весь я
    В любовны думы погружаюсь,
    Когда, красавица, тебя
    Нетерпеливо дожидаюсь.
    
    Приди ко мне, когда любовь
    Восторги пылкие рождает,
    Когда моя младая кровь
    Кипит, волнуется, играет.
    
    Приди ко мне; вдвойне с тобой
    Хочу я жизнью наслаждаться,
    Хочу к твоей груди младой
    Со всею страстию прижаться...


    1829

    Путник

    Сгустились тучи, ветер веет,
    Трава пустынная шумит;
    Как черный полог, ночь висит,
    И даль пространная чернеет;
    Лишь там, в дали степи обширной,
    Как тайный луч звезды призывной,
    Зажжен случайною рукой,
    Горит огонь во тьме ночной.
    Унылый путник запоздалый,
    Один среди глухих степей,
    Плетусь к ночлегу; на своей
    Клячонке тощей и усталой
    Держу я путь к тому огню;
    Ему я рад, как счастья дню.
    И кто так пристально средь ночи
    Вперял на деву страстны очи,
    Кто, не смыкая зорких глаз,
    Кто так стерег условный час,
    Как я, с походною торбою,
    Трясясь на кляче чуть живой,
    Встречал огонь во тьме ночной?
    То наш очаг горит звездою,
    То спеет каша степняка
    Под песнь родную чумака!..


    Август 1828

    Раздумье селянина

    Сяду я за стол -
    Да подумаю:
    Как на свете жить
    Одинокому?
    
    Нет у молодца
    Молодой жены,
    Нет у молодца
    Друга вернова,
    
    Золотой казны.
    Угла тёплова,
    Бороны-сохи,
    Коня-пахаря;
    
    Вместе с бедностью
    Дал мне батюшка
    Лишь один талан -
    Силу крепкую;
    
    Да и ту как раз
    Нужда горькая
    По чужим людям
    Всю истратила.
    
    Сяду я за стол -
    Да подумаю:
    Как на свете жить
    Одинокому?


    9 апреля 1837, Москва

    Разлука

    На заре туманной юности
    Всей душой любил я милую:
    Был у ней в глазах небесный свет,
    На лице горел любви огонь.
    
    Что пред ней ты, утро майское,
    Ты, дуброва-мать зеленая,
    Степь-трава - парча шелковая,
    Заря-вечер, ночь-волшебница!
    
    Хороши вы - когда нет ее,
    Когда с вами делишь грусть свою,
    А при ней вас - хоть бы не было;
    С ней зима - весна, ночь - ясный день!
    
    Не забыть мне, как в последний раз
    Я сказал ей: "Прости, милая!
    Так, знать, бог велел - расстанемся,
    Но когда-нибудь увидимся..."
    
    Вмиг огнем лицо все вспыхнуло,
    Белым снегом перекрылося,-
    И, рыдая, как безумная,
    На груди моей повиснула.
    
    "Не ходи, постой! дай время мне
    Задушить грусть, печаль выплакать,
    На тебя, на ясна сокола..."
    Занялся дух - слово замерло...


    21 мая 1840

    Размолвка

    Теперь ясней
    Уж вижу я,
    Огонь любви
    Давно потух
    В груди твоей.
    Но что виной,
    Могу ли знать?
    Бывало, ты -
    Сестра и друг;
    Бывало, ты -
    Совсем не та!
    А нынче - грех
    И вымолвить,
    Как ты со мной
    Суха, дика
    И сумрачна!
    Незваный гость,
    Долой с двора!
    Немилый друг,
    Не знай меня!
    Ах, рад не рад -
    Пришлось и мне
    Сказать с слезой:
    Прости-прощай,
    Любезный друг
    И недруг мой!


    1828

    Размышления поселянина

    На восьмой десяток
    Пять лет перегнулось;
    Как одну я песню,
    Песню молодую,
    Пою, запеваю
    Старою погудкой;
    Как одну я лямку
    Тяну без подмоги!
    Ровесникам детки
    Давно помогают,
    Только мне на свете
    Перемены нету.
    Сын пошел на службу,
    А другой в могилу;
    Две вдовы невестки;
    У них детей кучи -
    Все мал мала меньше;
    Задной головою
    Ничего не знают.
    Где пахать, что сеять,
    Позабыли думать. 
    Богу, знать, угодно
    Наказать под старость
    Меня, горемыку,
    Такой тяготою.
    Сбыть с двора невесток,
    Пустить сирот в люди!-
    Старики на сходке
    Про Кузьму что скажут?
    Нет, мой згад, уж лучше,
    Доколь мочь и сила,
    Доколь душа в теле,
    Буду я трудиться;
    Кто у бога просит
    Да работать любит,
    Тому невидимо
    Господь посылает.
    Посмотришь: один я
    Батрак и хозяин;
    А живу чем хуже
    Людей семьянистых?
    Лиха-беда в землю
    Кормилицу-ржицу
    Мужичку закинуть,
    А там бог уродит,
    Микола подсобит
    Собрать хлебец с поля;
    Так его достанет
    Год семью пробавить,
    Посбыть подать с шеи
    И нужды поправить,
    И лишней копейкой
    Божий праздник встретить.


    1832

    Разуверение

    Да! жизнь не то, что говорили
    Мои мне книги и мечты;
    Её недаром заклеймили
    Печатью зла и суеты.
    Сначала искренно встречая
    И утро дня благословляя,
    Я в мире всё благословлял...
    Дитя! я ласки расточал,
    Я простирал мои объятья
    Ко всем с любовию, как братьям!
    Пришла пора, узнал и я
    Совсем не то, что прежде снилось,
    Чем сердце юное пленилось,
    О чём так сладко думал я...
    Узнал родных, к родству холодных;
    В друзьях - предателей притворных;
    В толпах людей - толпы невежд;
    Обманчивость земных надежд;
    В обетах - лживые обманы;
    В невинном взгляде - льстивый взор;
    В умах возвышенных - туманы,
    Надутой глупости позор...
    Бог с ними! Я страну земную
    С упрёком тайным разлюбил;
    Душой постигнул жизнь другую,
    В ту жизнь мечты переселил
    И странствую без дальних нужд,
    Земли жилец, земнова чужд.
    


    <1829>

    Ровеснику

    О чем, ровесник молодой,
    Горюешь и вздыхаешь?
    О чем серебряной струей
    Ты слезы проливаешь?
    О чем бессменная печаль
    И частые стенанья?
    Страшна ли жизни темна даль
    И с юностью прощанье?
    Или нежданная беда
    Явилась и сразила?
    Житейская ль тебя нужда
    Так рано посетила?
    Иль сердца тайная любовь
    Раскрыла в нем желанья
    И юным пламенем вся кровь
    Зажглась без упованья?
    Я вижу думу на челе,
    Без слов, без выраженья;
    Но есть во взорах, как в стекле,
    Востока отраженье -
    Заметное волненье.
    Ах, то любовь, любовь!.. Она
    В твоей душе играет;
    Она в пиру, на ложе сна
    Покой твой разрушает.
    Я отгадал. Дай руку мне!
    Ты не один, кипя душою,
    Горишь и гаснешь в тишине:
    Прошу тебя, будь друг со мною.


    <1827>

    Русская песня (Ах, зачем меня)

    Ах, зачем меня
    Силой выдали
    За немилова —
    Мужа старова.
    
    Небось весело
    Теперь матушке
    Утирать мои
    Слёзы горькие;
    
    Небось весело
    Глядеть батюшке
    На житьё-бытьё
    Горемышное!
    
    Небось сердце в них
    Разрывается,
    Как приду одна
    На великий день;
    
    От дружка дары
    Принесу с собой:
    На лице — печаль,
    На душе — тоску.
    
    Поздно, родные,
    Обвинять судьбу,
    Ворожить, гадать,
    Сулить радости!
    
    Пусть из-за моря
    Корабли плывут;
    Пущай золото
    На пол сыпется;
    
    Не расти траве
    После осени;
    Не цвести цветам
    Зимой по снегу!


    Русская песня (Без ума, без разума)

    Без ума, без разума
    Меня замуж выдали,
    Золотой век девичий
    Силой укоротали.
    
    Для того ли молодость
    Соблюдали, нежили,
    За стеклом от солнушка
    Красоту лелеяли,
    
    Чтоб я век свой замужем
    Горевала, плакала,
    Без любви, без радости
    Сокрушалась, мучилась?
    
    Говорят родимые:
    «Поживётся — слюбится;
    И по сердцу выберешь —
    Да горчее придется».
    
    Хорошо, состарившись,
    Рассуждать, советовать
    И с собою молодость
    Без расчёта сравнивать!


    Русская песня (Греет солнышко...)

    Греет солнышко -
    Да осенью;
    Цветут цветики -
    Да не в пору;
    
    А весной была
    Степь желтая,
    Тучки плавали
    Без дождика.
    
    По ночам роса
    Где падала,
    Поутру трава
    Там сохнула.
    
    И все пташечки,
    Касаточки,
    Пели грустно так
    И жалобно,
    
    Что, их слушая,
    Кровь стынула,
    По душе лилась
    Боль смертная.
    
    Так прошла моя
    Вся молодость -
    Без любви-души,
    Без радости.


    Русская песня (Не весна тогда)

    Не весна тогда
    Жизнью веяла,
    Не трава в полях
    Зеленелася;
    
    Не заря с небес
    Красовалася,
    Не луна на нас
    Любовалася!
    
    Нет! под холодом,
    Под туманами,
    Ты в обьятьях жгла —
    Поцелуями!
    
    Ночи тёмные,
    Ночи бурные
    Шли как облачки,
    Мимо солнушка.
    
    Вьюги зимние,
    Вьюги шумные
    Напевали нам
    Песни чудные;
    
    Наводили сны,
    Сны волшебные, —
    Уносили в край
    Заколдованный!


    Русская песня (Я любила его...)

    Я любила его
    Жарче дня и огня,
    Как другие любить
    Не смогут никогда!
    
    Только с ним лишь одним
    Я на свете жила;
    Ему душу мою,
    Ему жизнь отдала!
    
    Что за ночь, за луна,
    Когда друга я жду!
    И бледна, холодна,
    Замираю, дрожу!
    
    Вот он идет, поет:
    "Где ты, зорька моя?"
    Вот он руку берет,
    Вот целует меня!
    
    "Милый друг, погаси
    Поцелуи твои!
    И без них при тебе
    Огнь пылает в крови,
    
    И без них при тебе
    Жжет румянец лицо,
    И волнуется грудь,
    И кипит горячо!
    
    И блистают глаза
    Лучезарной звездой!"
    Я жила для него -
    Я любила душой!


    20 декабря 1841

    Сельская пирушка

    Ворота тесовы
    Растворилися,
    На конях, на санях
    Гости въехали;
    Им хозяин с женой
    Низко кланялись,
    Со двора повели
    В светлу горенку.
    Перед Спасом святым
    Гости молятся;
    За дубовы столы,
    За набраные,
    На сосновых скамьях
    Сели званые.
    На столах кур, гусей
    Много жареных,
    Пирогов, ветчины
    Блюда полные.
    
    Бахромой, кисеей
    Принаряжена,
    Молодая жена,
    Чернобровая,
    Обходила подруг
    С поцелуями,
    Разносила гостям
    Чашу горькова;
    Сам хозяин за ней
    Брагой хмельною
    Из ковшей вырезных
    Родных потчует;
    А хозяйская дочь
    Медом сыченым
    Обносила кругом
    С лаской девичьей.
    
    Гости пьют и едят,
    Речи гуторят:
    Про хлеба, про покос,
    Про старинушку;
    Как-то бог и господь
    Хлеб уродит нам?
    Как-то сено в степи
    Будет зелено?
    
    Гости пьют и едят,
    Забавляются
    От вечерней зари
    До полуночи.
    По селу петухи
    Перекликнулись;
    Призатих говор, шум
    В темной горенке;
    От ворот поворот
    Виден по снегу.


    21 сентября 1830

    Сестре

        при посылке ей моих песен
    
    Сестра! вот были чудных снов,
    Вот звуки самодельной лиры,
    Мои мечты, мои кумиры,
    Моя душа, моя любовь!
    Сестра! земная жизнь - мгновенье,
    Судьбы ж кто знает назначенье?
    Быть может, раньше я других
    Не окажусь в семье живых.
    Пройдет год-два,- за суетою,
    За лживой радостью мирскою
    Забудешь ты меня; но вмиг
    Когда-нибудь прочтешь мой стих,
    Вспомянешь брата - и вздохнешь,
    И сладких слез поток прольешь.


    11 декабря 1829

    Сирота

    Не прельщайте, не маните,
    Пылкой юности мечты!
    Удалитесь, улетите
    От бездомной сироты!
    
    Что ж вы, злые, что вы вьетесь
    Над усталой головой?
    Что вы с ветром не несетесь
    В край неведомый, чужой?
    
    Были дни - и я любила
    Сны о радости земной;
    Но надежда изменила;
    Радость - сон в судьбе моей.
    
    Наяву же - в облегченье
    Только слезы проливать,
    И не верить в обольщенье,
    И покоя не вкушать.
    
    Не прельщайте ж, не маните,
    Светлой радости мечты!
    Унеситесь, улетите
    От бездомной сироты!


    1827

    Совет старца

    Скучно с жизнью старческой,
    Скучно, други, в мире жить;
    Грустно среди пиршества
    О могиле взгадывать
    И с седою мудростью
    К ней, наморщась, двигаться.
    Поспешайте ж, юноши,
    Наслаждаться жизнию!
    Отпируйте в радости
    Праздник вашей юности!
    Много ль раз роскошная
    В год весна является?
    Много ль раз долинушку
    Убирает зеленью,
    Муравою бархатной,
    Парчой раззолоченной?
    Не одно ль мгновение
    И весне и юности?


    1 августа 1830

    Сон

    В бурной жизни сновиденья
    Я люблю один мечтать,
    Посреди ж уединенья
    Я готов стихи кропать.
    Но тогда мой тихий гений
    С музой стройной улетит,
    Я ношусь между селений,
    Там, где милым должно жить.
    Если скучный посетитель
    Мне явится одному,
    То надежда-утешитель
    Собеседуют ему.
    Одинокий, я скучаю
    И утех везде ищу,
    И томлюся, и вздыхаю,
    Сам не знаю, чем грущу.


    Спящему младенцу

    О всеблагое провиденье,
    Храни его успокоенье!
    Еще не знает он, что скука,
    Что беспредельная любовь,
    И как тяжка любви разлука,
    И как хладеет в сердце кровь;
    Не знает жизненной заботы,
    Тяжелых снов и страшных бед,
    И мира гибельных сует,
    И дней безжизненной дремоты,
    Коварства света и людей,
    Надежд, желаний и страстей.
    Теперь он резвится, играет,
    Незрелый ум мечтой питает.
    Во сне испуг его не будит,
    Нужда до солнца встать не нудит,
    Печаль у ложа не стоит,-
    Священным сном невинность спит...
    Но эти дни как тень проходят,
    Прекрасный мир с собой уводят...
    
    О всеблагое провиденье,
    Храни его успокоенье!


    1828

    Терем

    Там, где терем тот стоит,
    Я люблю всегда ходить
    Ночью тихой, ночью ясной,
    В благовонный май прекрасный!
    
    Чем же терем этот мил?
    Чем меня он так пленил?
    Он не пышный, он не новый,
    Он бревенчатый - дубовый!
    
    Ах, в том тереме простом
    Есть с раскрашенным окном
    Разубранная светлица!
    В ней живет душа-девица.
    
    Как-то встретился я с ней -
    Не свожу с тех пор очей;
    Красна ж девица не знает,
    По ком грудь моя вздыхает.
    
    Разрывайся, грудь моя!
    Буду суженым не я -
    Тот богатый, я без хаты -
    Целый мир мои палаты!
    
    Вещун-сердце говорит:
    "Жить тебе, детинке, жить
    Не с женою молодою -
    С чужой-дальней стороною..."


    16 ноября 1829

    Тоска по воле

    Загрустила, запечалилась
    Моя буйная головушка;
    Ясны очи — соколиные —
    Не хотят смотреть на белый свет.
    
    Тяжело жить дома с бедностью;
    Даром хлеб сбирать под окнами;
    Тяжелей того в чужих людях
    Быть в неволе — в одиночестве.
    
    Дни проходят здесь без солнышка;
    Ночи темные — без месяца;
    Бури страшные, громовые,
    Удалой души не радуют.
    
    Где ж друзья мои — товарищи?
    Куда делись? разлетелися?
    Иль не хочут дать мне помочи?
    Или голос мой разносит ветр?
    
    Знать, забыли время прежнее —
    Как, бывало, в полночь мертвую
    Крикну, свистну им из-за леса:
    Альни темный лес шелохнется...
    
    И они, мои товарищи,
    Соколья, орлы могучие,
    Все в один круг собираются,
    Погулять ночь — пороскошничать.
    
    А теперь, как крылья быстрые
    Судьба злая мне подрезала,
    И друзья, мои товарищи,
    Одного меня все кинули...
    
    Гой ты, сила пододонная!
    От тебя я службы требую —
    Дай мне волю, волю прежнюю!
    А душой тебе я кланяюсь...


    2 сентября 1839

    Триолет

    Прошу, оставьте вы меня;
    Моя любовь к вам охладела.
    В душе нет прежнего огня,
    Прошу, оставьте вы меня.
    Не зная вас, был весел я;
    Узнал вас - радость улетела.
    Прошу, оставьте вы меня;
    Моя любовь к вам охладела.


    4 июля 1830

    Удалец

    Мне ли, молодцу
    Разудалому,
    Зиму-зимскую
    Жить за печкою?
    
    Мне ль поля пахать?
    Мне ль траву косить?
    Затоплять овин?
    Молотить овес?
    
    Мне поля - не друг,
    Коса - мачеха,
    Люди добрые -
    Не соседи мне.
    
    Если б молодцу
    Ночь да добрый конь,
    Да булатный нож,
    Да темны леса!
    
    Снаряжу коня,
    Наточу булат,
    Затяну чекмень,
    Полечу в леса!
    
    Стану в тех лесах
    Вольной волей жить,
    Удалой башкой
    В околотке слыть.
    
    С кем дорогою
    Сойдусь, съедусь ли -
    Всякий молодцу
    Шапку до земли!
    
    Оберу купца,
    Убью барина,
    Мужика-глупца -
    За железный грош!
    
    Но не грех ли мне
    Будет от бога -
    Обижать людей
    За их доброе?
    
    В церкви поп Иван
    Миру гуторит,
    Что душой за кровь
    Злодей платится...
    
    Лучше ж воином
    За царев закон,
    За крещеный мир
    Сложить голову!..


    1833

    Умолкший поэт

         (Дума)
    
    С душою пророка,
    С печатью величья
    На гордом челе,
    Родился младенец
    На диво земле.
    
    Земные богини,
    Как хитрые девы,
    Манили младенца
    Роскошной мечтой;
    Притворною лаской
    Любовь обманули,
    Сожгли поцелуем
    Румянец лица,
    Сорвали улыбку —
    Сиянье души.
    Напрасно таил он,
    Напрасно берёг
    Дары вдохновений
    От горнего мира
    Для жизни земной;
    Напрасно он райской
    И звучною песней
    Родимые дебри,
    Поля оглашал:
    Пустыня молчала…
    Толпа отступилась
    От взоров пророка!
    Высокое чувство,
    И жар вдохновенья,
    И творчества силу
    Толпа не признала:
    Смешны ей и радость
    И горе поэта…
    Сгорит он в пожаре
    Презренных страстей, —
    Она, как вакханка,
    Его зацелует
    И вражским восторгом,
    Нечистым, постыдным,
    Навек заклеймит…
    
    Очарованный утром,
    Обманутый полднем,
    Одетый вечерним
    Туманом и тенью
    Загадочной жизни —
    Глядит равнодушно
    Безмолвный поэт…
    Ты думаешь: пал он?..
    Нет, ты не заметил
    Высокую думу,
    Огонь благодатный
    Во взоре его…


    Урожай

    Красным полымем
    Заря вспыхнула;
    По лицу земли
    Туман стелется;
    
    Разгорелся день
    Огнем солнечным,
    Подобрал туман
    Выше темя гор;
    
    Нагустил его
    В тучу черную;
    Туча черная
    Понахмурилась,
    
    Понахмурилась,
    Что задумалась,
    Словно вспомнила
    Свою родину...
    
    Понесут ее
    Ветры буйные
    Во все стороны
    Света белого.
    
    Ополчается
    Громом-бурею,
    Огнем-молнией,
    Дугой-радугой;
    
    Ополчилася
    И расширилась,
    И ударила,
    И пролилася
    
    Слезой крупною —
    Проливным дождем
    На земную грудь,
    На широкую.
    
    И с горы небес
    Глядит солнышко,
    Напилась воды
    Земля досыта;
    
    На поля, сады,
    На зеленые
    Люди сельские
    Не насмотрятся.
    
    Люди сельские
    Божьей милости
    Ждали с трепетом
    И молитвою;
    
    Заодно с весной
    Пробуждаются
    Их заветные
    Думы мирные.
    
    Дума первая:
    Хлеб из закрома
    Насыпать в мешки,
    Убирать воза;
    
    А вторая их
    Была думушка:
    Из села гужом
    В пору выехать.
    
    Третью думушку
    Как задумали,—
    Богу-господу
    Помолилися.
    
    Чем свет по полю
    Все разъехались —
    И пошли гулять
    Друг за дружкою,
    
    Горстью полною
    Хлеб раскидывать;
    И давай пахать
    Землю плугами,
    
    Да кривой сохой
    Перепахивать,
    Бороны зубьем
    Порасчесывать.
    
    Посмотрю пойду,
    Полюбуюся,
    Что послал господь
    За труды людям:
    
    Выше пояса
    Рожь зернистая
    Дремит колосом
    Почти до земи,
    
    Словно божий гость,
    На все стороны
    Дню веселому
    Улыбается.
    
    Ветерок по ней
    Плывет, лоснится,
    Золотой волной
    Разбегается.
    
    Люди семьями
    Принялися жать,
    Косить под корень
    Рожь высокую.
    
    В копны частые
    Снопы сложены;
    От возов всю ночь
    Скрыпит музыка.
    
    На гумнах везде,
    Как князья, скирды
    Широко сидят,
    Подняв головы.
    
    Видит солнышко —
    Жатва кончена:
    Холодней оно
    Пошло к осени;
    
    Но жарка свеча
    Поселянина
    Пред иконою
    Божьей матери.


    1835

    Утешение (Внимай, мой друг...)

    Внимай, мой друг, как здесь прелестно
    Журчит серебряный ручей,
    Как свищет соловей чудесно.
    А ты - один в тоске своей.
    Смотри: какой красой в пустыне
    Цветы пестреются, цветут,
    Льют ароматы по долине
    И влагу рос прохладных пьют.
    Вдали там тихо и приятно
    Раскинулась березы тень,
    И светит небосклон отрадно,
    И тихо всходит божий день.
    Там вешний резвый ветерок
    Играет, плещется с водами,
    Приветно шепчется с листами
    И дарит ласками цветок.
    Смотри: на разноцветном поле
    Гостит у жизни рой детей
    В беспечной радости на воле;
    Лишь ты, мой друг, с тоской своей...
    Развеселись!.. Проснись душою
    С проснувшейся для нас весною;
    Хоть юность счастью посвятим!
    Ах! Долго ль в жизни мы гостим!..


    1830

    Утешение (Как жаль, что счастия звезда...)

    Как жаль, что счастия звезда
    На небе вашем закатилась!
    Но разве горесть навсегда
    С судьбою вашей породнилась?
    Пройдет зима - настанет май.
    Беда - глупа, взведет на счастье.
    Всяк провиденью доверяй:
    Оно нас ценит без пристрастья.
    Пусть кто доволен здесь неправо
    Или неправо кто гоним...
    Земные радости - с отравой,
    Отрава - с счастием земным.
    Все постоянно - лишь за морем,
    И потому, что нас там нет;
    А между тем кто минут горем?
    Никто... таков уж белый свет!..


    1830

    Хуторок

    За рекой, на горе,
    Лес зеленый шумит;
    Под горой, за рекой,
    Хуторочек стоит.
    
    В том лесу соловей
    Громко песни поет;
    Молодая вдова
    В хуторочке живет.
    
    В эту ночь-полуночь
    Удалой молодец
    Хотел быть, навестить
    Молодую вдову...
    
    На реке рыболов
    Поздно рыбу ловил;
    Погулять, ночевать
    В хуторочек приплыл.
    
    «Рыболов мой, душа!
    Не ночуй у меня:
    Свекор дома сидит,—
    Он не любит тебя...
    
    Не сердися, плыви
    В свой рыбачий курень;
    Завтра ж, друг мой, с тобой
    Гулять рада весь день».
    
    «Сильный ветер подул...
    А ночь будет темна!..
    Лучше здесь, на реке,
    Я просплю до утра».
    
    Опознился купец
    На дороге большой;
    Он свернул ночевать
    Ко вдове молодой.
    
    «Милый купчик-душа!
    Чем тебя мне принять...
    Не топила избы,
    Нету сена, овса.
    
    Лучше к куму в село
    Поскорее ступай;
    Только завтра, смотри,
    Погостить заезжай!»
    
    «До села далеко;
    Конь устал мой совсем;
    Есть свой корм у меня,-
    Не печалься о нем.
    
    Я вчера в городке
    Долго был — все купил;
    Вот подарок тебе,
    Что давно посулил».
    
    «Не хочу я его!..
    Боль головушку всю
    Разломила насмерть;
    Ступай к куму в село».
    
    «Эта боль — пустяки!..
    Средство есть у меня:
    Слова два — заживет
    Вся головка твоя».
    
    Засветился огонь,
    Закурилась изба;
    Для гостей дорогих
    Стол готовит вдова.
    
    За столом с рыбаком
    Уж гуляет купец...
    (А в окошко глядит
    Удалой молодец)...
    
    «Ты, рыбак, пей вино!
    Мне с сестрой наливай!
    Если мастер плясать —
    Петь мы песни давай!
    
    Я с людями люблю
    По-приятельски жить;
    Ваше дело — поймать,
    Наше дело — купить...
    
    Так со мною, прошу,
    Без чинов — по рукам;
    Одну басню твержу
    Я всем добрым людям:
    
    Горе есть — не горюй,
    Дело есть — работай;
    А под случай попал —
    На здоровье гуляй!»
    
    И пошел с рыбаком
    Купец песни играть,
    Молодую вдову
    Обнимать, целовать.
    
    Не стерпел удалой,
    Загорелась душа!
    И — как глазом моргнуть -
    Растворилась изба...
    
    И с тех пор в хуторке
    Никого не живет:
    Лишь один соловей
    Громко песню поет...


    5 сентября 1839

    Царство мысли

    Горит огнем и вечной мыслью солнце;
    Осенены все той же тайной думой,
    Блистают звезды в беспредельном небе;
    И одинокий, молчаливый месяц
    Глядит на нашу землю светлым оком.
    В тьме ночи возникает мысль созданья;
    Во свете дня она уже одета,
    И крепнет в веяньи живой прохлады,
    И спеет в неге теплоты и зноя.
    Повсюду мысль одна, одна идея,
    Она живет и в пепле и в пожаре;
    Она и там - в огне, в раскатах грома;
    В сокрытой тьме бездонной глубины;
    И там, в безмолвии лесов дремучих;
    В прозрачном и плавучем царстве вод глубоких,
    В их зеркале и в шумной битве волн;
    И в тишине безмолвного кладбища;
    На высях гор безлюдных и пустынных;
    В печальном завываньи бурь и ветра;
    В глубоком сне недвижимого камня;
    В дыхании былинки молчаливой;
    В полете к облаку орлиных крылий;
    В судьбе народов, царств, ума и чувства, всюду -
    Она одна, царица бытия!


    1837

    Цветок

    Природы милое творенье,
    Цветок, долины украшенье,
    На миг взлелеянный весной,
    Безвестен ты в степи глухой!
    
    Скажи: зачем же так алеешь,
    Росой заискрясь, пламенеешь,
    И дышишь чем-то, как живым,
    Благоуханным и святым?
    
    Ты для кого в степи широкой,
    Ты для кого от сел далеко?
    Не для крылатых ли друзей,
    Поющих в воздухе степей?
    
    Для них ли, в роскоши, семьями,
    Румяной ягодой, цветами
    И обаяньем для души
    Вы, травы, зреете в тиши?
    
    О, пой, косарь! зови певицу,
    Подругу, красную девицу,
    Пока еще, шумя косой,
    Не тронул ты травы степной!


    1836

    Человек

    Все творенья в божьем мире
    Так прекрасны, хороши!
    Но прекрасней человека
    Ничего нет на земли!
    
    То себя он ненавидит;
    То собой он дорожит;
    То полюбит, то разлюбит;
    За миг жизни век дрожит...
    
    Даст желаньям ли свободу -
    Землю кровью напоит;
    Буйной воле даст ли волю -
    Под ним море закипит.
    
    Но изменятся стремленья,
    Озарится светом ум,-
    И своей он красотою
    Все на свете помрачит...


    15 июня 1836, Воронеж

    Человеческая мудрость

             (Дума)
    
    Что ты значишь в этом мире,
    Дух премудрый человека?
    Как ты можешь кликнуть солнцу:
    «Слушай, солнце! Стань, ни с места!
    Чтоб ты в небе не ходило!
    Чтоб на землю не светило!»
    Выдь на берег, глянь на море —
    Что ты можешь сделать морю,
    Чтоб вода в нём охладела,
    Чтобы камнем затвердела?
    Чем, какою тайной силой
    Шар вселенной остановишь,
    Чтоб не шёл он, не кружился?..
    Перестрой же всю природу!
    Мир прекрасен… Ты не хочешь…
    Нет, премудрый, ты не можешь!
    Да, не можешь, раб пространства,
    Лет и времени невольник.
    Будь ты бездна сил, идей,
    Сам собой наполни небо,
    Будь ты (всё), один и всюду,
    Будь ты Бог — и слово — дело!..
    Но когда уж это (всё),
    Бесконечно и одно,
    Есть пред нами в ризе света, —
    То другой уж власти нет…
    Всё, что есть, — всё это Божье;
    И премудрость наша — Божья.


    * * *

    Что ты спишь, мужичок?
    Ведь весна на дворе;
    Ведь соседи твои
    Работают давно.
    
    Встань, проснись, подымись,
    На себя погляди:
    Что ты был? и что стал?
    И что есть у тебя?
    
    На гумне — ни снопа;
    В закромах — ни зерна;
    На дворе, по траве —
    Хоть шаром покати.
    
    Из клетей домовой
    Сор метлою посмел;
    И лошадок за долг
    По соседям развел.
    
    И под лавкой сундук
    Опрокинут лежит;
    И, погнувшись, изба,
    Как старушка, стоит.
    
    Вспомни время свое:
    Как катилось оно
    По полям и лугам
    Золотою рекой!
    
    Со двора и гумна
    По дорожке большой
    По селам, городам,
    По торговым людям!
    
    И как двери ему
    Растворяли везде,
    И в почетном угле
    Было место твое!
    
    А теперь под окном
    Ты с нуждою сидишь
    И весь день на печи
    Без просыпу лежишь.
    
    А в полях сиротой
    Хлеб нескошен стоит.
    Ветер точит зерно!
    Птица клюет его!
    
    Что ты спишь, мужичок?
    Ведь уж лето прошло,
    Ведь уж осень на двор
    Через прясло глядит.
    
    Вслед за нею зима
    В теплой шубе идет,
    Путь снежком порошит,
    Под санями хрустит.
    
    Все соседи на них
    Хлеб везут, продают,
    Собирают казну —
    Бражку ковшиком пьют.


    25 сентября 1839

    Я был у ней

    Я был у ней; она сказала:
    "Люблю тебя, мой милый друг!"
    Но эту тайну от подруг
    Хранить мне строго завещала.
    
    Я был у ней; на прелесть злата
    Клялась меня не променять;
    Ко мне лишь страстию пылать,
    Меня любить, любить, как брата.
    
    Я был у ней; я с уст прелестной
    Счастливое забвенье пил
    И все земное позабыл
    У девичьей груди прелестной.
    
    Я был у ней; я вечно буду
    С ее душой душою жить;
    Пускай она мне изменит -
    Но я изменником не буду.


    7 января 1829



    Всего стихотворений: 123



  • Количество обращений к поэту: 7609





    Последние стихотворения


    Рейтинг@Mail.ru russian-poetry.ru@yandex.ru

    Русская поэзия