Русская поэзия
Русские поэтыБиографииСтихи по темам
Случайное стихотворениеСлучайная цитата
Рейтинг русских поэтовРейтинг стихотворений
Переводы русских поэтов на другие языки

Русская поэзия >> Александр Алексеевич Богданов

Александр Алексеевич Богданов (1874-1939)


    Все стихотворения Александра Богданова на одной странице


    Босоножка

    Серебристо-гибкими ветвями
    Никли томно в омут лозняки…
    Марил зной… А на песке реки
    Босоножка с синими глазами
    Заплетала в косу васильки…
    
    Я бродил… И девочку заметил
    По дорожке милых детских ног…
    Притаилась робко, — как зверок…
    Только взгляд ее был ясно-светел,
    Голубел — как нежный василек…
    
    На шаги головку повернула…
    Вспыхнул в круглых глазках огонек…
    На загар здоровых смуглых щек
    Жарким полднем краска полыхнула…
    Ветер свеял в воду василек…
    
    Я подумал: — Бедная сиротка!..
    Места нет тебе для игр и грез…
    А она мне вслед смотрела кротко,
    И в воде круги чертили четко
    Серебрясь на солнце — ветви лоз… 


    «Пробуждение» № 22, 1912


    Бродяга

    Как безгранична даль!.. Какой кругом простор!..
    Уходят к небесам поля мои родные…
    А я?.. Затеряно потупил в землю взор,
    И так теснят меня холмы сторожевые.
    
    Скрестились впереди несчетные пути,
    Где скифы вольные в былые дни бродили.
    А я?.. Не знаю сам, — куда, — зачем идти?..
    Могилы братские мне выход заградили…
    
    Шуршат метелками колосья спелых нив,
    Серебряной волной несется звон ковыльный, —
    А мне хотелось бы, печаль страны забыв,
    Припасть лицом к земле иссушенной и пыльной..
    
    Зачем венки огней сплетает небосклон,
    И брызжут весело румянцем жарким зори, —
    Когда в немой тоске бегут на крутосклон
    С угрюмых пепелищ и нищета, и горе?
    
    Зачем в ночной тиши, пленительной и бледной.
    Когда земля струит святую благодать,
    Мне чудится вокруг все чей-то смех победный,
    Злой смех насильников, мешающий дышать?
    
    Поля мои, поля мои родные!..
    По вспаханным межам бегу, а мне вослед
    Смыкаются кольцом холмы сторожевые,
    И звезды вещие бросают жуткий свет…


    1916


    В подпольи

    Свет подпольный, потаенный и скупой, -
    День иль ночь вверху - не все ли нам равно?
    Глубоко в земле, в камнях, подвал слепой, -
    От ищеек скрыто наглухо окно...
       День иль ночь вверху - не все ли нам равно?
    
    Без разгиба мы работаем тайком,
    Строим плотными колоннами свинец.
    Наберем, сверстаем, снова разберем -
    Что ни буква, то испытанный боец...
       Близ завода мы работаем тайком...
    
    Дружно, мерно буквы строятся в полки.
    Торопися, друг, быстрее набирай!..
    К спеху надобны рабочие листки...
    Только раз в году бывает месяц май...
       Эй ты, армия свинца, не уставай!
    
    Сколько смелых, огневых, разящих слов,
    Сколько дум таит убористый петит...
    Мы зальем завод потоками листков...
    В каждой букве, в каждой строчке - динамит!..
       Больше, больше огневых разящих слов!..
    
    Свет подпольный, ров подземный прячут вас...
    Не нагрянули б в подполье невзначай...
    Торопись же, не смыкай в работе глаз...
    Только раз в году бывает Первый май...
       Эй ты, армия свинца, не уставай!


    1905


    В пути

    Кандальный мерный звон… Поземкой вьется пыль,
    Нам заметая след…
    Бегут, гудят столбы… Шуршат степной ковыль…
    — Возврата нет, возврата нет…
    
    На взгорьях курослеп завядший и сухой
    Роняет желтый цвет…
    Стрельнул испуганно тушканчик над межой…
    — Возврата нет, возврата нет…
    
    Далеко в зелени наш тонет хуторок…
    А ты… ты смотришь вслед…
    Прощальный вздох нам шлешь… Не плачь!.. Наш путь далек…
    — Возврата нет, возврата нет!..


    «Вестник Европы» № 7, 1911


    Возвращение

    От ратника — привет стране бездолья…
    От пахаря — поклон родным полям…
    Оснежены за хатами подолья,
    И даль светла — как древний чистый храм.
    
    На изгорбях бугров — косые тени —
    Поземкой заметен недавний след…
    Дымком жилья чуть пахнет из селений,
    И рдеет в окнах тихий, зыбкий свет…
    
    К пришельцу-другу пес приник с ворчаньем.
    И мордой тычет в грудь, и обдает теплом…
    А над обоими молитвенно,— с мерцаньем —
    Ночь сеет сны опаловым крылом…
    
    Пал на холодный снег костыль точеный…
    Заиндевевший стык посеребрен…
    Да будет свят твой путь, пришелец обреченный!..
    От Божьих нив и сел — земной тебе поклон!


    1915


    Два стана

    Вам - "чары навии", рукоплесканья,
    Пиры безумные, цветы ажурные...
    Нам - жизнь в безвестности, снега изгнанья.
    Могилы братские, скитанья бурные...
       Вам - звоны сладостных цевниц,
       Нам - цепи ржавые темниц...
    
    Вам - чаши хмельные, вам - ложа смятые.
    Вам - шорох шелковый, соблазны модные...
    Нам - нивы дольные, хлеба несжатые.
    Станки сверлящие, ремни приводные...
       Вам - блуд и трепет голых плеч,
       Нам - молот, плуг, зубило, меч...
    
    Вам - мерзость пошлости, вам - пресыщение,
    Страх одиночества, жуть умирания...
    Нам - радость творчества, нам - вдохновение.
    Огни вселенские, мятеж восстания...
       Вам - осуждение в веках...
       Нам - память братская в сердцах...


    1911


    Две зари

    Север пустынный, загадочный, хмурый и белый,
    Родина мертвенных снов.
    Давит унылым безлюдьем простор онемелый,
    Ширь необъятных снегов.
    
    Вымерший чум остяков золотится закатом.
    Пади синеют вдали.
    Рдеют лучи на песчанике буром, горбатом —
    Талой земли…
    
    Север загадочный! Зори, родящие смену!
    Беглых огней череда!..
    В недрах холодных пустынь ты таишь перемену, —
    Или застыл навсегда?
    
    Словно в ответ гаснет отблеск заката багровый…
    В падях ломается тень…
    С треском вдруг ухнули льды. Пробивается новый
    Благостный день.


    «Русское богатство» № 2, 1912


    Интернационал

    Пьют кровь из нищеты налоги,
    Законы душат. Власть - разбой.
    Насилью строятся чертоги,
    А право бедных - звук пустой...
    Но гнет не будет длиться долго, -
    Мы равенства даем устав:
    Нет прав без трудового долга,
    Равно и долга нет без прав.
    
    Презренны в самовосхваленьи
    Владыки бирж и рудников.
    Всем тунеядцам - осужденье,
    Всем псам, терзавшим бедняков!
    В подвалах разжиревшей своры
    Скопилось все, что создал труд.
    Мы требуем: пусть эти воры
    Добро народное вернут!
    
    Цари нас порохом кормили...
    Мир - хижинам, война - дворцам!
    Мы славим труд. Долой насилье!
    Солдаты! с фронта - по станкам!
    Но, если банда каннибалов
    Войну корыстную зажжет,
    Мы против белых генералов
    Направим их же пулемет.


    1917


    Над нивами

    Хлестали ветры… Студили вьюги.
    В солончаки вонзались плуги…
    Века тяжелой и горькой доли
    Легли в бурьянах бороздой,
    И далеко чернеет в поле
    Кусты и люди над межой…
    
    Печально-бледен лик мертвый неба
    Ломает суслик метелки хлеба…
    Но тощи всходы… Земля бедна…
    В дали сожженной, необъятной
    Тоскливо гаснет вздох невнятный:
    В колосьях ломких нет зерна…
    
    Но минут дни… Завьюжит снова…
    Захлещет ветер в полях сурово,
    Пахнет голодной смертью даль,
    И в снежно-рыхлые сугробы
    Опустят тихо тихо гробы,
    Схоронят кроткую печаль… 


    «Пробуждение» № 15, 1912


    * * *

    Не верь дням тишины, раздумья и покоя,
    Бесцветным, тягостным и горьким, как обман…
    Пока сочится кровь из неостывших ран,
           Нет, не умрет былое,
    Все будет вдаль манить сквозь мертвенный туман…
    
    В молчаньи сдержанном бездомной нищеты,
    В железном скрежете бессонного завода,
    В толпе, таящей боль и прошлые мечты,
           Брат, уловил ли ты,
    Как зреют гнев и мощь плененного народа?..
    
    С пожарищ бедственных, — с покинутых полос,
    С погостов, где врагом посеяны проклятья,
    С небес, обвеянных печалью братских слез,
           Вы слышите ли, братья,
    Дыханье близкое готовящихся гроз?
    
    Не верь дням тишины, раздумья и покоя,
    Они обманчивы, как предрассветный сон…
    Под пеплом жертвенным не умерло былое:
           Народ не поражен,
    Заветы прошлого хранит в темницах он…


    1910


    Песня о красном знамени

    Девушки-работницы, ткальщицы узоров,
         Юные, прекрасные...
    Из шелков багряных,
         Из полотен рдяных
    Сшейте знамя тонкое, сшейте знамя красное!
    
    Не слезой бездольною, не рабы безвластные -
         Смелые и вольные,
    Светлым чистым бисером
         Уберем то знамя -
    Знамя всенародное, знамя правды красное!..
    
    Честь отдай, товарищ, как борцу и брату -
         Верному солдату!..
    Крепкими руками
         Поднимайте знамя,
    Знамя всепобедное, знамя братства красное!..
    
    Пойте славу знамени! Выше взвейся, красное!..
    Пусть тебя осветит утро мая ясное!..
         Ветер заколышет,
         Розами запышет!..
    Здравствуй, утро ясное!.. Здравствуй, знамя красное!..


    1907-1917


    Песня пролетариев

    Кто добыл во тьме рудников миллионы?
    Кто сталь для солдатских штыков отточил?
    Воздвиг из гранита и мрамора троны,
    В ненастье и холод за плугом ходил?
    Кто дал богачам и вино и пшеницу
    И горько томится в нужде безысходной?
       Не ты ль, пролетарий, рабочий голодный?
    Кто с ранней зари и до поздней полночи
    Стонал, надрывался под грохот машин,
    Тяжелым трудом ослеплял себе очи,
    Чтоб в роскоши жил фабрикант-господин?
    Кто мощно вертит колесо мировое
    И гибнет бесправным, как червь непригодный?
       Не ты ль, пролетарий, рабочий голодный?
    Кто гнету насилья века обрекался,
    В оковах неволи боролся и жил,
    Под знаменем красным геройски сражался
    И кровь неповинную жертвенно лил?
    О вестник победы!.. Титан непреклонный!
    Ты молнии бросил из сумрака ночи...
       Вперед - на борьбу, пролетарий, рабочий!..
    Пусть пламя борьбы разрастется пожаром
    И бурей пройдет среди братьев всех стран!..
    Твердыни насилья мы рушим недаром...
    Могуч и един наш воинственный стан...
    Победно мы строим мир новый, свободный...
    Пусть враг нас встречает предательством черным!
       Победа близка, пролетарий голодный!..


    1900


    По бездорожьям

    По бездорожьям нетопырь проклятый
    Кружится оборотнем в жуткой тишине.
    Ужасная сова ворожит перед хатой,
    И волчьих глаз огни маячат на гумне.
    
    По бездорожьям черною печалью
    Проходят Немочь, Голод и Страда.
    Как привидения — встают за мертвой далью,
    Вонзаясь в грудь небес, стальные города.
    
    По бездорожьям вихри и туманы,
    Бугры снегов, обвалы и кресты.
    Сплелися в загород колючие бурьяны…
    Куда свой путь направишь, странник, ты?


    «Русское богатство» № 2, 1912


    Погибшим товарищам

    (На мотив "Вы жертвою пали...")
    
    Сомкнемся теснее рядами колонн:
    Пусть видят цари нашу силу,
    И шелестом красных склоненных знамен
    Овеем святую могилу.
    
    И пусть этот день занесут навсегда
    На мрамор скрижалей народных -
    Как братскую тризну Борьбы и Труда,
    Как смотр ополчений свободных.
    
    Пусть солнце, и небо, и камни кругом
    Внимают торжественной песне:
    "Наш громкий призыв: победим иль умрем,
    И ты, о Россия, воскресни!"
    
    Под музыку гимнов клянемся все мы,
    Венки опуская на гробы,
    Что рухнет владычество гнета и тьмы,
    Насилий, предательства, злобы.
    
    И с каждою брошенной горстью земли
    Клянемся все клятвой священной,
    Что будем бороться, все те, кто пришли,
    За благо, за братство вселенной.
    
    Пусть выстрелы пушек призывно звенят,
    И гром их пусть слышат народы,
    Здесь каждый рабочий, здесь каждый солдат -
    Лишь ратник всемирной свободы.
    
    Клянемся, клянемся у трупов бойцов,
    Что сменой пришли им другие...
    В окопах, в огне, у точильных станков
    Куется свобода России.
    
    Сомкнемся теснее рядами колонн;
    Пусть видят цари нашу силу,
    И шелестом красных склоненных знамен
    Овеем святую могилу.


    1917


    Поезд

    Два слитно-беглых обменных взгляда…
    Отрада — встреч… Печаль — утрат…
    Скитальцы-люди!.. Чего им надо?..,
    О чем тоскуют?.. Куда-летят?..
    
    Неумолимый, — гигант железный, —
    Ты чье-то сердце разбил звонком…
    Вернися!.. Замер крик бесполезный…
    Вблизи — чужие… Молчат кругом…
    
    Гигант — далеко… Бродяжит в поле…
    Клубит поземки… Людей влечет
    Быть может — к рабству, быть может — к воле…
    О, только б дальше!.. Вперед, — вперед!..
    
    Вперед, — вперед!.. Ударом стали
    Спугнуть молчанье, тоску и сон…
    Прорезать бездны… Измерить дали…
    Рассыпать в беге и дым, и звон…
    
    Два красных глаза во мраке рыщут,
    Впилися жадно в степной простор…
    Кого-то дразнят… Чего-то ищут…
    Кого-то гонят из черных нор…
    
    Змеится путь стальным извивом…
    Зигзагом молний глаза скользят
    По хмурым долам, по тощим нивам,
    По тихим селам, по кровлям хат…
    
    Там — память детства… Там — завтра — солнце,
    Как встарь — согреет знакомый луг…
    Поднялся путник… Глядит в оконце…
    — Не прозвенит ли коса иль плуг?..
    
    — Нет!.. Поздно… Тихо… Лишь сердца стуки
    Звучат слышнее, чем стук колес…
    Закрой оконце!.. В тоске разлуки
    Не плачь о нивах!.. Не надо слез!..
    
    Оставь в покое отцов могилы,
    Где ржа и тленье кривят кресты,
    Где жухнут всходы, где вянут силы,
    Где задыхался во тьме и ты…
    
    Забудь былое!.. Закрой оконце!..
    К отцовским вехам возврата нет…
    В чужом краю — ты встретишь солнце,
    Поймешь… и скажешь: «Возврата нет…»


    1909


    Сонет

    В моем саду стал вянуть куст сирени...
    За мертвым лепестком слетает лепесток,
    И в дымке траурной ложатся тихо тени
    На яркий бархат клумб, на гравий и песок...
    
    Кругом так много солнца, аромата...
    Звенит в лазорях хмель весенний, молодой...
    Но больно мне... Как будто злой рукой
    Все лучшее в душе осквернено и смято...
    
    И в бледных просветах поникнувших ветвей,
    Мне чудится, дыханье смерти веет...
    Так опустел мой сад... Так сердце сиротеет...
    
    Стою раздумчиво в тени пустых аллей...
    Курят цветы истомный, скорбный ладан...
    И в тайнах бытия смысл жизни не разгадан.


    1916


    Чернички

    В полях, — за гумнами пустыми,
    Где жухнут тощие хлеба,
    И привиденьями больными
    Чернеют риги, как гроба,
    Где небо пышет мглой и зноем,
    И даль томит немым покоем.
    
    Меж ветл столетних, близ дороги
    Бьет живоносный ключ. Над ним
    День всходит маревом слепым,
    А ночь плывет, — полна тревоги.
    Весной здесь ветхий сруб оправлен,
    И крест березовый поставлен…
    
    Извечной скорбью деревень
    Вздыхает степь… Порхают птички…
    Порой безвестные чернички
    Сойдутся полдничать под тень.
    С котомками, в лаптях, в оборах…
    Недуг в лице, печаль во взорах…
    
    Из-под платков тугие косы
    На плечи свисли тяжело…
    Поют кондак восьмиголосый.
    Простая песнь летит в село…
    Никто не слышит… Тихим сном
    Поникло. Пусто; степь кругом…
    
    И гаснет безответно крик
    Девичьей сиротливой доли, —
    Печальной, как глухое поле,
    И чистой, как живой родник…
    Девичья доля каждый год
    Черничкой к родникам идет…
    
    Едва рассыплет хмель весна,
    Душа пьянеет в грезах жгучих,
    И по дорогам шлет страна
    Недужных, порченых, падучих…
    Голубит землю первоцвет,
    Томит весенний смутный бред…
    
    Быть может, у святой гробницы
    Душа найдет исход тоске…
    Суровый инок в клобуке
    Поднимет смольные ресницы,
    И усладится в кельях строгих
    Любовью грешной жизнь убогих…
    
    Меж ветл поникших и седых
    Бежит родник. Порхают птички.
    Пропев кондак, ушли чернички…
    Никто в степи не слышал их.
    Безмолвна даль… А над межой
    Тяжелой хмарой виснет зной.


    «Русское богатство» № 2, 1912


    Школьные силуэты

    Дремотно сполз в лощину перелесок.
    Потушены огни… Одна горит свеча,
    Качает желтый диск на вязи занавесок.
    Мерцает высь небес, — как шитая парча.
    А над землей, над гумнами пустыми
    Плывет и липнет ночь кошмарами больными.
    
    Застыл в окне недвижный силуэт…
    Тоскует ли о чем?.. Иль грезит одиноко?
    В молчании снегов ответа сердцу нет.
    В безлюдии и тьме свеча видна далеко.
    Стожары ввысь уйдут… Но не погаснет свет…
    
    Во тьме родных полей свеча горит, как око…


    «Русское богатство» № 2, 1912


    * * *

    Эту песню не сам я собою сложил,
    И не деды ее мне пропели.
    Нет, ту песню принес ко мне ветер с могил,
    Где останки товарищей тлели.
    Тише, вслушайтесь в звуки фабричных свистков,
    Лязг цепей, крик безвольных, бесправных рабов,
    Плач детей беспризорных, голодных,
    Стон и скрежет проклятий народных...
    Через Польшу, Финляндию, дальний Кавказ,
    Вплоть до тундры, где день безнадежно погас,
    Стон за стоном несется, как в буре морской
    За волною волна, за прибоем прибой...
    Стон за стоном... На шахтах, полях, рудниках,
    У плавильных печей, за станками,
    Надрываясь в тяжелых, бессменных трудах,
    То рабочие идут рядами...
    И пред нами, вперед, кандалами звеня,
    В путь суровый Сибири холодной
    В ожидании близкого лучшего дня
    Идут вестники жизни свободной.


    1902




    Всего стихотворений: 19



    Количество обращений к поэту: 5112





    Последние стихотворения


    Рейтинг@Mail.ru russian-poetry.ru@yandex.ru

    Русская поэзия