Русская поэзия
Русские поэтыБиографииСтихи по темам
Случайное стихотворениеСлучайная цитата
Рейтинг русских поэтовРейтинг стихотворений

Русская поэзия >> Вера Евгеньевна Аренс

Вера Евгеньевна Аренс (1883-1962)




Все стихотворения на одной странице


Без меня…

Без меня растают льдины
     На озере,
Без меня расцветет в парке
     Черемуха,
Без меня прорвется лазурь
     Сквозь облако,
Забелеют звезды ветрениц
     Под деревьями,
Без меня повеет весною
     На родине,
Без меня прорастут дремавшие
     Травы
И набухшие сочные распустятся
     Почки.
Я уж год ушла из дому
     В утро осеннее.
Без меня защебечут
     Пташки малые,
Закадят в знойном воздухе
     Липы медвяные
И стрекозы с прозрачными крыльями
     Синими
Станут виться над омутом
     Тенистым.
Без меня откроются двери
     Балконные
В красном доме высоком
     И зубчатом,
Наводнит его солнце слепящее
     Щедрое,
Но за веткой сирени
     Протянется
Уж чужая рука, а не
     Матушки.


«Летопись» № 6, 1916 г.

Весна на озере Гардо

Клейкие весною ранние листочки.
Неба в белых тучах ярка синева,
Крокусы, фиалки — первые цветочки,
Тонки виноградных листьев кружева.

Ветер мягкий, теплый, легкокрылый, нежный,
И душистый иней персиков в цвету.
Звоны с колоколен. Блеск вершины снежной,
И размахи крыльев чайки налету.

Широко раскинув жадные объятья,
Ждет посевов новых влажная земля.
Молча на дорогах высятся распятья,
Всюду розовеют шапки миндаля.


1914

Жениху

Нет, милый, алых лент мне в косу не дари.
Теперь не до того и ленты цвета крови…
Мне сердце ранит боль, что там богатыри
Легли в бою костьми и бой начнется новый.

Нет, роз не надо мне и не целуй в уста,
Скажи, не слышишь разве горечь поцелуя
И можешь ли ты счастлив быть, когда
Кругом все не живут, а пламенно тоскуют?

Вот, прилетит потом крылатой птицей весть,
Что враг лихой разбит, и славную победу
Нам возвестит герольд и ранит немцев спесь,
В тот день прижмешь к груди меня, свою Рогнеду.


«Пробуждение» № 24, 1914

Зеркало

Я погружаюсь в море лени,
Я влюблена в свои черты,
В свои улыбки и движенья,
О радость бренной красоты!

Купаюсь в зеркале овальном,
Где рай амуров цепью свит,
Где бабушки в роброне бальном
Сверяли лести волокит.

Вновь я прильнула к старой раме,
И сердце счастьем расцвело,
Когда влюбленными глазами
Взглянула в чистое стекло.


«Вершины» № 14, 1915 г.

Июль

Все насыщено зноем и запахом липы.
Убран в пышные травы душистый июль
На столе — запыленные книжные кипы,
На окне — чуть колышется облачный тюль.

За окном золотистые видны дорожки,
Группы сочных пионов и палевых роз.
Я лениво стихов вытираю обложки
И вдыхаю привычный, пьянящий наркоз.

И душа наполняется жуткой отравой:
Мне не нужно пионов пурпурных, ни лип,
Я хочу только пряной питаться приправой,
Слушать шелест страниц и писания скрип.


1913

Метель

Белыми змейками вьется метель,
Белые кони кружат карусель,
Струйками снежными колет лицо.
Милая, помню, дала мне кольцо.

С прялкой злая старуха-зима, —
К белому савану будет кайма,
Снег засыпает и холод в груди.
Милая, помню, сказала: приди.

Яростно пряжей бросает в меня,
Ясного солнца не видно два дня,
Ветер поет надо мною хорал.
Милая, знаешь, твой перстень пропал.


«Новый журнал для всех» № 12, 1915

На перроне

Освещенный вокзал. Уходящий экспресс.
Туалеты изнеженных дам.
Все слабее свистки. Поезд ринулся в лес
И клубится дымок по полям.

Голубеет и вьется под небом дымок.
Рассыпаются искры дождем.
А колеса стучат, то матчиш, то кекуок.
Одинаково ночью и днем.

Я всегда прихожу посмотреть на отлет
Уходящего поезда вдаль,
И плачу каждый раз за свой нищенский вход
На пиры богачей — мне не жаль.

Я вдыхаю пары, словно это гашиш,
Иль туманы индийских болот,
И смотрю на стеклянные выступы крыш,
Забывая про путы забот.

А внизу вьются рельсы, скользя и маня
К чудесам очарованных стран,
Но я знаю, что поезд уйдет без меня,
Всколыхнув эластичный диван.

Я могу только пять или десять минут
Каждый вечер смотреть на экспресс,
На тех дам, что в брильянтах на поезд идут.
На флиртующих с ними повес.


«Вершины» № 24, 1915 г.

Осень в городе

Мокрые флаги хлопают по ветру
Совсем отсырели панели,
На мне промокли серые гетры,
Устало иду еле-еле.
Шмыгают трамваи, теснятся в них люди.
Висят, как пчелиные грозди…
Мечтаю о солнце, как будто о чуде,
Но лето прошло… Не поздно ль?
Может быть дома погреться у камина?
Но увы! Камины в романах.
И негде лечится от холода и сплина
И северного тумана.


«Летопись» № 1, 1917

Пейзаж

Как на картине Рюисдаля
Чернеют старые дубы,
Над ними небо цвета стали
Чуть голубеющей воды.

Чем дальше вглубь, мокрее травы
И пахнет запахом болот,
А лес угрюмый, величавый
И птиц, и гадов стережет.

Из лесу змейкою дорога
Стремится, будто в облака,
И ели пасмурные строги
Средь молодого дубняка.


«Новый журнал для всех». № 11, Ноябрь 1915

Полдень

Знойный полдень. Дремлет море.
Дремлет парк. Затих цветник.
Слабо листья встрепенулись.
Мотылек к цветку приник.
Солнце пышет знойной страстью —
Нас дурманит, как вино,
Страшной, темной, злою властью
И твердит всегда одно:
«Посмотри, я золотое,
Посмотри, я высоко,
Но люблю я все земное
Страстно, жгуче и легко.
Все цветы я лаской грею,
Обнимаю все моря…
Захочу, и все посмею,
Все сожгу, сожгу, горя».
Жаркий полдень. Дремлет море.
Дремлет парк. Затих цветник.
Ненасытными устами
Я к губам ее приник.


1914

Прогулка

Расстилаются низко кустарники,
Липки розовой смолки стебли,
И цветы ярко-желтые арники
Распустились у самой земли.

Облака островками разбросаны
На небесном воздушном пути.
И холмы, зеленея откосами,
Так и тянут в ложбину уйти.

Вьется тихо тропинка зеленая,
Как распутанный шелка клубок.
Вот сверкнула река обнаженная,
Золотистый лаская песок.

Но забытого города пыльного
На мгновение встанет мираж,
Чтобы вспомнилось, как я, бессильная,
Поднималась на пятый этаж. 


* * *

Я — тетива натянутого лука,
Но почему же не летит стрела?
Гнетет меня подавленность и скука
И славы я не поражу орла.

Я — крыльев ширь, раскинутых напрасно,
Не полечу, как пламенный Икар.
Увы! На перьях воск, падение ужасно,
Безжалостен палящий солнца жар.

Я — нераскрывшийся цветок лилеи,
Завядший раньше, чем расцвесть успел,
И лепестки лежат в песке аллеи,
Но кто оплачет грустный мой удел?

Огонь в душе, а взор угрюмый, вялый,
Мечты томят, и нет исхода им.
На урне мраморной печать — мой рот усталый,
И камень стережет печальный херувим.

Я — все томлюсь, горю и не сгораю,
Как куст в огне, что видел Моисей,
И степь в душе от края и до края,
Но для чего, когда я пленник в ней?

Я — лишь порыв застывшего движенья,
Натянутого лука тетива,
В душе сокровища. Но где же достиженья?
Печатью крепкою задержаны слова.


«Летопись» № 6, 1916



Всего стихотворений: 12



Количество обращений к поэту: 4263





Последние стихотворения


Рейтинг@Mail.ru russian-poetry.ru@yandex.ru

Русская поэзия