Русская поэзия
Русские поэтыБиографииСтихи по темам
Случайное стихотворениеСлучайная цитата
Рейтинг русских поэтовРейтинг стихотворений

Русская поэзия >> Александр Васильевич Круглов

Александр Васильевич Круглов (1853-1915)


  • Биография

    Все стихотворения на одной странице


    А из рощи, рощи темной

    Солнце за лес закатилось,
       Свежестью пахнуло;
    В камышах, под лаской неба,
       Озеро уснуло.
    
    А из рощи, рощи темной
       Песнь любви несется
    И с какой-то болью тайной
       В сердце отдается.
    
    Будит эта песнь невольно
       Светлое былое,
    Молодым, горячим сердцем
       Страстно прожитое.
    
    Те же ночи... та же песня...
       Тот же месяц светит...
    Да по-старому на песню
       Сердце не ответит.
    
    Не течет река обратно,
       Что прошло - не будет;
    Только сердце дней минувших
       Вечно не забудет.
    
    А из рощи, рощи темной
       Песнь любви несется,
    И с какой-то болью тайной
       В сердце отдается!


    1873

    В бабки

    На лужайке, близ дороги -
       Множество ребят...
    Бабки стройно, словно войско,
       Выставлены в ряд.
    
    Шум, волненье, спор и крики -
       Лучше не шути!
    "Павел, Прохор! Что же, ставьте!
       Эй, Фома, кати!"
    
    Все за дело: смотрят зорко,
       Чтоб никто не мог
    Сплутовать... и слышно только:
       "Ника, плоска, жог!"
    
    "Эх, Павлуньке вечно счастье:
       Снова первый он,
    И какой богатый, длинный
       Нынче, братцы, кон!"
    
    Павел, точно подражая
       Ловкому стрелку,
    Глаз прищурил, долго целил -
       И метнул битку.
    
    Десять маленьких сердчишек
       Замерло зараз,
    И впилися в кон богатый
       Двадцать зорких глаз.
    
    Миг один - и вдруг сменили
       Крики тишину:
    "Вот-те на!" - "И бей, что хочешь!"
       - "Чисто на кону!"
    
    Павел весело смеется,
       Поверяет кон,
    Бабки в ситцевый мешочек
       Собирает он.
    
    Чрез минуту бабки снова
       Выставлены в ряд...
    И глядит с тоской глубокой
       На игру ребят
    
    Из окна большого дома
       Маленький барчук, -
    Он с охотою пошел бы
       Поиграть на луг:
    
    Как там весело и славно,
       Воля и простор!
    Но бедняжке Карл Иваныч,
       Старый гувернер,
    
    С ребятишками босыми
       Знаться не велит...
    И барчук с тоской глубокой
       Из окна глядит.


    1876

    В борьбе

    Лесная глушь... Береза да осина...
    Да тощие желтеются хлеба...
    И будит мысль печальная картина:
    Здесь жизнь - не пир, а мука и борьба.
    
    И в эту глушь, с тоскою мне знакомой,
    Пришла она - красива, молода, -
    Чтоб здесь в дыму, под жалкою соломой
    Похоронить цветущие года.
    
    Она пришла, исполненная веры,
    Что труд ее спасенье принесет
    И что бедняк, страдающий без меры,
    Простых речей значение поймет.
    
    По временам далекой жизни звуки,
    Маня собой, доносятся сюда...
    И вижу я, как много жгучей муки
    Ей затаить приходится тогда!
    
    И за нее становится мне больно...
    Хочу сказать: "Мужайся, победи!"
    Но я боюсь обмолвиться невольно
    И крикнуть ей: "Скорее уходи!"


    <1884>

    В кабаке

                             1
    
            Кругом темно. Давно уснуло
            Большое шумное село;
            И лишь кабак - притон разгула -
            Еще не спит, и в нем светло.
            И крик, и спор, и песня чья-то -
            Слилося всё в нестройный гул;
            Забыты здесь семья и хата
            Под этот бешеный разгул.
            Здесь рвань, дрожащая в морозы,
            Дитя любимое невзгод,
            Про радость светлую, сквозь слезы,
            Разбитым голосом поет.
            И часто в песне дикой, пьяной
            Слышна тяжелая печаль...
            О, темный люд - босой и рваный,
            Как глубоко тебя мне жаль!
    
                             2
    
    В углу, на грязный стол склонившись головою,
    Ни с кем не говоря, он здесь давно сидит;
    Глаза воспалены, и думой роковою
         Взор помутившийся горит.
    Какая нищета! В лохмотьях вся одежда,
    В мороз - полубосой, вином согрета кровь...
    Здесь в сердце навсегда погребена надежда,
    И не воскреснут в нем ни вера, ни любовь.
    Конец - недалеко... Чем завершится драма:
    С ножом ли схваченный он попадет в острог,
    Замерзнет ли и даст приют последний яма
    Бродяге жалкому? - то знает только бог!
    Но брат осмеянный, отверженный невольно
    В воспоминании воскреснет предо мной,
    И сделается мне опять тоскливо, больно,
        Как будто я всему виной.


    <1884>

    В непогодный вечер

    В уютной комнатке, при свете двух свечей,
    Мы собрались в кружок, чтоб отдохнуть за чтеньем.
    Мы слушаем рассказ из жизни тех людей,
    Которые давно под бременем скорбей,
    Под тяжестью нужды сроднилися с мученьем.
    Мы отдыхаем здесь. А в этот самый час
    На улице бедняк, быть может, коченеет;
    Доходит свет к нему из комнаты от нас,
    Он смотрит с завистью, но к нам войти не смеет!
    В подвальных этажах, во мраке чердаков,
    Где жизнь является медлительною казнью,
    Как много в этот миг несчастных бедняков
    Внимает вьюге злой с тревогой и боязнью.
    У нас - тепло и свет; там - холод, полутьма;
    Мы - сыты, веселы; те - голодны, угрюмы;
    Хотим мы знания, как пищи для ума;
    О хлебе и тепле их помыслы и думы.
    Что мы счастливей их, мы невиновны в том;
    Но если наша жизнь полна тепла и света,
    Поделимся мы с тем и светом и теплом,
    Кто дрогнет в холоде без братского привета!


    1883

    Жизненная правда

    Блестит огнями зал. Ни одного билета
    Нельзя уже достать... Давно их в кассе нет.
    Творенье новое любимого поэта
    Послушать съехался сюда высокий свет.
    Волненье сильное заметно в лицах многих,
    Все напряженно ждут маститого певца,
    Певца людских скорбей, забитых и убогих,
    И друга верного бесстрашного бойца.
    И вот, явился он. Восторженным приветом
    Встречает публика любимца своего.
    Все поднялися с мест в почтеньи пред поэтом,
    И голос задрожал невольно у него,
    Когда он стал читать... Он говорил о бедных,
    Надломленных в борьбе, истерзанных тоской,
    О детях брошенных, о детях слабых, бледных,
    Дрожащих на дворе с протянутой рукой.
    Он говорил о них, замученных трудами,
    Покорных жителях угрюмых деревень,
    О всех ослабнувших под тяжкими крестами,
    Кому одну печаль несет грядущий день.
    Он говорил о них, к любви святой взывая,
    И чуть не плакал сам... Затих обширный зал,
    Речам возвышенным сочувственно внимая.
    Когда ж поэт замолк - весь зал рукоплескал.
    Восторгам не было, казалося, предела,
    И слезы капали из глаз прелестных дам, -
    И каждая из них от всей души хотела
    Идти и пособить несчастным беднякам!
    И все поехали, исполнены стремлений
    Высоких и благих... поехали куда?
    Да кто домой - соснуть, кто "в царство наслаждений",
    В объятьях "чудных дев" забыться от труда!
    И дамы милые, так плакавшие много
    О том, кто наг и бос, несчастен и убог,
    Спокойно завтра же, взглянув с презреньем, строго,
    Тебя, дитя нужды, прогонят за порог.
    А он, певец скорбей, закрывшись теплой шубой,
    Помчался в пышный клуб на рысаках скорей;
    Явись к нему бедняк оборванный - и грубо
    Прогонит голыша отъевшийся лакей!


    <1883>

    * * *

    Какой прелестный день: октябрь - а словно лето!
    С любовью солнышко на землю шлет лучи,
    Они по-прежнему так страстно горячи,
    В них столько нежного, бодрящего привета!
    Но листья желтые - деревьев седина -
    Усыпали в саду широкие аллеи...
    Где песни громкие? Где летние затеи?
    Прелестный, чудный день, но эта мысль одна,
    Что вьюжная зима нежданно постучится
    Рукой назойливой, быть может, завтра в дверь, -
    Туманит светлый день, и в сердце скорбь теснится,
    А ум твердит одно: обман! не верь, не верь!
    Я чувствую, что жар опять меня объемлет,
    Что сердце хочет их - забытых юных снов,
    И бьется трепетно и чутко, жадно внемлет
    Речам волнующим и звуку нежных слов.
    И думается мне: моя весна вернулась -
    И песни, и цветы, и ясны небеса...
    Как прежде, сердце вновь от ласки встрепенулось,
    Но мысль, что серебром покрылись волоса,
    Что старость, может быть, костлявою рукою
    Нежданно постучит с назойливостью в дверь, -
    Туманит день души, и ум твердит с тоскою:
    Весне возврата нет... обман! не верь, не верь!


    3 октября 1889

    Космополиту

    Быть может, ты и прав, с тобою я не спорю,
    Но истина твоя чужда душе моей:
    Сочувствовать могу я и чужому горю,
    Но горе родины мне все-таки больней.
    
    Иду ли пыльною проселочной дорогой,
    Вхожу ли в темный лес, чтоб там укрыться в тень,
    Встречаю ль на пути, в сторонке, храм убогий -
    Отраду чистую безмолвных деревень;
    
    Гляжу ли на поля, желтеющие рожью,
    На бесконечный луг, одевшийся в цветы, -
    На них, молясь в тиши, зову я благость божью,
    О них в моей душе тоскливые мечты.
    
    Мне трудно объяснить, я сердцем понимаю.
    Печаль - везде печаль, и я о всех скорблю,
    Но о родной земле я иначе страдаю,
    Ее я иначе люблю!


    1882

    Мечтателю

    Оставим этот спор! Пускай твои мечты,
    Как истина сама, - глубоко справедливы;
    Но в увлечении позабываешь ты:
    Слова еще не жизнь, как ни были б красивы.
    
    Ты всё готов разбить бестрепетной рукой,
    Что кажется тебе и старо, и ничтожно,
    Но те, кого вести ты хочешь за собой,
    И мыслят медленно, и ходят осторожно.
    
    Ты веру детскую - нелепостью зовешь,
    Ты хочешь всё умом и взвесить и проверить,
    Но те, кому свои заботы отдаешь, -
    Находят счастие по-детски сердцем верить.
    
    Я не хочу тебя, не стану обвинять,
    Я не скажу, что ты и все вы лицемеры...
    О, нет! Но те, - кого хотите вы спасать,
    Вас не поймут, и вам их также не понять:
    Вы - разных полюсов, вы люди разной веры!


    1881

    Мои мотивы

    Не мотивами жизни столичной
    Вдохновенье свое я питал,
    Где всё пошлое с виду прилично,
    Исказился где сам идеал.
    Не вином распаленные взоры
    Стыд продавших, намазанных фей,
    Не бесстыдные все разговоры
    Ум и деньги пропивших хлыщей,
    И не те, что к наживе так падки,
    Не разъевшийся жирный купец,
    Не герой беззастенчивой взятки,
    Дочь за деньги продавший купец -
    Нет! Не это меня восхищало,
    И не это давало покой,
    Это только меня возмущало, -
    Жил мечтою совсем я другой:
    Образ девушки, милый и чистый,
    Задушевная нота речей,
    Взор приветливый, ясный, лучистый
    Ее карих, открытых очей.
    Ее вера в грядущее счастье,
    Ее светлые грезы, мечта,
    Неподдельность живого участья,
    Дорогая в наш век прямота.
    Или: вечер в лугах ароматный
    У заснувшей родимой реки,
    Вид окрестных лугов необъятный,
    По реке рыбаков огоньки,
    Звон к молитве, идущий волною
    По деревням и селам окрест,
    Колокольни, облитой луною,
    Из-за леса сверкающий крест
    Иль руины величья былого,
    Эти парки столичных аллей,
    И крестьянина песня простого
    Над ковром зеленевших полей,
    Иль трудом закаленные лица,
    Ребятишки с грибами, мужик,
    За сохою идущий, иль жница,
    Или лапти плетущий старик -
    Вот что душу во мне воспитало
    И в уста кто мне песню вложил,
    Что минуты отрады давало,
    Что стихом благодарным дарил.
    А не вы мне давали молитвы,
    Цель которых - нажива, обман...
    Средь родной хоть вы выросли нивы,
    Но вы сорный, ненужный бурьян!
    Впрочем, вы разражались бы смехом
    При удачах в деяньях своих,
    Отвечал вам насмешливым эхом
    Энергично не только мой стих!


    <1883>

    На посту

    Я на посту - как часовой:
    И в летний зной, и в зимний холод,
    Томит ли жажда или голод,
    Грозит ли враг во тьме ночной -
    Стою бестрепетный и бдящий,
    И только смерть, как разводящий,
    Меня отпустит на покой.


    1910

    На родине

    И вот опять передо мной
    Места знакомые мелькнули;
    А сосны старые смолой
    Ароматически пахнули.
    Вон за рекою на холме
    Село раскинулось родное...
    К нему спешу я, и в уме
    Встает заветное былое.
    В такой же чудный летний день
    Я покидал поля родные.
    О счастье бедных деревень
    Мечты и грезы молодые
    Я уносил тогда в груди,
    В края далекие с собою:
    Всё было светло впереди,
    Манило жизнью и борьбою.
    Я шел от вас, мои леса,
    Чтоб возвратиться к вам чрез годы,
    Когда родные небеса
    Увидят луч святой свободы.
    И этот луч хотел я сам
    Принесть торжественно с чужбины
    Многовыносливым сынам
    Ярма и вековой кручины!
    И я пришел... передо мной
    Места знакомые мелькнули,
    И сосны старые смолой
    Ароматически пахнули.
    Как и в былые времена,
    Кругом всё полно тишиною...
    Прости, родимая страна!
    Я не принес тебе с собою
    Ни счастья светлого, ни грез,
    Ни даже веры в это счастье, -
    Я только скорбь свою принес
    Да жажду ласки и участья
    Родных небес, родных полей,
    Сердец, исполненных терпенья,
    Чтоб обрести душе своей
    От гордых мук успокоенье!


    <1883>

    Навстречу

    Люблю я этот круг - отважный, молодой -
    Науки тружениц и их живые речи...
    Я отдыхаю здесь, усталый и больной,
    И если я еще не очерствел душой -
         Меня спасают эти встречи.
    
    О, сколько веры в жизнь, любви к стране родной!
    И сердцем я опять, опять переживаю
    Те дни далекие, когда на битву с тьмой
    Мы шли бестрепетно... Невольно вспоминаю
    Квартирку бедную во флигеле глухом,
    Где как на праздник мы, бывало, собирались,
    Мечтали, грезили - бог ведает о чем, -
    И много спорили, и сильно волновались.
    Мы женщину-сестру, подругу - не рабу
    На пьедестал тогда поставили высоко,
    В ее грядущую счастливую судьбу
         Мы все так верили глубоко.
    
    И вот мечты сбылись. С надеждою в груди
    Толпою женщины спешат во храм науки...
    Что даст наука им? Что ждет их впереди:
    Мир новых радостей иль только труд и муки?
    Бог весть! Но я люблю пыл честный, молодой,
    Люблю я смелые, восторженные речи...
    И если я еще не очерствел душой -
         Меня спасают эти встречи!


    1878

    * * *

    Настанет день, последний день расплаты,
    Я от руки погибну палача
    За то, что вас любил, родные хаты,
    Хотел спасти вас помощью меча!
    
    Я чувствую, что не найду пощады -
    В тех, за кого я вышел на борьбу.
    Пускай клянут, и даже смерти рады
    Теперь они... я знал мою судьбу!
    
    Но ты скажи: ужели ты ответишь
    Насмешкою на мой печальный взор?
    Ужель, как все, ты равнодушно встретишь
    И смерть мою, и даже мой позор?
    
    О, пусть рабы в безумном ослепленья
    Клянут меня; но именем любви
    Молю тебя: ты мне пошли прощенье
    И, как сестра, меня благослови!


    1893

    Ночь в деревне

    Выплыл ясный месяц
    Над большим селом;
    Обливает поле,
    Избы - серебром.
    Тишь в селе немая,
    Люд крестьянский спит...
    Только в крайней хатке
    Огонек блестит.
    Пред святой иконой,
    Ниц упав лицом,
    Молится старуха
    О сынке родном,
    Что нуждою-горем
    Угнан в бурлаки,
    Надрываясь, тянет
    Барки вдоль реки.
    Немудра молитва,
    Коротка она,
    Но глубокой веры,
    Теплоты полна.
    Крестится старуха,
    На пол слезы льет...
    Неужель молитва
    К богу не дойдет!


    <1878>

    Памяти Лермонтова

    Преемник славного, великого поэта,
    С душой, похожею на бурный океан,
    Ты по земле прошел как яркая комета,
    Рассеяв сладостный возвышенный обман
    В сердцах, доверчиво считать привыкших сказку
    За слово истины; раздвинув полог тьмы,
    Ты властною рукой сорвал с очей повязку
    И бросил жгучий яд сомнения в умы.
    И то, как Прометей, на грозный спор, на битву,
    В безумной гордости, ты небо вызывал,
    То в умилении, в слезах шептал молитву
    И песни чудные о небесах слагал.
    
    Давно твой голос смолк, но, горечью облитый,
    Твой стих стальной звучит - у всех он на устах,
    И ты, певец, рукой ничтожною убитый,
    Живешь на родине, живешь у нас в сердцах.
    И если все мы чтим бессмертный дивный гений
    Творца Онегина, пленяясь красотой
    Его ласкающих и светлых песнопений,
    Их величавою спокойной простотой,
    И если милы нам они, как свод лазурный,
    Как тихий шепот волн - они лелеют слух, -
    То дышит песнь твоя тоской и страстью бурной,
    И окрыляет мысль, и пробуждает дух.
    Родство невольное мы чувствуем с тобою
    И верим, что ты нам, поэт, недаром дан, -
    Похожий гордою, мятежною душою
    На непокорный океан!


    1891

    Памяти Пушкина

         (29 января)
    
    Полвека протекло, как твой могучий гений
    Угас безвременно, народ осиротив...
    И голос зависти, вражды и заблуждений,
    В высокомерии к тебе несправедлив,
    Не раз поколебать пытался твой треножник...
    Но годы минули - и вот всего итог:
    Твой враг забыт, а ты, властительный художник,
    Во всем величии встаешь как полубог!
    И мы, кого вскормил твой светлый, дивный гений,
    Сегодня, в день твоей кончины роковой,
    С благоговением спешим склонить колени,
         Поэт-учитель, пред тобой!
    Но мы не весь народ. Еще печальной тризне
    Далек своей душой вчерашний раб - мужик...
    Я верю: день придет, желанный день в отчизне,
    Когда твой будущий прозревший ученик,
    Воспрянув ото сна, духовно возрожденный
    И правдою речей твоих руководим,
    В благоговении, толпой многомильонной
         Преклонится пред гением твоим.


    1887

    Песня

                   П.А. Тулубу
    
    Эх, кабы да песня
    Вылилась такая,
    Чтоб она звучала
    С края и до края!
    Чтоб на эту песню
    Каждый отзывался,
    Устыдяся лени,
    Спящий пробуждался;
    Чтоб она скорбящим
    Горе облегчала,
    Воскрешала веру,
    Слезы осушала;
    Чтобы эта песня
    В Матушке - Престольной
    И в глухой деревне
    Сделалась застольной;
    Чтоб она - живая -
    Ввек не умирала,
    На добро и славу
    Всех бы вдохновляла...
    Вот когда бы сердце
    Охватило жаром,
    Вот когда бы понял,
    Что ты жил недаром!


    1875

    * * *

    Погоди, милый друг; будут лучшие дни,
    Загорятся кругом боевые огни,
       Угнетенный народ встрепенется;
    Гады спрячутся в старые норы опять,
    Перестанут людей боязливых пугать,
       Песня вольная громко польется.
    
    А теперь, в эти мрачные, скорбные дни,
    Громко петь можно только лишь гимны одни
       Утеснителям мысли и слова...
    Вот, мой друг, отчего твой поэт и молчит...
    Но когда его лира опять зазвучит -
       Знай: заря занимается снова!


    <1879>

    Поэзия

                А. Н. Майкову
    
    Язык поэзии - властительная сила,
    Ей покоряются безропотно сердца...
    Какие б чудеса наука ни творила,
    Не ей соперничать с могуществом певца.
    Певец - душа страны. Из края в край несется
    Волнующая песнь: звучит среди степей,
    В таинственных лесах, в пустынях раздается,
    И ей внимает гладь безбрежная морей.
    В убогой хижине, где прячется забота,
    Нужда когтистая добычу сторожит,
    В чертогах царственных, где блещет позолота
    И в неге дни свои проводит сибарит;
    Бесхитростным умам, не знающим сомненья,
    Могучим гениям, великим мудрецам,
    Кормильцу-пахарю, апостолу терпенья,
    За мысль свободную бестрепетным бойцам -
    Усладу всем несет поэзия собою,
    И в тайнике души сознание встает,
    Что жизни сумрачной, чреватой суетою -
    И свет и красоту поэзия дает.
    Наука дивные открытия свершает,
    Мир преклоняется пред гением ума;
    Но не наука дух народа окрыляет
    И не она его на подвиг вдохновляет:
    Умри поэзия - и мир оденет тьма!


    Октябрь 1882

    Призыв

    Пусть жизни гнет невыносим порою,
    Пускай судьба терзает, как палач; -
    Но с мужеством, лишь свойственным герою,
    Всё вытерпи; пред праздною толпою
    Не выдай мук, как женщина - не плачь!
    
    Пусть враг могуч; пускай своим стараньем
    Он доведет тебя до нищеты:
    Ни жалобой, ни вздохом, ни рыданьем
    Не обнаружь того, что испытаньем
    Совсем разбит, вконец замучен ты!
    
    При виде сил, безвременно погибших,
    Не выражай сомненья твоего,
    Что кроме их - свою страну любивших,
    За родину всю душу положивших -
    Меж нас и нет им равных - никого!
    
    Когда в ответ на нежное признанье
    Услышишь ты презрительное "нет!" -
    Как ни было б мучительно страданье,
    Пусть не узнает гордое созданье,
    Что в ней одной ты видел жизни цвет.
    
    Жизнь тяжела... Но ты перед грозою
    Держи себя, как следует борцу,
    И отвечай не жгучею слезою,
    А резким смехом, песнью огневою,
    Встречай врага - лицом к лицу!


    <1882>

    Разочарованному

    Не говори, что жизнь пуста,
    Что нет осмысленного дела:
    Народа благо - не мечта,
    Отдай себя труду всецело!
    
    Толпа еще темна, груба,
    И за нее порой обидно,
    Но - верь: грядущего судьба
    Ее прекрасна и завидна.
    
    Не вечен мрак; хотя зари
    Еще твое не видит око,
    Но ты с тоской не говори:
    "Рассвет спасительный далеко!"
    
    Из сердца веры не гони,
    Не прекращай безумно жизни:
    Тому, кто хочет, в наши дни
    Работать можно для отчизны.


    <1883>

    Решение пииты

    Надоели песни
    Нам о дифтерите,
    О забитых людях,
    О плохом кредите,
    О московской спячке,
    О ворах кассирах,
    Об ухабах, грязи
    В думе и в трактирах,
    О житье "софистов"
    И об их обманах,
    О сраженьях страшных
    В разных ресторанах.
    Школ и жизни бедной,
    Деревенской, темной
    Более ни разу
    С едкостью нескромной
    Не желаем с музой
    И касаться даже...
    (Может быть, найдется
    Где-нибудь и гаже!)
    
    Бросим эти темы,
    Злобные куплеты,
    Воспоем мы глазки,
    Ротик у Лизеты:
    Ручки, ножки, талью -
    Это к цели ближе...
    Нам ли ввысь стремиться -
    Спустимся пониже!
    Воспоем детально
    Красоту плутовки,
    Тратящей безумно
    Деньги на обновки.
    Будем петь мы денно,
    Будем и ноктурно:
    Это - и приятно,
    Это - и цензурно!


    <1883>

    Сорок лет

    Сорок лет, как в путь я вышел
    С крепкой верой в небеса...
    Злобный крик и смех я слышал, -
    Доносились голоса
    Теплой ласки, нежной дружбы,
    Правды искренней слова...
    И за годы долгой службы
    Поседела голова.
    
    Бодрый духом, вольный сердцем,
    Рабства я не признавал,
    И с лукавым иноверцем
    В договор я не вступал.
    Я не струсил в непогоду,
    Мысль свою не подчинил,
    И для слова я свободу
    Дорогой ценой купил.
    
    Я борюсь, как мирный воин,
    В меру сил моих служу, -
    Перед злобою - спокоен,
    В неудаче - не тужу.
    Я не лгу, не лицемерю
    Перед другом и врагом,
    Я в победу правды верю,
    В торжество добра над злом.
    
    Сорок лет, как в путь я вышел,
    Помню зори светлых дней,
    И заветы, что я слышал
    От умолкнувших вождей,
    Для меня звучат и ныне
    Повеленьем неземным,
    И до смерти, как святыне,
    Я останусь верен им.


    1910

    * * *

    Сын любит мать свою; но, ласки расточая,
    Он иногда ее во гневе и корит...
    А пусть осмелится, пороки замечая,
    Ее хулить чужой - в нем сын заговорит.
    
    Люблю я родину; но, за нее страдая,
    Порою не щажу ее святых седин...
    А пусть осмелится, насмешкой обдавая,
    Ее задеть чужой - во мне проснется сын!


    Июль 1886

    Юному другу

              И. А. Данилину
    
    Не эгоизм беда, мой друг:
    С ним примириться есть возможность;
    Бич наших дней - иной недуг,
    Ему название - ничтожность.
    
    Ее позорная печать
    Лежит на всем, куда ни взглянешь:
    Титанов нечего искать,
    А карликов считать устанешь.
    
    Где величавые бойцы?
    Где хоть бесстрашные злодеи?
    Кругом презренные глупцы, -
    Иль мысли жалкие скопцы,
    Да добровольные лакеи!
    
    Где он, прославленный певцом,
    Мятежный и коварный гений,
    Смущавший дерзостным умом
    Людей минувших поколений?
    
    Исчез от нас куда-то он,
    И, вместо демона, черт русский -
    Тупой, бессмысленный и узкий -
    Смущает скучной жизни сон.
    
    Мы небесам в душе не верим,
    Ничем не жертвуем для них;
    Мы, как авгуры, лицемерим
    И обмануть хотим других.
    
    Что эгоизм, мой юный друг:
    С ним примириться есть возможность;
    Бич наших дней - иной недуг,
    Ему название - ничтожность!


    1890



    Всего стихотворений: 26



  • Количество обращений к поэту: 8389





    Последние стихотворения


    Рейтинг@Mail.ru russian-poetry.ru@yandex.ru

    Русская поэзия